Сказка о городе \»в розовой дымке\».
Один человек как-то рассказал ей, что меди тируя, он, видит город в розовой дымке. Удивительно — её город, такой надоевший, скучный, серый от постоянных дождей — и вдруг — в розовой дымке. Ей понравилось — так красиво звучит — « в розовой дымке». Теперь, когда она шла по знакомым улицам (автоматически, не задумываясь за какой угол ей в следующую секунду завернуть), обязательно случалось, что ей приходило на ум это замечательное — «в розовой дымке». Она замедляла шаг, на долю секунды останавливалась и понимала, что счастлива. Да, вот так всё просто — несколько слов и ты счастлива. Если бы можно было увидеть себя со стороны, она бы осталась довольна. Очень довольна. Она становилась воздушной и феерической, нереальной среди монотонной суеты. Улыбалась, щёки алели, глаза сияли. Казалось, что вот-вот эта девушка растает как облако или исчезнет как в виртуальной игре нового поколения с характерным пощёлкиванием и с мерцанием по краям.
Именно в такой момент, Он увидел Её. На улицах его города люди редко улыбаются, тем более в одиночестве. Интересно, о чём таком приятном и веселящем думает эта незнакомка, кого вспомнила. А может только, только влюбилась. Он был тоже не совсем обычным человеком, он был фотографом. К тому же, что весьма не маловажно, был счастливым человеком — ремесло, которым он жил и, как модно говорить, хобби совпадали. Его профессия располагала к тому, чтобы всматриваться в окружающий мир и ловить в нём почти ничего не значащие для других мелочи. Все эти разноцветные, славные мелочи слагались в одно неповторимое чудо, как под искусстными руками мастериц получается красивое одеяло из лоскутков, которые иной просто бы выбросил за бесполезностью. Он был сам себе волшебник, каждый день создавал своё личное чудо, помогая себе жить и не разочаровываться. Ему почти двадцать восемь, а он как мальчишка всё ещё ждал от жизни чего-то необычного и не вёл привычных для его ровесников разговоров о том, что все усилия напрасны и мечтать могут себе позволить только дураки. Он был до сих пор не женат, не обременён бытом (просто не находилось той единственной и неповторимой ради которой захочется умереть, а на меньшее он не согласен) Друзей у него было не много (не всякий выдержит постоянные цитаты из Коэльо и идиотскую манеру в следующий миг, посередине важного обсуждения, сорваться и побежать за внезапной бабочкой воображения.) Он был неисправимым романтиком. Обожал фотографировать на свадьбах, на которых жених и невеста клялись друг другу в вечной любви. \»Етакий маменькин сыночек без вредных привычек?\»- спросите вы. Да, нет. Ещё как посмотреть. Его не обошла стороной мода на фитнэс. И два раза в неделю он упражнял свои мышцы в спортзале. Любил попотеть в русской бане с веничком, и обожал после таких жарких процедур резко и беспощадно окунаться в ледяную прорубь. Был не прочь пропустить рюмочку другую хорошей водки, и сам делал прекрасные настойки на прополисе. Мог починить любую технику, что уж там гвоздь в стенку вбить — раз плюнуть. К тому же обладал какой-то дьявольской привлекательностью для противоположного пола и разбивал сердца местным барышням, не прилагая особых усилий. Ну, что за век, подашь руку при выходе из автобуса, откроешь дверцу такси, скажешь доброе слово вместо того, чтобы тут же потащить в постель и всё! Правда, было одно большое \»НО\» — барышни приходили в восторг после такого обхождения, не привычного для них и … и относили все эти невинности, обычную джентльменскую вежливость на свой особенный счёт. Мол, ухаживал, в глаза смотрел, беседовал мило — значит влюбился, значит \» Должон жениться\». Ни раз и не два он попадал в неловкие ситуации из-за таких вот нестыковочек. Постепенно по городу пошли некрасивые слухи о нём, как о бессердечном и циничном ловеласе. Вот такие парадоксы! Говорить то говорили, а всё-таки считалось честью быть знакомой с ним. И многие девушки мечтали выйти за него замуж, захомутать, обрезать крылья. \»Уж у меня то перестанет заниматься глупостями, возьмется за ум\»- думали эти девушки, планируя стратегические планы захвата потенциального жениха. И что было ещё важно, очень важно для этого городка – его бизнес шёл удачно и приносил неплохие деньги. «Молодой, обеспеченный и без семьи? Непорядок»- судачили кумушки на скамеечках.
От куда ж ты такой взялся, странный и непохожий? Ну, что ж. Может, от того он был такой, что его мать была родом из большого и далёкого города, закончила в нём какой-то престижный институт, да была тоже немного ненормальной и уехала по распределению, не сопротивляясь, а даже желая этого, в далёкую тьмутаракань. Привезла с собой кучу толстенных книг в кожаном переплёте, не разрешала ими растапливать печь, берегла и перечитывала. Вышла замуж за самого видного и работящего парня ( хитра, вишь какого мужика отхватила…). И муж не бил жену по праздникам, а жена не устраивала истерик по поводу и без повода, а всё у них выходило ладно и как-то очень тихо, в общем даже поговорить не о чем. Родился у них мальчик. И каждое лето мальчик уезжал куда-то далеко, в большой город, вроде как к бабушке. А после рассказывал об огромных мостах, которые по ночам сами раздвигаются, а утром снова сами сдвигаются. Про очень высокие дома, где заходишь в какую-то комнату без окон, и несёт она тебя сама высоко- высоко, идти по ступеням не надо. Чудеса…
И вот ОН увидел ЕЁ. Сейчас она пройдёт мимо… Прекрасный и ни с чем не сравнимый миг. Размеренный шаг, движения плавны, длинные волосы, развеваются на ветру, как шелковистый шлейф поспевают за своей хозяйкой. Посмотрит на него или нет? Вот бы посмотрела. Окликнуть? Надо бы, да жалко разрушать волшебство. \» Как мимолётное виденье, как гений чистый красоты\». Внезапно захотелось \» не быть\», перестать ощущать себя самим собой, рассеяться в лучах утреннего солнца, и играть красками, переливаться в стёклах её цветных очков.
……………………………………………………………………………………
-Тебе что жить расхотелось?! Уйди с дороги.
Смачное и невозможное для изложения на этих страницах ругательство вернуло его на бренную землю. Неземное блаженное оцепенение покинуло его так же внезапно, как и пришло. На долю секунды он отвернулся, чтобы ответить говорящему с ним. Этого было достаточно. Девушка исчезла. Растаяла как облако, растворилась как в виртуальной игре нового поколения. Ничего особенного не произошло. Он остался жив, не умер, ничто не изменилось в выражении его глаз, в его походке. Он был спокоен. Ему надо было идти по делам, фотографировать очередную свадьбу.
Но… Его помощница, его любимая камера не успела сохранить даже тени этой незнакомки. Впервые его умение оказалось бесполезным. Он мог оставить себе на память только свои воспоминания, пару минут, на худой конец — улицы, по которым она прошла. Он был таким же, как и вчера, таким, как и месяц назад, но… Один нюанс, одно маленькое уточнение, почти ничего не значащая ссылка в конце страницы — в нём зародилось желание. Желание узнать, где живёт эта девушка, какие читает книги, какую музыку слушает, по утрам пьёт ли она кофе или предпочитает чай. Захотелось, чтобы она перестала быть для него чужой, чтобы улыбалась ему при встрече, чтобы целовала на прощание. Захотелось узнать, как её зовут. Её имя, какое оно? Набор букв, сочетание звуков, которое можно будет шептать себе под нос, привычно произносить при разговоре с приятелями, кричать в лесу и повторять про себя, как молитву. Пусть она появиться живая из плоти и крови, со всеми своими достоинствами и недостатками в его обыденности. Пусть полюбит его в ответ, ведь её он уже любил…
Банальная любовь с первого взгляда, вернее с первого мига, подсмотренного им отрезка её жизни, с первой украденной у неё, ничего не подозревающей, улыбки. Она его даже не заметила, его вовсе не существовало в её мире. Странно, но от этого он почувствовал себя несчастным. Он был сторонним наблюдателем, он потерял её в толпе, не попытался познакомиться, поступил опрометчиво, слишком увлёкся созерцанием. Что ж, надо попробовать действовать. Банально, но он старательно с упрямым постоянством изо дня в день дежурил на том перекрёстке, на котором он её увидел. Подолгу засиживался в кафе с огромными стеклянными окнами и всматривался в лица проходящих мимо. Искал её везде, оборачивался на любой звенящий женский смех, внимательно вглядывался в лица красивых девушек. И даже на снимках новобрачных с замиранием сердца боялся узнать её в каждой счастливой невесте. Но все усилия были тщетны. Неужели, действительно, нельзя войти в одну реку дважды? Неужели провидение так жестоко над ним пошутило? Показало мечту, дало почувствовать её и полюбить и тут же отняло? Потянулись пустые и ничем не примечательные будни. Сплошная череда понедельников и вторником, будто вовсе на свете не бывает суббот и воскресений. Родственники и друзья были несколько озадачены его хмурым постоянным настроением. Пытались развеселить, развлечь. \»Как давно мы не видели твоей улыбки. А ведь у тебя такая замечательная улыбка. Тебе так идёт, когда ты улыбаешься\»- говорили ему. И оказалось, что всем вокруг не хватает его манеры рассмеяться невпопад, когда как бы и нельзя по правилам хорошего тона. Не хватает его непотопляемой веры в лучшее, во что бы то ни стало. Не хватает, раньше так свойственного ему легкомыслия. Новых и совершенно с бытовой точки зрения не нужных фотографических снимков, на которых, к примеру, пойман как раз тот момент, когда жёлтый лист сорвался с дерева и парит, подхваченный осенним ветром, ещё не успев упасть на землю. И даже его мать уже согласна была отпустить его за границу, в другие страны, далеко от себя в надежде, что путешествие отвлечёт его. Что там, вдалеке от родного маленького городка он найдёт то, что потерял. Часть своей души, без которой ему не было в жизни радости. — Что ж прошло столько времени, а я так и не встретил ту девушку. Может, её и вовсе не было. Может она плод моего воображения. Или и того хуже, со мной случилась настоящая мистика, и она была гостьей из другого измерения, ведь её образ был так не свойственен привычному окружению. Во всяком случае, надо продолжать жить и чувствовать. Надо взрослеть и завязывать со всей этой белибердой.
Так думал он и начинал потихоньку строить планы на будущее. Поехать в Европу. Увидеть Рим, Мадрид, Прагу, Берлин. Может даже рвануть в Америку. Стать другим человеком. И работать, снимать всё то, что покажется ему замечательным. Пусть мимолётное становится вечным, остается постоянным и неизменным на глянцевых снимках, пусть ничто их не меняет — ни курс доллара, ни смена правительства, ни внезапное разочарование. Лишь только время будет властно над ними. Они пожелтеют, потускнеют, но, тем не менее, никуда не исчезнут, не испарятся без следа, как Она когда-то. Напротив — само время только прибавит им ценности. Время оно наказывает и милует, разрушает тело и залечивает душевные раны…
Он купил билет в одну сторону, он собрал вещи, он уже оформил все необходимые бумаги. На прощание решил закатить пирушку для друзей и родных. Заказал самый лучший зал в местном ресторане . Решил напиться, что называется до поросячьего визга, чтобы назавтра сесть в поезд с больной головой, так, чтобы не было сил думать, помнить, сожалеть.
— Я уезжаю. Я уезжаю далеко-далеко от сюда. И надеюсь, вернусь не скоро, если повезёт, никогда. До свидания серый, надоевший и ничем не примечательный город. К тому же здесь, почему-то постоянно идут дожди!
— Почему так пессимистично? Если очень постараться, то можно увидеть, что наш город окутывает воздушная пелена, такая особенная, удивительная розовая дымка. Я видела сама. Поверьте, мне.
Он обернулся на эти слова, странные и неожиданные. Все присутствующие обернулись на эти слова. Какое неуместное и наглое встревание в чужой разговор, нетактичное и совершенно противоречащее служебной субординации. Ведь незнакомый голос принадлежал официантке, подающей салат. Когда наш герой говорил свою заключительную речь, она как раз меняла тарелки. Волосы собраны в косу, спрятаны под накрахмаленный чепчик. Синяя униформа, длинная юбка, кристально белый фартучек. Миловидное лицо, круглые щёчки, карие глаза. Незабываемо карие глаза! Всё вокруг стало расплываться как в тумане, машинально он схватил её за руку и … и ничего не подумал, полный штиль мыслей. Просто на душе потеплело и стало очень и очень хорошо. Он улыбнулся. Надо ли говорить вам, дорогие мои, что это была Она, его прекрасная незнакомка, его гостья из параллельного мира.
— Вы не исчезните?
— Я обычная девушка. Я не умею растворяться в воздухе. Мне известно наверняка, что я не Дэвид Копперфильд и никогда им не стану.
— А как вас зовут?
— Маша.
— А вас?
— Иван. Приятно познакомиться, вы даже не догадываетесь насколько. Я искал вас. Так долго и мучительно, что чуть не потерял себя.
Она, вернее Маша, посмотрела на него так, будто давно и очень хорошо знала его, Ивана. Подумала, что не зря сегодня утром проснулась с ощущением какой-то необыкновенной радости. А по дороге ей встретился удивительный рыжий кот и стал ластиться к её ногам, отчего она ещё больше поверила в то, что день будет из ряда вон выходящим и не похожим на другие. А Иван… Иван просто решил не загадывать на будущее, а довериться судьбе, которая вдруг стала так благосклонна к нему. Нет, конечно, теперь то он и сам не оплошает. Глядишь, постепенно случится так, что в его альбоме займут своё законное место фотографии, на которых Они вместе, Иван и Маша, будут улыбаться, как раз после того, как поклянутся в вечной любви на фоне их общего города, города в завораживающей и самой- самой лучезарной \»розовой дымке\». Вы не верите? На что это похоже? Просто не ленитесь, встаньте пораньше и посмотрите как всё вокруг: стены домов, трава на газонах, первые трамваи, неспешно едущие к месту назначения — залиты свежайшим, нежнейшим, радужным светом пробудившегося солнца
Опубликован