Из цикла: ЮДОЛЬ, или: Мы так живём. И … что делать?..
Юдоль
Тот Мост, что разделял эпохи…
Не спросят — верь или не верь…
Что им твоих сомнений крохи?!
Не смазана, скрипуча дверь
в Историю Страны Советов,
где посоветовать – беда,
и на вопрос не ждут ответов…
и вянет в поле лебеда…
На холмиках притихли птицы…
Щеколду источила ржа…
Содом лоснящейся столицы…
Клинок резвящийся ножа…
Тот Мост… Под гусеницей танка
распластана надежды боль.
И вывернута на-из-нан-ку
Страна по имени … Юдоль.
20.02.04.
__________________________________
Страна, где на лице печать
Страна, где на лице — печать
от горьких дум и новостей,
где время – только сеять. Жать —
не время с выжженных полей.
Страна, где все законы – тлен.
А Судьи кто?.. Немой вопрос.
Надёжней тюрем рабства плен –
души, что держит страха трос.
Страна! Не мачеха, а мать.
Так где ж твоей любви крыло,
чтобы птенцов учить летать,
чтоб за собою высь вело?!
Такой страны на свете нет,
как наша, где народ – не в счёт,
где корни корчевал сосед,
чтоб вычеркнуть навечно род.
Безродные! В стране своей
чужие, беглые – в других.
… Но всех иных она милей,
хоть горечью излился стих.
_____________________________________________
И это …
Губы склеены лейкопластырем,
Кудри русые – в луже битума…
Ты ведома незрячим пастырем
И напичкана псевдовитрумом.
Кадр твой избранный – двадцать пятый,
Пешки двигают кукловоды.
Крест найдётся, чтоб быть распятой
Под российскими, в клеточку, сводами.
Соберите с миру — по нитке
Соберите с миру — по нитке,
сшейте саван – не белый, а чёрный.
И под музыку Баха и Шнитке
схороните Судьбу Непокорной.
Ведь Ей выпало быть Гонимой,
Обездоленной и Печальной…
Светом в русской душе хранимый
образ твой – в суете вокзальной.
Ники, Аликс и предсказание Авеля
Сто лет пролежало провидца пророчество.
Шли и не знали, что ждет: одиночество?..
Слава?.. Позор?.. Cчастье?.. Тихая старость?..
Ждали так долго! Немного осталось!
Медлили. Молча стояли. В ларце
Таяло счастье. В роскошном дворце
Всё ещё прятался смех за портьерой…
То, что в бумаге, казалось химерой:
Из прошлого века хищною стаей
Магически цифры, две цифры витают.
Вот круг замыкается: первый… последний…
И каждый в Ипатьевском, рода наследник.
Ступени как годы, считай – не считай.
Судьба – не рулетка, играй – не играй,
А точно в указанный Авелем срок
В обличьи чекиста настигнет злой рок.
… Рук не разняли ни до и ни после.
Навьюченный, век тащил призрачный ослик:
Ни влево, ни вправо, а только вперед,
И слепо за ним — ослепленный народ.
***
Тайна осталась в дворцовом ларце.
Развеяна пеплом. Печаль на лице.
Код генетический прежней России
Размыло бесследно дождями косыми.
Всему своё время. И каждому – плаха.
Кому – повитуха, кому, глядишь, сваха –
История в Вечность Его проводила
И наглухо двери земные закрыла…
20.12.02.
___________________________________________________
Пятнадцать лет без переписки…
«Пятнадцать лет без переписки» —
И миг один из них лишь твой.
Собаки… конвоиры… вышки…
Закрыл глаза… Идёшь домой…
…Уснувший дом, и свет в окошке,
Жена склонилась над столом,
В кроватке сладко спит Сережка,
Два фото рядом под стеклом.
Кукушка старая из детства
Вот-вот объявит новый день.
Ввек на неё не наглядеться!..
… Живая замерла мишень.
Мешок из камня на засове,
Три шага до Небесных Врат…
…Вдруг вскинула в смятении брови
И отшатнулась вдруг назад.
Кольнуло сердце острой болью,
И задохнулась от тоски…
…Пол залит ярко-алой кровью.
Раскаты грома у реки…
…В кроватке засопел Сережка,
Перевернулся на бочок.
И месяц заглянул в окошко.
Пятнадцать лет – не вечный срок!
И до утра жена писала
Письмо ему в далекий край…
…А он в тот час шёл от причала
В свой новый дом. Шел прямо в Рай.
Покоя не дает Афган
Покоя не дает Афган.
Ичкерия нас дымом душит.
И целая страна в капкан
Попала. Сатане ли служит?!
Ты слышишь: ветра тяжкий стон
Доносит голоса, и раны
На сердце от чужих имен
Погибших на полях Афгана.
И кажется в ночи, что руки
Ввысь тянутся из-под земли –
Солдат не причащенных муки
К тебе взывают: посмотри,
Ведь в доме у кого-то свет
Погас. И зеркала в печали.
И в горле ком. И где ответ.
За что на смерть их обрекали,
Когда не поднимали глаз
И не сказали твердо «нет»
На самый первый тот приказ,
На самый первый в небе след.
Вот вновь приказы отдают.
И снова «черные тюльпаны»
Зловеще на небе цветут
Абхазии, Чечни, Афгана.
Страна по-прежнему в капкане
Живет и корчится от боли,
Но… что-то изменять?.. Не станет:
Нет ни желания, ни воли.
Пополнен список засекреченный…
Последний вздох, последний крик…
И чей-то суженный, не встреченный,
Тюльпаном скошенным поник.
В награду?! (Скорбим по нашим погибшим мальчикам…)
В открытых глазах отражается небо.
Плывут облака… А ведь он еще не был
На острове, там, посреди океана,
У кратера спящего в дымке вулкана,
Не видел, как стайка играет дельфинов,
Как ярко горит оперение павлинов,
Кораллов не видел он Красного моря…
Хлебнул же сполна черно-едкого горя.
Он был бы согласен не видеть всё это,
Трудиться на поле от света до света,
Без устали сеять, без устали жать…
Все! Только бы с этой картины бежать:
В застывших глазах отражается Свод –
Не вышел из боя расстрелянный взвод.
Досталось в награду лишь синее небо
За верность России.
Да холмик из снега.
Голосили бабы…
Голосили, не стесняясь, бабы,
Парубки дымили у плетня…
Расползаются по щелям крабы
В отблесках чарующего дня…
За околицей, где юность свята,
Как тогда, токуют глухари…
…Мальчики! Российские ребята!
Чарочка… пилотка… сухари…
На погосте хворый ветер, сиплый,
Травку гладит тихою рукой…
…Не тревожьте воплем-стоном хриплым
сокола нечаянный покой…
…Бабы в утлых избах голосили…
Оберег в платочке… вещмешок…
Вновь мальчишек утром увозили
Под пастуший ласковый рожок…
В цепкие клешни
прожорливой военной
машины…
Заколдованный город
Заколдованный город: фейерверк, что ни день!
… А старушка-соседка – не старушка, а тень.
«До ста граммов колбаски»… Молочко – лишь «из бочки»…
На далёкой войне – два сыночка и дочка.
Если были бы живы, разве так бы жила!
Ни письма, ни могилы… Ноша, ох, тяжела…
Там, на улице, праздник: небо в чудо — цветах,
А в глазах васильковых беззащитность и страх:
Нет лекарств… Комнатушка холодна и темна.
Это там – праздник жизни. Здесь – всё та же война:
Заколочены души. Запечатана совесть.
Повесть целой страны – этой женщины повесть.
… А с моста и из парка фейерверк, что ни ночь:
Рукодельные звёзды разлетаются прочь!
И глядит из окошка на фонтаны огней
Из реального мира символ всех матерей:
Полутень — полуженщина, полу-образ России –
Воплощение кротости: в Анне?.. Ольге?.. Марии?..
Карнавал в Геленджике – 2004
Со всех сторон родного края
народ спешил на КАРНАВАЛ:
Концерты… музыка живая…
И костюмированный бал…
За три недели ждали дети
Волшебный день, счастливый час:
Там будут феи! Гномы! Ети!
Русалочки в слезинках страз!
И дети поливали грядку,
послушны были: кар-на-вал!!!
Исправно делали зарядку…
И вот перрон, вагон, вокзал…
Потом – автобус… Миг всё ближе!
И – Геленджик! Сбылась мечта!
Но… дяденьки и с ними иже
закрыли Праздника врата:
Он — в оцеплении: в три кордона.
На рейде – яхта (Ницца, плачь!)
Знать, с острова царя Додона…
И Власть выигрывает матч:
для избранных – фонтан веселья
и искромётный карнавал…
Ответь нам, Власть, какое зелье
тебе и кто заколдовал,
чтоб без стеснения прилюдно
народ плебеями считать?!
Вам веселиться всласть угодно?!
Охранников дежурит рать?!
Детишек отгонять – задача,
чтоб не нарушили покой?!
Вот вырастут, дадут вам сдачи
своей недетскою рукой
за кулачок под правым глазом,
за слёзы, что лились дождём —
фетиш под праздничным экстазом
взорвался мыльным пузырём
у слуг народа.
И э т о – КАРНАВАЛ?!
_____________________________________________________
Параллельные миры
Сидим. И молча смотрим телевизор.
Нас пичкает невидимый Провизор
Лекарствами от скуки и от лени,
А перед нами – роботы и тени.
Что захотят сказать, — то нам расскажут;
Что приготовят, то – смотри, покажут,
Как нужно им, так и дадут нам знать,
Что ни канал: все нас зовут – играть.
Сидим. Всё так же смотрим телевизор.
Глотаем всё, что нам дает Провизор.
Сидим часами: как магнит — экран,
И пьем годами голубой обман:
Снотворное и веселящий газ…
Наркотик лжи, крупицы ярких страз –
Мелькают параллельные миры
Из черной отравляющей дыры:
От боли головной – чужие «Окна»,
Для любопытных – «Сразу всё» и Фёкла,
Для жадных – страсти по миллионеру,
Для «сильных» – «Слабое звено», к примеру.
Там манит жизнь роскошная, ярка,
И думаешь, что лишь твоя – горька,
И принимаешь порцию привычно
День от дня, всё как всегда, обычно:
Рекою льется кровь, стрельба и взрывы,
Бандитов восхвалять звучат призывы:
У них «Бригада» и святое братство…
Плетутся сети — у экрана в рабстве.
Сидим. И тупо смотрим телевизор.
Командует невидимый Провизор:
Зомбирует на генной параллели
Всех, кто, увы, привиться не успели.
От яда есть противоядие – совесть.
Страны слагается живая повесть.
Не игры бесконечные – поступки
Найдут в ней отражение, и сутки
Важны в ней каждые – кирпичик к кирпичу…
Жаль, не добраться нам к Провизору – врачу.
Куда идешь?…
«Куда идёшь?», — спросил меня
В закате прожитого дня
Старик с косматой бородой,
Усталый, хворый и седой.
«Куда иду?»,- сказала я…
Ведь дома ждёт моя семья,
А я иду, пусть дождь и гром,
И в горле сострадания ком –
К нему. Без крова и тепла,
В душе от бед одна зола,
Потухший взгляд, голодный вид…
Какой позор стране и стыд,
Что этот жалкий человек
С клюкою в двадцать первый век
Шагнул, не нужен никому,
С судьбой своей ведя войну.
Сидит, промокший под дождём,
Лишь спросит нас, куда идём…
Не знает он, не знаю я,
Что сам Господь, ему судья,
В закате прожитого дня
К нему сейчас привёл меня
Подать на хлеб. А с ним – росток
Надежды и добра глоток,
Чтоб с каждым вздохом и глотком
Ему и мне как кипятком
Пролить на душу человечность
Сквозь равнодушие и беспечность.
Вот так на разных языках
Звучит под утро и впотьмах
Вопрос «Куда идёшь?..»,- и мы
Ответить на него должны –
к страждущему.
______________________________________________________________
из цикла: Красной нитью – сердца боль (… Беслан)
Сын
«Ты мне не сын!», — сказала мать.
Не сын? Сказала?!. Что же ждать
от них, кому и мать – не мать?!
Скажите, что от них нам ждать?!
Нет, мать, он — твой и только твой!
Его позор – тебе виной.
Ты с ним за то сейчас в ответе,
что под прицелом наши дети,
за то, что чьи-то сын и дочь
от страха стынут третью ночь,
за то, что жизнь – на волоске.
Конец его – в твоей руке.
Ты – мать. Кричи, зови, проси!
Из детства свет ему неси,
найди струну в грязи души
и отрекаться не спеши.
Он – сын! … Он ножками стучал
в утробе… По ночам кричал
младенцем, дорогой комочек…
Сокровище… родной… сыночек…
Стань на колени и моли.
Не отрывай колен с земли
Пока твоей слезы огонь не тронет сердце.
Тронет.
Тронь!
Ты – мать.
03.09.04.
Геном России : SOS + страдание (SOSтрадание)
А вы спросили
матерей,
по чьим детишкам песни пели?..
По ком заплаканные ели
сочили, сгорбившись,
елей?..
А вас одобрили
отцы –
ведь их дома осиротели?!
(Ах, как же, как стонали ели!..)
И плакали, навзрыд,
вдовцы.
А вас поймёт оглохший
дом,
где зеркала боятся света?!!
Не испросив у них совета,
средь ночи по ТВ –
содом:
Хлопки… гитары…
Микрофон…
Певцы, пусть в чёрном, но в экстазе.
Знать, общество сплошь всё в проказе,
коль на кладбИще –
марафон:
Считают деньги и
горды:
в прямом эфире – «SOSтрадание»!
… Но «ИХ» отдали на заклание
проклятой – нелюди-
орды.
Простите нас! Не петь,
а выть —
на свежих крохотных могилах —
и думать об извечных вилах
всем тем, кому осталось
жить!
Простите! … Как всегда,
молчим
о главном: чья вина – к ответу!
… На ели к третьему рассвету
как свечи — шишки – в память ИМ
горят в лучах восходящего солнца.
И нет нам прощения.
08.09.04.
Зажженная свеча в окне
…Зажжённая свеча в окне.
И скорбь
как ненасытность века.
Нет
оправдания вине
бандита в маске человека.
Нет
сострадания нужных слов,
чтоб кровь свернулась в свежей ране,
что в сердце у сирот и вдов
в войны гражданской
адском
стане.
… Сигналы ровно в девять.
Стой!
Склони главу. Замри. И помни
о тех,
кто заслонил собой
детей в Беслана жуткой домне.
… И чистой как слеза
воды
налей, чтоб в памяти сосуде
наш реквием на все лады
звенел,
суров, назло Иуде
в обличии террора ХХ1 века.
09.09.04.
____________________________________________
Красной нитью — сердца боль
Красной нитью – сердца боль
на отравленной планете –
в резервации Ю Д О Л Ь – ,
где, безвинны, гибнут дети,
где бесстыдно лгут в глаза
с кровью залитых экранов,
и предательски гюрза
страха жалит душу, в ранах.
По оставшимся рубцам
жизнь страны читай как книгу:
перепродана дельцам
Родина. А людям – фигу.
Правды током – пропустить
по истерзанным границам,
чтобы шоком исцелить
и вернуть беспечность лицам.
Красной нитью –сердца боль
на обманутой планете –
в резервации Ю Д О Л Ь -,
где взывают к взрослым дети:
«Спасите нас!»
10.09.04.
Из цикла» Две стороны медали»:
Долг платежом красен?!..
Отцу моему, Батищеву В.П., художнику, ветерану войны
Страна ветеранам долги отдаёт —
приказ за приказом… Надейся, народ:
всё «будет» … всё «надо»… всех помнит вовек…
и всё — для тебя, дорогой Человек.
Долгов накопилось – на тяжкую ношу.
Несёшь ты её… Может, бросишь?… «Не брошу»,-
любого спроси и получишь в ответ
короткое, твёрдое, горькое :»Нет!»
В ней – юности давней бесценные годы,
войной опалённой; в ней – первые роды
любимой жены, и детишек шаги…
Прощённые сердцем друзья и враги…
В ней – голод, учёба, работа — до пота
по будням, ночам, в воскресенье, в субботу…
Удушье от смрада гулаговских лет,
и полки пустые… Не меряно бед!
Но в мае всегда вспоминают солдата:
открытки… подарки… из школы — ребята…
Медаль — к юбилею и баночка кофе…
походная кухня… стараются профи:
Танцуют… поют… славный праздник: страна
долги отдаёт. Но отдаст ли сполна,
коль угол в семнадцать полезных квадратов
на два человека положен солдату?!
12.02.04.
Обелиск дороже человека?*
Обелиск дороже Человека?..
Скверы… парки… площади… гранит…
Сердце на пустом пороге века
Совести чиновников – магнит.
Плюс и минус – и свершится чудо.
Слёзы каплей — и взрастёт добро…
… Только вот, невидимый, Иуда
Чернь добавил в злато — серебро…
Минус ведь на минус – в результате
Плюс получится: две жирные черты.
Жаль, в больничной не лежат палате
С раком совести. И лживые кресты
На груди у псевдо-депутатов,
«слуг народа» — кабинетной тли,
на пути стоящих у Солдата,
кровью пропитавшего земли
не одну пядь с Востока на Запад.
… Обелиск дороже Человека?!
09.09.04.
* (О «буре в стакане воды» в Краснодаре – 2004)