Почти одновременно с прибытием авангарда Верцингеторига, к Аварику поспешил явиться и Цезарь. Осудив порядок ведения осады и место, выбранное сенатским легатом Брутом для устройства каструма, консул берет управление в свои руки и намеревается отстранить провинившихся трибунов от управления. Первым, что он делает – отзывает несколько когорт десятого легиона, углубившихся в город и, постепенно окружаемых битуригами.
Римский каструм в виду Аварика. Палатка консула.
Цезарь (резко)
Пускай объявят сбор!
Префект каструма (охране)
Совет центурионов!
По слову консула истребовать легата.
Цезарь (раздраженно)
Пускай трибуны направляются к когортам:
И мы посмотрим, кто и как ведёт осаду!
Вернуть зарвавшихся! Мне, властью Римом данной,
И для возврата войска в лоно дисциплины,
Высокомерность проявивших среди равных
Я децимации подвергну!
(Презрительно обращается к входящим трибунам и центурионам)
«Триумвиры»!
Чем оправдаете потери? Жаждой славы?
Кто отвечает за доставку провианта?
Подход к источникам закрыли турмы галлов
Еще день два и вы попятитесь обратно?!
Да и куда идти? По выжженной же вами
И обезлюдевшей пустыне – трибе боев?!
Вы позабыли, кому в Риме присягали?
О, недостойная орла, толпа изгоев!
(Пренебрежительно в сторону вошедшего Брута)
Ты отстранён мной, Брут.
Брут (возмущённо пытаясь возразить)
Я, волею Сената…
Цезарь
Здесь, только я – Сенат! Надеюсь, всем понятно?
Брут (с достоинством собирается покинуть совет)
Я приступаю к составлению доклада…
Цезарь (насмешливо)
Уверен в том, что ты опишешь всё, как надо.
(Центурионам)
Мои слова: не обещанье, не угроза
Определите тех, кто должен быть наказан.
Когда не выйдет, кто по имени был позван
Мой гнев обрушится на всю когорту, сразу.
Первый центурион
Мы выполняли приказание легата:
«Любой ценой возьмите варварский опидум!»
Цезарь (поднимая руку)
Приобретенье, так себе – огромна плата
Условья Рима оглашали битуригам?
Второй центурион
Дабы не счел ты, что мы ищем оправданья
И устрашились наказанья в виде смерти,
Клянусь, я выражу всеобщее желанье:
Избавь от выбора и к жребию прибегни.
Третий центурион
Нас не пугает неизбежность покаранья,
Но обвинение твоё лишает чести,
Того, кто вынужден являть своё старанье,
Ибо порядок подчинения известен.
Приказ объявленный от имени легата,
В виду того, что консул армию оставил,
Имеет силу повеления Сената:
«…и указует путь для нас, ведущий к славе!»
Цезарь
Тот, кто на высшего по званью уповает
При разрешении посильного вопроса,
Тот не прельщается великими делами,
Ибо для трусов, сама мысль о них несносна.
Чему учил я вас, на лагерных стоянках
И в достопамятных альпийских переходах?!
Что, есть страшнейший враг – привычка к постоянству!
А, из-за лени смерть – глупейший из исходов!
В том, что вас галлы окружили в Аварике
Не виноват легат, он сможет оправдаться.
Но, что увидели сегодня битуриги?
Да то, что могут «обвести нас вокруг пальца»!
Зачем не позван Брут на сходку, к трибуналу?!
Не очевидно ли, что местоположенье
В низине лагеря, с холмов открыто Галлу,
Не оставляя выгод в будущем сраженье?!
Центурионы (растерянно переглядываются между собой)
Первый центурион (указывая на меч)
Позволь, нам кровью смыть вину перед тобою…
Второй центурион
«Лиши огня с водою», Гай…
Третий центурион
Яви, нам милость…
Цезарь (хладнокровно)
Клянусь, Юпитером, пусть я разочарован,
Однако ясности рассудка не лишился.
(Стремительно идет к выходу из палатки, центурионы недоумевая следуют за консулом. Цезарь осмотрев противолежащие Аварику холмы, указывает на них римлянам)
Пускай займут три близлежащие вершины
И закрепятся там, те самые когорты,
Что проявили утром доблесть без причины,
И установят для обстрела «скорпионы».
(Центурионы бросаются, каждый к своим отрядам)
(Префекту)
Возобновить работы по подкопу башен,
Когда ты сможешь сдать «осадную колонну»?
Префект (виновато)
Легат забрал людей, собрать останки павших…
Цезарь (с гримасой неудовольствия на лице)
Ответ неверный. Результатов жду сегодня.
(Поворачиваясь спиной к Аварику, смотрит в сторону леса, под сенью которого скрываются арверны и их союзники. В какой-то момент, консулу кажется, что он замечает одинокую фигуру всадника, наблюдающего за происходящим в римском каструме)
Не в Аварике заключается опасность,
Опидум галлов – не добыча, а приманка.
Желая вынудить, меня пойти на крайность,
Верцингеториг угрожает нашим флангам…
В любой момент он может выслать колесницы,
Но по обычаю всех варварских народов
Он самолично должен, прежде убедиться,
Что нет возможности, для встречного обхода.
(Некоторое время помолчав в задумчивости)
Да и о выгоде ли речь, клянусь богами,
Дела в Провинции не лучше год от года.
Вот уж воистину «творим, чего не знаем»,
Но неизменно, галлов гению в угоду.
Велеть, теперь «обозу стать в средину строя»?
Но запоздалое решение бесплодно…
Успех сомнительный мы бегством лишь удвоим,
Упорство, смертью угрожает нам голодной.
(Обращает взгляд на палатку, куда поспешно удалился легат Сената)
За красноречие триумфом наделяют,
Великий город суесловье чтит заслугой,
Ибо снискавшие любовь его отвагой,
Распорядиться не сумели ей разумно…
Помпей Испанией владеет, безусловно
Ибо добытой властью не пренебрегают.
А мой удел, Сенат считает, только войны
Однако я уже пресыщен полуправдой.
