Я помню времена от первого потопа,
Которые прошли водой у темных скал,
И, вынырнув как щепка из потока,
Я чашу Назарею подавал.
А на земле из камня били реки,
И из морей ползли материки,
И сквозь мои отворенные веки
Свет отмерял по Космосу шаги.
И времена прошли, как батальоны
(вы слышали, как время мерит шаг?),
И поднимало знамя над Тулоном
Неистовство багровое атак.
Но время откатилось, словно море,
Бежал песок с ладони на ладонь,
И страшен был парижскою зимою
Серп месяца на плахе ледяной.
И видел я, как время стало старше,
Когда в блокадный неживой мороз
Я, точно век, плетущийся на марше,
На саночках замерзший трупик вез,
А ветер гоготал средь серых улиц,
Фасадами качал,
И вечер встал, сутулясь,
И до небес достал.
Но свет звезды прошел сквозь призму
Пространств-зеркал,
Губами теплыми и чистыми
К щеке припал,
Когда в пространстве межвременном
В последнем сне
Я привыкал, новорожденный,
Не спать в земле.
1998.
