Сидоров проснулся от отчетливого ощущения, что на него кто-то смотрит, и открыл глаза. Так и есть: на стуле возле кровати виднелась чья-то фигура. Сидоров прищурился, тщетно пытаясь разглядеть сидящего, и наконец спросил:
— Вы кто?
— Я – черт, — сказала фигура гнусавым козлиным голоском и повела рогами.
— Сидоров, — сказал Сидоров, — очень приятно, — а про себя подумал: «Надо завязывать. Допился до чертиков…»
— Я не галлюцинация, — сказал черт и вдруг, наклонившись к самому сидоровскому уху, вкрадчиво и страстно зашептал: «Продай мне душу, Сидоров, продай, слышишь? Все, что хочешь, тебе за нее дам…»
— Да забирай, — великодушно согласился Сидоров, — кому она в наше время нужна, душа-то…
— Ну вот и славненько! — обрадовался черт, но вдруг спохватился: — А что просишь взамен?
После вчерашнего голова Сидорова работала плохо, и он предложил:
— Да не знаю… Ты бы сам что-нибудь предложил, а?
— Ну хочешь, денег тебе дам? Много?
— Ну вот еще, — не согласился Сидоров, — чтобы меня подстрелили в ближайшей подворотне? В наше время и бедным ходить по улицам страшно, не говоря уж о богатых…
— Хочешь тогда любовь самой красивой девушки?
— Тоже мне, сказанул, — усмехнулся Сидоров, — на что она мне, любовь-то, если в моем возрасте единственное, что может подняться, это давление?
— Да, проблема… — вздохнул черт. — О, идея! Хочешь, я тебе молодость верну, здоровье? Ты вспомни, Сидоров, каким ты в молодости был!
— Ну ты додумался! Кто мне, молодому, пенсию платить будет? Что же мне, опять работать идти? Да далась она мне, эта молодость!
— Что же делать? -расстроился черт, по-видимому, исчерпав свой стандартный набор.
— Слушай, черт, сотворил бы бутылочку, а? Без нее не думается как-то, — предложил Сидоров.
— Бутылочку – это можно, — обрадовался черт и щелкнул пальцами…
…Через полчаса черт и Сидоров сидели, обнявшись, за столом и разглядывали пустые бутылки.
— С-слушай, Сидоров, ты меня уважаешь? — спросил черт заплетающимся языком.
— Уважаю…
— Тогда продай душу!
— Забирай.
— А что взамен просишь?
— Слушай, забирай ее просто так, по дружбе?
— Не-е-ет, по дружбе не положено, обязательно что-нибудь взамен нужно.
— Не знаю. Сотвори еще бутылочку, а?
— Ой, — сказал черт, и упал под стол.
— Скопытился, — мрачно констатировал Сидоров и уронил голову на руки.
Утром Сидоров проснулся, встал, пошатываясь, направился в ванную, но вдруг обо что-то споткнулся. Фигура, по-видимому, бывшего белого цвета, встала, чуть покачиваясь, расправила примятые крылья и заговорила дрожащим голосом:
— Как ты живешь, Сидоров? Почему ты отвернулся от меня?
— Ты кто? — не понял Сидоров.
— Я – твой ангел-хранитель, — сказал ангел, косясь на стол с недопитой бутылкой.
— А-а, ну тогда садись, — предложил Сидоров, — тут еще немного осталось. Ну что, за встречу?
Вдруг Сидоров вспомнил что-то и пнул нечто под столом. Там застонало, завозилось, и вскоре из-под стола вылез черт, потирая ушибленный бок, и уселся на стул. Сидоров правой рукой обнял ангела, левой – черта, и вместе они затянули какую-то песню, а затем выпили – за встречу…
