платья ваши некрасивы,
души чисты и ревнивы.
не хватает на одежду?
постирались бы, невежды.
в головах лучами светит,
солнце — нечистоты метит,
и показывает миру,
как оно всё некрасиво.
у меня всё по-другому.
не смогу я войти в кому —
могу мёртво помереть,
полюбить, убить и спеть.
кинуть много порошка,
щёлкнуть дверью неспеша,
выйти из гостей, забыть,
дать извозчику на прыть.
у меня в кармане маузер —
металлический проказник:
даст осечку иль не даст?
что ни выстрел, *.
вот прикид сейчас сменяю,
не увидеть меня раю,
зажигалкой подожгу,
в пепел рукопись врагу.
написал как один белый,
рифмой очень уж умелой:
«в сердце чистое нагажу»
у меня такое в стаже,
не увидят же пропажи
в общем ряде одной лажи.
я ещё могу украсть —
схавать оборотов часть.
главное, красиво чтобы
чтоб не выглядело пробой.
вот хожу я, убивая,
где поэтов не признаю,
графоманство нынче в моде:
«я любил тебя…», «о боги!..».
кину чушь всю эту печку
пук большой с названьем «нечто».
справлю галстук, чтоб красиво
и пойду — прелестно, мило!
вот такой злодейский мистер,
санитар поэтов чистых.
