В горячечном бреду дворы-колодцы Архангелы играют в домино И бродят с пивом снулые уродцы В кросовках и потертых кимоно По радио опять хоронят Севу Опять играют марши и балет А ночью говорят видали Деву И говорят младенца с Девой нет А у пожарных потускнели каски А у Биолога украли страшный …
В горячечном бреду дворы-колодцы Архангелы играют в домино И бродят с пивом снулые уродцы В кросовках и потертых кимоно По радио опять хоронят Севу Опять играют марши и балет А ночью говорят видали Деву И говорят младенца с Девой нет А у пожарных потускнели каски А у Биолога украли страшный …
В горячечном бреду дворы-колодцы Архангелы играют в домино И бродят с пивом снулые уродцы В кросовках и потертых кимоно По радио опять хоронят Севу Опять играют марши и балет А ночью говорят видали Деву И говорят младенца с Девой нет А у пожарных потускнели каски А у Биолога украли страшный …
Пусть будет дом И ветхие карнизы, И твой балкон, И мой пивной ларек, И чай от бабушки в фамильные сервизы, И навсегда пропущенный урок. Пусть будут лыжи чищенные воском, И штора, И звонок, И твой испуг, И лавка за разливочным киоском, И дядя Ваня, тети Фаин друг. Пусть будет первый …
Пусть будет дом И ветхие карнизы, И твой балкон, И мой пивной ларек, И чай от бабушки в фамильные сервизы, И навсегда пропущенный урок. Пусть будут лыжи чищенные воском, И штора, И звонок, И твой испуг, И лавка за разливочным киоском, И дядя Ваня, тети Фаин друг. Пусть будет первый …
Мой тихий град, мой вязаный освенцим, Мой старый добрый шерстяной носок, Вон в том окне, под мокрым полотенцем, Темнеет твой встревоженый сосок… И я лечу сквозь метрополитены, В угаре вечера, в маршрутке и в носке, И облекаю в рифмы и фонемы Мечты свои о доме и соске. И пусть гнетет …
Мой тихий град, мой вязаный освенцим, Мой старый добрый шерстяной носок, Вон в том окне, под мокрым полотенцем, Темнеет твой встревоженый сосок… И я лечу сквозь метрополитены, В угаре вечера, в маршрутке и в носке, И облекаю в рифмы и фонемы Мечты свои о доме и соске. И пусть гнетет …
Мой тихий град, мой вязаный освенцим, Мой старый добрый шерстяной носок, Вон в том окне, под мокрым полотенцем, Темнеет твой встревоженый сосок… И я лечу сквозь метрополитены, В угаре вечера, в маршрутке и в носке, И облекаю в рифмы и фонемы Мечты свои о доме и соске. И пусть гнетет …
Кибитками под снегом гаражи… Вот-вот сорвутся — вольная порода — Туда, где не мешают этажи Плясать кострам бродячего народа… И плачет вьюга пьная навзрыд, — Распущенная девка: «Все пропало!» Но тела снег так просит, так кричит, И тянет, и влечет кого попало! И вот уж снег, как белый кокаин, И …