Это было давно в ту пору, когда тело Земли не было стянуто поясами железных дорог, а в небе можно было увидеть только птиц, и серая хмарь не висела над городами.
Давняя эта история, и вот как она началась:
Сквозь деревянную ставню первый луч тронул белоснежную щёку Авальго, самого прекрасного юношу, которого знало в то время Побережье, большое поселение, что раскинулось вдоль тёплого и ласкового моря. Поговаривали, что даже рыбы выпрыгивали из воды, дабы полюбоваться на его дивную красоту.
Авальго не интересовали разговоры о нём, ибо был он рождения простодушен и открыт, и носил на шее амулет Богини Ильги, который она сама наделу ему на шею при рождении. А каждый знает, что если Ильга отметила кого, тот не будет ни злым, ни жадным.
Так вот, как только как только лучик коснулся лица прекрасного юноши, тот поднялся, пропел утреннюю молитву сироты, съел свой скромный завтрак и вышел из дому, попросив охранять ветер дом, пока он не вернётся из дальних странствий. Поклонился холмику, где была могила его родителей, и встал на жёлтую Дорогу, доверив ей быть исполнительницей его судьбы.
— Ты куда идёшь, Авальго?! – спросил его пастух. – Люди любят тебя. Они будут грустить без твоего смеха.
— Прости пастух, и пусть все простят меня. Я рождён Судьбой и мне судьбу найти надо. Я искал судьбу и у сохи пахаря, и у колеса мельника, и у сети рыбака, и у станка ткача, и у горна кузнеца, везде искал, то каждому известно, но не место мне в труде этих почтенных людей. Но не поёт солнце в труде таком, не светит благодать в сердце и не танцуют звёзды. Вот иду теперь место икать себе, Дороге доверил судьбу свою.
— Ну тогда пусть благом вершиться поиск твой, ибо нет маеты хуже на свете, чем у человека, не нашедшего дела своего! – И после этих слов пастух взял волшебную флейту свою и сыграл песню путника, чтобы Авальго не сбился со своей дороги.
И вела дорога юношу сквозь леса, полные весёлого птичьего пения, сквозь поля душистых трав, мимо, ручьёв, что поили его свежей водицей, мимо деревьев и кустов, что одаривали его своими плодами, а пушистая травка стелила ему постель.
И уж долго тянулось путешествие юноши, Авальго речь людскую забывать стал и шуршание волн по золотому песку, и многое другое, что прежде наполняло душу его. И впервые за жизнь свою познал он страх и отчаяние. Взял Авальго амулет Богини Ильги в руки и со всей чистотой сердца обратился к покровительнице с такими словами:
— О, великая Богиня Ильга, свет сердца моего, явись ко мне, как тогда пришла, чтобы спасти меня от горя и одиночества. Услышь, благословенная, отчаяние сердца моего!..
И не успел он закончить эти слова, как, мягко ступая, не приминая трав, к нему на встречу вышла Ильга.
— Не трудись мне рассказывать печали свои, — молвила Ильга, — мне всё ведомо. А причина беды твоей всё одна – идёшь ты куда не знаешь, и потому приходишь в никуда. Иди навстречу мечте и искомое сразу откроется перед тобой. И хорошо запомни то, что уже познал – не вкусив соли, не узнаешь сладость сахара.
Исчезла она, как утренняя роса, оставив Авальго размышлять над мудростью её слов.
По всему выходило, что его отчаяние породило поиск, а страх разгонял тучи неведения.. — Так вот мои проводники по неясной дороге судьбы! – думал юноша. – Но не может так быть, ведь Ильга сказала, что лишь мечта откроет искомое. А я и не мечтаю ни о чём. Всё, что я знаю мне известно уже, но ничто не захватило сердца моего, ничто не заставило петь и танцевать звёзды. Так пусть мне тогда открывается неизведанное, хочу я видеть то, о чём не ведаю, но этим богат этот мир.
И вновь пыль жёлтой дороги мягко стелилась между ног Авальго, и новый поворот сулил открытия. – Только вот что мне ожидать от Судьбы? – думал юноша. – О чём мечтать? Как можно найти то, что не знаешь? Как прикоснуться к этому неизведанному? Доверюсь я, как и прежде дороге, говорила мне когда-то Ильга, что всё необходимое всегда рядом. А кроме дороги и нет у меня ничего. Видать мой Путь по ней стелется.
И пошёл смело по дороге Авальго и уже к вечеру он увидел некий дом возле дороги. Радостью наполнилось его сердце, вот оно, видать, неведомое. Но разочарование постигло его, едва юноша приблизился к дому.
Авальго увидел лишь знакомые ему вещи. Такие же куры и гуси во дворе, и лошадь, и хрюканье свиньи, и даже лай собаки всё как в домах на побережье, что оставил он, и женщина, что вышла на крыльцо была очень похожа на тех, что он знал.
— Заходи, путник! Ой, да ты хорошенький, и молод, подстать моей дочери. Вот кто возьмёт на себя заботы о доме. Видно ты и есть долгожданный хозяин «Придорожного счастья»! – И взяв Авальго за руку, женщина повела его в дом.
Садись, красавец, одна услада на тебя смотреть. Отведай моего отвара «отдых путника», он и усталость уберёт, и сомнений лишит. А я пока тебе еды приготовлю, а скоро уж и дочка придёт.
От аромата, идущего из чашки, Авальго стало очень спокойно, он сделал глоток. Напиток показался ему очень вкусным, уютным, приятная усталость растеклась по телу, а перед глазами замаячила постель с белоснежными простынями и мягкими перинами, дрёма сомкнула веки. – Ох, как я устал! – только и успел подумать юноша, сладко засыпая.
Проснулся Авальго от весёлого смеха, увидев себя в окружении одеял и подушек на мягкой перине. Он с удовольствием потянулся и воскликнул: «Ох, как хорошо! Так хорошо, наверное, мне никогда не было! И так уютно, так тепло!»
Рядом с кроватью стояла вешалка с одеждой, а на стуле лежало чистое бельё. Юноша неспешно поднялся с кровати и стал одеваться. К его немалому удивлению бельё пришлось впору, словно сшито для него. И зелёные бархатные штаны, и рубашка с кружевным воротником, и такая же зелёная куртка, и ботинки с большими пряжками также сидели на нём, словно некий мастер снял с него мерку и с величайшим мастерством изготовил именно для него.
Авальго подошёл к зеркалу, смущённо пригладил волосы и сказал своему отражению – Ну, ты теперь как господин с ярмарки, тебе только ещё дюжины слуг не хватает! Вот только зачем мне всё это?!
Пора было идти поприветствовать хозяев дома, Авальго робко отворил дверь, и увидел ступени вниз и, спустившись по ним, он очутился в знакомой ему комнате, где он пил отвар. За накрытым столом сидела женщина, что встретила его на крыльце, и необычайной красоты девушка.
— Садись, драгоценный гость, на моё место. Теперь ты хозяин в этом доме. – молвила хозяйка.
Авальго, покрыв щёки румянцем, прилежно сел на указанное место во главе стола, и, не решаясь поднять глаза, начал разглядывать тарелку.
— Расскажи нам о себе, юноша. Откуда ты, и куда шёл. – попросила женщина. – И как имя твоё.
— Меня зовут Авальго. Я родился на побережье. Там остался мой дом, и там я оставил всё, что знаю о жизни, и там я пытался найти себя и место своё. Я искал его и у сохи пахаря, и у колеса мельника, и у сети рыбака, и у станка ткача, и у горна кузнеца, везде искал, то каждому известно, но не место мне в труде этих почтенных людей. Но не поёт солнце в труде таком, не светит благодать в сердце и не танцуют звёзды..
— И не нашёл бы ты ничего! – воскликнула женщина. – И ничего не получится. И всё оттого, что ты не был хозяином. Не было ничего, чтобы принадлежало тебе, и о чём бы ты заботился.
Авальго задумался. Похоже, что женщина говорит правду, ведь он действительно ничего никогда не имел. Всё, что было у него так только подарки от жизни, которые его всегда выручали в трудную минуту.
— Попробуй неизведанное тобой, — продолжила женщина, — стань хозяином. Этот дом не даром называется «Придорожное счастье» в нём ты будешь себя чувствовать самым счастливым мужчиной на свете. А краше невесты ты не найдёшь нигде.
Авальго посмотрел на дочку хозяйки и убедился в правоте женщины. А ещё он подумал – Возможно это и есть то неизведанное которое я ищу.
Тем временем хозяйка положила ему на тарелку еды и налила вина.
Авальго остался в доме «Придорожное счастье». Оказалось, что он был очень способным хозяином, умело распоряжался делами, окружённый ласковой заботой. Иринда, так звали дочку хозяйки, всегда слушалась его и усердно выполняла поручения. И если юноша бывал чем-то расстроен или опечален, то умела его расспросить так, что он с охотой ей рассказывал, чувствуя сопереживание и слушал внимательно советы.
Но главной печали, что мучила его, всё равно не мог рассказать красавице Авальго. Много он думал на досуге о своей судьбе, и о том как живёт теперь. Арда, хозяйка дома, пусть и во многом была права, но её правда не успокаивало сердце, а лишь сеяла сомнение и тревогу.
— Без женщины, — говорила она, — не устоит ни один мужчина. Нет в его пути смысла, если добытые богатства он не принесёт в дом. Только женщина придаст им значение и место, и только она сможет украсить дом, наполнить его любовью. Только женщина не даст сбиться с пути мужчине, и только она станет опорой в поражении.
И трудно было спорить с мудростью её слов, да и зачем. Но только что-то было не так и не найти тому объяснений.
А дела в «Придорожном счастье» уже шли к свадьбе, женщины шили для этого специальную одежду и украшали дом в ожидании гостей. Авальго же с каждым днём становился мрачнее и задумчивей. И вот однажды, когда все в доме уже уснули, он вышел на крыльцо, снял с шеи позабытый амулет Богини Ильги и попросил её помочь в размышлениях.
И почему я этого сразу не понял?! – удивлялся Авальго, — И ведь это так просто. Всё дело в доме. И права Арда, да только одно ей невдомёк – путь настоящего мужчины никогда не будет для того чтобы добывать блага для дома. Он никогда не будет ничего иметь, чтобы жизнь могла наполнять его и его женщину подарками. И если мужчине и нужна женщина, так не для того чтобы хранить и наполнять дом обременительными вещами. Женщина действительно нужна мужчине чтобы он не сбился с пути, и нашёл то самое, что сделает их счастливыми и настоящими. И это наполнит сердце благодатью, вот тогда споёт солнце и закружатся в хороводе звёзды. – На том поднялся юноша, поклонился дому и, пожелав всего самого благого его обитателям, отправился в путь.
И опять дорога струилась меж лесов и полей, под солнцем и дождём, и только звёзды говорили с ним, и только птицы ему пели, а шелест травы и деревьев помогал литься мыслям. – И всё же, — думал юноша, — что такое неизведанное? И о чём я могу мечтать, ничего не зная о мире и жизни. И права Богиня Ильга – только в никуда приведёт дорога, у которой нет направления. Может для начала мне стоит попробовать всё в жизни, а потом выбрать главное. Но ведь я не успею. Да и попробовав всё как я узнаю что есть самое главное?
Авальго шёл в основном ночами, поскольку не так жарко, да и можно всецело отдаться любимому занятию – разглядывать звёзды. Ведь они тоже дорога, только та дорога, по которой он идёт для ног, а они – дорога мечты, которую тоже не понять. Но ближе к рассвету он засыпал на мягкой цветущей траве.
Проснулся юноша от топота множества ног, чихая от пыли он поднялся и посмотрел на дорогу. Толпа людей бежала по ней, пихая друг друга локтями, обгоняя, падая и крича.
Авальго подошёл к упавшему, помог ему подняться и спросил: «А куда все бегут? Что-то случилось?».
— Как, ты не знаешь, юноша?! Ты что, сегодня великий день и большой праздник. Сегодня выбирают самого лучшего человека!
— Ну как же можно выбрать самого лучшего человека? Как можно это определить? Да и зачем?
— Вот ты глупый! Каждый человек хочет быть самым лучшим, ведь тогда его будут все любить и уважать. Побежали скорей, ты всё увидишь сам.
Пришлось Авальго присоединится к этой странной толпе. И хоть он и очень старался никого не задеть, и помогал подняться упавшим, его всё равно сильно потрепали во всеобщей сутолоке, одежда покрылась слоем пыли, и даже в нескольких местах порвана.
Толпа закончила свой бег на главной площади большого города. В этой суете Авальго даже не успел рассмотреть дома на улицах, по которым они бежали. Зато удалось разглядеть площадь, празднично украшенную цветами и лентами, посередине стоял большой помост, тоже украшенный к празднику. Внезапно толпа замолчала, зазвучала торжественная музыка и на помост поднялся Король и Королева в окружении множества людей.
Авальго, окружённый толпой, пытался разглядеть одеяния Короля и Королевы, которые уже расположились на очень красивых креслах, позже он узнал, что такое кресло называется трон. На площади стало тихо, юноша слышал, как дышат соседи. Вновь сыграли торжественную мелодию и Король начал говорить. Он поприветствовал собравшихся на площади. Его голос показался Авальго мужественным и сильным, чувствовалось, что Король мудрый и добрый человек.
— И вот мы в этот день выбираем самого лучшего человека, — продолжал свою речь Король, а граждане затаили дыхание, — вы целый год прикладывали усилия, делая добродетельные поступки, чтобы мы избрали одного, который целый год будет служить примером для всех остальных. Мы внимательно следили за вами, и долго колебались в выборе.
И вот нам доложили о поведении чужестранца, его поступки настолько восхитили нас, что выбор стал очевиден. Его зовут Авальго, и его мы провозглашаем лучшим человеком нашего королевства.
Авальго не понял, что говорят про него, и потому продолжал смотреть на помост, с интересом ожидая увидеть человека с таким же именем как у него. В тот момент к нему подошли люди, и повели к Королю и Королеве.
Авальго стоял с красными от смущения щеками, а Король вновь обратился к своему народу, спрашивая, одобряют ли граждане такой выбор.
Но народу выбор Короля и Королевы не понравился, ведь Авальго не был участником событий вместе с ними, не старался завоевать это звание, его толком никто не знал, да и сам Авальго не знал об этом событии.
На что Король ответил. – Да, вы правы, и мы конечно понимаем это. Но этот юноша оказался намного честнее и добродетельнее вас. Когда вы бежали на площадь, то толкали и сбивали друг друга, и никто никому не помогал. Вы забыли о помощи, всё о чём вы думали, так лишь о том, чтобы выбрали именно вас. И только этот юноша оставался открытым и непосредственным, он заботился о других не ради награды и признания. А потому что у него чистое сердце, лишённое той алчности, которая овладела вами. Он спешил сюда ни ради почестей, он оказался здесь, ведомый судьбой. И мы не могли не отметить это. И вот такие поступки должны служить примером каждому человеку.
А теперь, юноша, мы тебе предоставляем слово, ты с этого момента стал почётным жителем нашего королевства. Мы тебе подарим дом, ты будешь окружён почетом, и люди будут брать с тебя пример, ведь ты выбран лучшим человеком.
— Простите, — Авальго смутился ещё сильнее, он взял в руки амулет Богини Ильги, к нему потекла сила, и, набравшись мужества, он продолжил уже спокойно. – я действительно не понимаю что здесь происходит. Мне кажется, что нельзя выбрать лучшего человека, ведь каждый живёт как может, и трудно сказать что лучше: плохой король или хороший кузнец. Важно чтобы каждый был на своём месте и делал своё дело максимально хорошо. Я ищу своё место. Я не нашёл его ни у сохи пахаря, ни у колеса мельника, ни у сети рыбака, ни у станка ткача, ни у горна кузнеца, везде искал, то каждому известно, но не место мне в труде этих почтенных людей. Не поёт солнце в труде таком, не светит благодать в сердце и не танцуют звёзды.
У меня уже был дом, я был хозяином и у меня была невеста. В этом доме уважали и признавали меня. И нет для меня разницы уважают ли меня два человека или целое королевство. Главное признаю и уважаю ли себя я сам. Я не нашёл места в том доме, и не найду в вашем. Я не искал уважения и почёта, я не стремился быть лучшим, я ищу своё место. Простите меня, но пусть ваш выбор будет на том человеке, который искал это место, и заслужил его, а я пойду, ибо его не достоин.
Авальго спустился с помоста и пошёл из города. Народ с изумлённым молчанием освобождал ему путь.
После того, что произошло в том городе, Авальго стало ещё грустнее. Он почти впал в отчаяние, совсем запутавшись в том, что происходит и растерялся. – Но ведь Король сказал, что я иду, влекомый судьбой, значит всё правильно? Может быть. Но ведь мне действительно открывается неизведанное, но оно совсем другое, чем я себе представлял. Это неизведанное совсем такое же, как и изведанное, только я не знал, что так бывает. Мне нужно что-то такое, что больше возможных вариантов изведанного.
В этот момент он услышал голос Ильги: « Ну вот, ты наконец-то начинаешь что-то понимать, мой мальчик »! Юноша обрадовался, положил в своё сердце эти волшебные слова и, согревая себя улыбкой, лёг спать.
И вновь утро для Авальго обернулось необыкновенными событиями. Возле куста, под которым он спал в эту ночь, сидело три старца. И что очень удивило юношу, они сидели совершенно неподвижно, и казалось даже не дышали. Авальго осторожно коснулся одного из них, но ничего не произошло, тот никак не отреагировал в ответ. Юноша удивлённо пожал плечами и громко сказал: «Здравствуйте». Старец, что сидел посередине, медленно, словно заходящее солнце, приподнял веки и тихо сказал. – Не шуми. Садись рядом и жди. – Юноша не понял, чего ему ждать, но послушно сел рядом, попытался сложить ноги также хитро, как и старцы, но не получилось. Он закрыл глаза, может у него получится ждать неизвестно чего.
По прошествии некоторого времени, когда Авальго перестал обращать внимание на тело, которое вдруг начало отчаянно чесаться в разных местах, и на мысли, что толпой голодных детишек носились в голове, на него снизошло некое состояние. Оно волнами покоя перекатывалось в нём, поднимая волшебное чувство, выше любой радости и счастья, видимо его и называют благодатью.
— Ну вот, услышал он голос старца, — наконец-то хоть один человек понял проповедь тишины. Ты дождался благословения и ты достоин стать нашим учеником.
И снова настала пора для Авальго удивляться. – Простите, я просто послушался Вас и сделал то, что вы велели. Я не сделал ничего примечательного. Я не знаю чему вы учите и потому не могу быть вашим учеником.
Ответ достойный ученика. Мы учим тишине. Ведь только находятся в покое тело, ум и сердце, возможно познать неизведанное.
Авальго смутился и замолчал. Старец ведь заговорил о неизведанном, да ещё и о таком, которое явно лежит за пределами изведанного и его вариантов. И видимо стоит поучится у старцев их искусству слушать проповедь тишины, и Авальго остался с ними.
Старцы многому научили юношу, сидеть как и они со скрученными ногами и подолгу ничего не есть, он научился молчать и слушать тишину. Авальго увидел в ней глубокую мудрость вечности и великий свет Главного Бога, и ещё много чего, что трудно передать простыми человеческими словами. Но вот только сердце юноши оставалось в смятении, и он искренне пытался разобраться в том.
— Скажите, Итур (так звали главного старца), вот тишина читает проповедь, мы напитываемся благодатью, а что потом?
— Потом, юноша. Когда благодать полностью овладеет тобой, ты сольёшься с неизведанным, вечностью, ты станешь святым и познаешь Истину.
— А зачем познавать Истину?
Прежде чем ответить на этот вопрос Итур долго молчал, но потом, словно поняв что-то, ответил. – Таково предназначение каждого человека. – важно изрёк он и закрыл глаза, замолчал и это означало, что он опять погрузился в тишину и его нельзя беспокоить.
Авальго же больше не мог оставаться в покое. – Ну как же, — думал он, — если у меня есть руки и ноги, вокруг меня удивительный и прекрасный мир, который восхищает меня, наполняет любовью и радостью, то почему я должен отказаться от своего тела, закрыть глаза на этот мир и отвернуться от людей и животных, которые меня окружают?! Здесь что-то не так. Если я живу на земле, то я здесь живу, а если этого не должно быть, то меня бы здесь не было. По-моему эти почтенные старцы обманывают себя, закрывают глаза и уши от того, с чем и кем им надо быть. Пожалуй, нет мне здесь места, и ведь по-прежнему не поёт солнце, и не танцуют звёзды.
Авальго громко попрощался со старцами и пошёл к дороге, которой он когда-то доверил свою судьбу. Но не один старец не обратил на него внимания и не открыл глаз на уходящего от них ученика.
Конечно Авальго пребывал в смятении, ведь рядом со старцами он узнал проповедь тишины и благодать, а это намного важнее того, чем были заняты все люди, которых он знал. Но не было у них и чего-то такого, что дарила Богиня Ильга, а она знала намного больше их. Но только как понять что это такое.
В своих раздумьях Авальго не заметил как оказался на улице города, и не заметил человека, который подошёл к нему и сказал : «Здравствуй, мудрый человек»!
Юноша вздрогнул, посмотрел на незнакомца и ответил. – С чего Вы взяли, что я мудрый? Я самый обыкновенный человек. – Но незнакомец не слушал больше его, он радостно закричал и вокруг Авальго собралось множество народа, подхватили юношу на руки и куда-то понесли, радостно и возбуждённо крича.
Авальго принесли во дворец и усадили на трон, потом вышел вперёд очень важный человек и объяснил, что давно у них умер король. У короля не было наследника, и чтобы не оставить свой народ в хаосе, желая, чтобы страной управлял мудрый человек, оставил завещание, в котором велел своим главным министрам подходить к каждому человеку и вместо приветствия говорить: «Здравствуй, мудрый человек»! и если то, у кого спрашивают, заважничает, и впрямь прикинется мудрым, то он не подходит. А вот если он останется открытым и скажет, что я не мудрый, то только он и достоин быть королём.
Вначале эта задача показалась министрам лёгкой, им казалось, что они быстро найдут нового короля, но вот уже семь лет трон пустует, не смотря на то, что они обратились с этими словами к каждому жителю королевства и ко всем, кто въезжал в его пределы.
— Простите, но я не собирался быть королём. Я ищу своё место в жизни, я не нашёл его ни у сохи пахаря, ни у колеса мельника, ни у сети рыбака, ни у станка ткача, ни у горна кузнеца, везде искал, то каждому известно, но не место мне в труде этих почтенных людей. Не поёт солнце в труде таком, не светит благодать в сердце и не танцуют звёзды. Я не умею управлять государством, и я не знаю, как быть королём.
— Государь, как управлять страной знаем мы, Вам лишь достаточно будет привнести в наше управление мудрость. И разве не достойно любого человека на земле делиться своей мудростью с ближними, тем более, когда в ней нуждаются.
Слова этого важного человека, а он был главным министром, показались Авальго справедливыми, и он решил остаться. Да и как ещё понять твоё это место или нет, да и дорога его привела именно сюда.
Конечно Авальго, став королём, хотел чтобы его народ жил в справедливости и согласии, чтобы сердца людей были полны любви и сострадания. О том он и говорил своим министрам. Те его радостно поддерживали, но делали всё по-своему. Им совсем не нравился новый король, ведь как обогащаться, если он стремится отменить все налоги, распустить армию, и те деньги, что шли на её содержание. Отдать бедным, дабы помочь им наладить хозяйство. Авальго поручал им много подобных дел, министры ловко исполняли их, но так чтобы сохранить свою выгоду. Например, с армией, они распустили слух, что Король Авальго отменил налоги, чтобы потом сделать один, но такой большой, что все разом обеднеют. Сначала он подослал шпионов, чтобы те выведали нужные слова, для того чтобы стать королём, а потом распустил армию, чтобы оставить страну беззащитной перед соседней страной.
Народ взбунтовался и с Авальго сняли корону и пинками под свист толпы изгнали из страны.
Юноша не сопротивлялся, он был удивлён, но не пытался спорить и доказывать свою правоту. И когда его, наконец, оставили в покое, то он устало опустился на траву, чтобы осмыслить произошедшее.
— Так, — подумал Авальго, — я не сделал этим людям ничего плохого, я хотел со всей искренностью для них счастья. Тем более, что они сами меня попросили об этом. Похоже, что они запутались так же как и я. Они хотели чтобы ими управлял мудрый король, но понятный и удобный им, чьи решения не будут противоречить их знаниям что такое хорошо. Вот и я так же ищу удобное и понятное для себя, что по моему мнению будет для меня хорошо. Наверное это из-за того, что на самом деле мы боимся чего-то по-настоящему нового, видимо оно и есть неизведанное, в котором моё место.
В этот момент Авальго почувствовал как нежные руки легли ему на плечи, а ещё поцелуй в затылок. И Авальго знал, что это Богиня Ильга так благословляет его, видимо он понял что-то очень важное.
Авальго впервые увидел горы. Он восхищался красотой снежных вершин, а по ночам звёзды были так близко. И все последние дни юноша думал о том как сделать так, чтобы всем было хорошо, чтобы все были счастливы, чтобы каждый был на своём месте и не боялся нового.
Крутая горная тропинка несла всё выше и выше, и вдруг Авальго увидел старика с большим мешком на спине.
— Позволь тебе помочь, добрый человек. – обратился юноша к старику.
— Сделай доброе дело, мил человек. Помощь другим, всегда помощь себе, так и воздастся тебе сторицей.
Авальго удивился таким словам. Получается, что помогая другому, он должен думать о себе. Но ведь он всегда бескорыстно помогал другим. Однако вслух юноша не стал говорить этого.
— А куда ты путь держишь? – спросил старик.
— Я ищу своё место в жизни, я не нашёл его ни у сохи пахаря, ни у колеса мельника, ни у сети рыбака, ни у станка ткача, ни у горна кузнеца, везде искал, то каждому известно, но не место мне в труде этих почтенных людей. Не поёт солнце в труде таком, не светит благодать в сердце и не танцуют звёзды. И теперь я ищу неизведанное, может там есть место для меня.
— Да, в таком несовершенном мире нет места для тебя. У тебя чистое сердце, но и как у всех людей в нём не Бога… А, вот мы и пришли. Заходи к нам, может хоть ты поймешь, зачем живёт человек на земле.
Старик привёл Авальго в пещеру. Они долго шли по коридорам и наконец оказались в подземном храме. Авальго увидел молящихся, курились благовония и играла музыка. Старик объяснил, что у каждого здесь высокое предназначение, особая миссия, а именно вернуть Бога в сердца людей. День и ночь они молятся, потому что мир может погибнуть, ведь людьми управляет алчность и себялюбие.
— А как вернуть Бога в сердца людей? – спросил удивлённый и немного напуганный юноша.
— О-о-о, для этого изобрели много молитв и служб. Надо делать специальные ритуалы в определённое время. Осталось теперь научить этому людей. И если все начнут делать как мы скажем, то тогда мир будет спасён.
Потом старик отвёл Авальго на совет мудрецов, где юношу посвятили в великую миссию спасения людей, и научили первой молитве.
Потом Авальго научили ритуалам и правилам, и через некоторое время, а юноша исправно и аккуратно выполнял то, что ему велели, ему сказали, что Бог услышал его молитвы и готов вернуться в его сердце. Но сначала надо пройти великое испытание, вернуться к людям и донести им это учение.
Авальго и вправду пошёл выполнять это поручение, он пришёл к людям, посмотрел на них и подумал, а зачем нужны эти ритуалы и молитвы. От них ничего не изменилось в нём, он не стал ни лучше, ни хуже, и ничего не изменится в других. Да и не получится ли с этими ритуалами как с его законами? Люди просто не станут следовать насильному счастью. Уж лучше пусть каждый сам найдёт в своём сердце Бога. О ведь Он там обязательно есть и без всяких ритуалов.
Авальго был измучен последними днями пути. Его одежда была изодрана, покрыта пылью, волосы отросли и сбились в колтуны, борода имела так же жалкий вид. Да, да, Авальго уже не назвать юношей, но не смотря на недолгую жизнь, невозможно сосчитать годы скитаний. Теперь он не жалел ни о чём, и не жалел себя. Теперь он знал, что наступит момент, когда неизведанное откроет свои врата. И не надо его искать, надо лишь понять, что мешает этому произойти. Да вот только как это сделать. А пустыня всё не кончается, и так хочется пить.
Солнце опускалось ниже и измученное жарой тело жадно хватало первые глотки прохлады. Вдалеке Авальго увидел поднявшуюся пыль, — Значит там люди! – радостно подумал он.
Через несколько часов он оказался у ворот города, очень причудливого, впрочем, всё, что он видел, было не менее странным. У ворот его встретили стражники.
— Эй, оборванец, куда ты прёшь?! Давай деньги!
— У меня нет денег…
— Тогда проваливай, вход в город стоит две монеты, такова пошлина.
— Но…
— Проваливай, пока мы не отвели тебя в тюрьму!
В этот разговор вмешался купец, который тоже стремился попасть в город.
— Эй, оборванец, я заплачу за тебя, если будешь на меня работать. Ты не похож на вора, я возьму тебя.
Авальго согласился, поскольку ничего не оставалось делать, а умереть от голода и жажды было бы так глупо.
Работы у купца было очень много. Авальго вставал очень рано, поил лошадей, подметал двор, потом грузил тюки с товаром на телегу, и уже на рынке опять разгружал телегу, а потом целый день кричал, зазывая покупателей для купца. Вечером же опять грузил тюки на телегу, дома с телеги и так каждый день. За что он получал от купца миску похлёбки, немного плова и три мелкие монетки в конце недели.
Авальго однажды спросил у купца. – Скажи, а почему здесь никто не разговаривает по-человечески?
— Это как?
— Например, стражники кричали на меня, ты всё время грубишь мне и приказываешь, но с покупателями ты вежлив и заискиваешь перед ними, но если они ничего не купили, то оскорбляешь их в след. Да и они перед тобой любезны, но тут же стремятся оскорбить меня или мне подобных?
— Болван, это потому, что у меня есть деньги, и у них есть. А ты нищий, кто ж с тобой будет считаться?
— А если бы у меня были деньги?
— Тогда другое дело. Чем больше денег, тем больше уважения и почёта, понял.
Нет. У меня никогда не было денег, даже когда я был королём. Но меня уважали и без них. И этот способ уважения не нравится мне, потому что в нём нет меня. И получается, что уважают не меня, а деньги. Меня же, когда я повернусь спиной, оскорбят. Ведь и тебя, купец, за глаза называю жирной свиньёй, но льстят, когда…
Авальго не успел закончить, поскольку рассвирепевший купец схватил плётку бросился на него.
Звёздное небо утешало Авальго, наполняя спокойствием и тишиной. Позади осталась погоня, и удалось скрыться от преследователей, но куда убежишь от мыслей.
— Как всё странно. Я был во многих местах, но ни одно не заставило танцевать звёзды. Да и светили они ярче, когда я был в пути, и никогда я не был к ним так близко. И это последнее место поразило меня больше всего. Как можно так обманывать себя и других, измеряя всё жёлтыми кружочками металла?! Смешно, но они пытаются на них купить то, чего у них и так в избытке, стоит только на это обратить внимание. Но обращаю внимание на совершенно другие вещи, и я попытаюсь это понять…
Женщинам нужен был мужчина, для того, чтобы быть счастливыми, жителям города – слава, старцам – ученик, народу – король, мудрецам – спасение мира, а жителям этого города – деньги, а мне – моё место…
Так ведь всё это глупость! Почему мы пытаемся чем-то обладать?! И оно всегда вдалеке… может оттого и несбыточно?
И зачем мне тогда куда-то идти? Ведь я есть всегда и везде.
В этот момент он увидел хоровод звезд, из которого вышла богиня Ильга. Она молча подошла к Авальго и взяла за руку. Так они шли некоторое время, потом она исчезла. Авальго немного растерялся, ведь то место, в котором он оказался, было очень странным. Вокруг росло множество цветов, но они совершенно отличались от тех, что удавалось видеть прежде. Поражали не только их размер и форма, казалось, что эти цветы наполнены некой особой жизнью, которая, мерцая, создаёт удивительные переливы в стеблях, листьях и лепестках.
— Здравствуй! – услышал Авальго за спиной голос. Он обернулся и увидел красивую женщину. Она улыбалась ему.
— Здравствуй. А ты кто?
— Я уже не садовник грёз.
— А кто такой «садовник грёз» и почему «уже».
— Я слежу за грёзами, которые растут здесь…
— Эти цветы, которые вокруг нас?
— Да. Они растут из желаний, которыми грезят люди. Когда желание исчерпывается, я срываю цветок, и он исчезает.
— А зачем срывать цветок?
— Иначе он выпьет все соки из человека. Чем сильнее желание, тем меньше жизни в человеке, и тем сильнее цветок, и тем больше он подчиняет человека себе. И всё, что делает человек, становится кормом для цветка.
— Это ужасно. И я кормил цветы?
— Да. У тебя было желание и был цветок, но я его недавно сорвала. И потому ты здесь. Это и есть ответ на вопрос почему я уже не садовник грёз. Теперь им станешь ты.
— А почему?
— Потому что не достаточно оставить желание, не достаточно услышать проповедь тишины, почувствовать себя хозяином, побыть лучшим человеком, королём и нищим. Не достаточно понять тщетность и глупость попыток спасти мир, и понять, что мир не изменится, пока не изменится каждый. Не достаточно понять, что нельзя ничем купить самого себя. Тебе осталось понять ещё что-то, и ты это поймёшь среди этих грёз, как поняла это я.
— Скажи, так всё, что происходило со мной, было всё-таки реальность или моими грёзами?
— Вот, ты уже начал понимать.
Авальго смотрел на эту прекрасную женщину, всё более восхищаясь ей. Вдруг он понял, что теряет её, и теряет что-то невероятно важное. И пронзительная боль зажгла его сердце.
— Мне пора. Сад теперь твой…
— Не уходи!..
— Мне нельзя оставаться здесь.
— Но я люблю тебя!
— Ты не искал любви. Ты искал своё место и нашёл его. Если бы ты искал любовь, то нашёл бы меня. И всё было по-другому. А так тебе предстоит ухаживать за грёзами, а я буду тебя ждать за порогом.
— Так всё-таки, что такое желание, и что такое эти проклятые цветы?!
Но ответить Садовнику Грёз было уже некому – возлюбленная исчезла, а цветы лишь переливались причудливыми узорами наших желаний.
