Глава 3.
В спортзале Эфф вымещала весь свой гнев на груше, подвешенной к потолку.
Ненависть съедала её изнутри, и девушка безжалостно колотила снаряд руками и ногами, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать от переполнявших ее чувств.
Слегка хлопнула входная дверь, и Эффели, остановив грушу, повернулась, чтобы рассмотреть, кто пожаловал на этот раз.
Джеймс с издёвкой захлопал в ладоши:
— Мне нравится, когда ты злишься. Ты выглядишь так…
— Заткнись, — перебив его, ядовито прошипела Эфф и откинула назад выбившиеся из причёски пряди, — хватит строить из себя повидавшего виды бойца. Ты, каким был, таким и остался — трусливым нахалом, — она угрожающе потёрла кулак левой руки о правую ладонь.
— Ты правда думаешь, что я уже ни на что не годен? — неприятно расхохотался Бейкер, и его голос эхом разнёсся по залу.
— Хах, ну докажи, что ты крутой, — девушка с вызовом посмотрела на него, — … врежь мне, — загадочно улыбнулась она.
— Нет, нет, так не пойдёт, — Джеймс взмахнул руками, — я не стану этого делать.
Эфф вплотную подошла к нему и горячо задышала в лицо:
— А почему? Боишься испортить меня, да? Мать твою, я больше не намерена быть красивой игрушкой, которую можно поставить на полку и забыть о ней даже как о друге.
Ярость бурлила в ней гейзером и давно искала выхода наружу.
— Нет… — Бейкер не успел договорить, так как Эффели со злостью толкнула его на стену, и не прошло и секунды, как её правая нога врезалась в неё в миллиметре от уха Джеймса.
Тот вытер крупные капли пота со лба. Престон замахнулась для нового удара, но он опередил Эфф и перехватил её руку, после чего круто развернул девушку и швырнул на пол, со словами:
— Не играй со мной… ты уже не такая, как раньше. Не хватает тренировки.
— Ха! — недобро сверкнуло зеленое пламя в глазах поверженной.
Полежав несколько секунд и отдышавшись, Эфф с двойным упорством бросилась в бой: резко перекатившись на спине, она грациозно выгнулась и, встав на руки, закинула ноги на плечи соперника. Затем подтянулась и ударом пяток о грудь, утянула его вниз, вслед за собой.
Злость и ненависть заглушали все остальные чувства и эмоции и не давали времени на промедление.
Она ловко встала и поманила Бейкера пальцем:
— Ну, что же ты разлёгся?
Тот, сморщившись, потёр ушибленный затылок и, опираясь на руки, наконец, поднялся. Эффели не успела ничего понять, но очень скоро её голова оказалась зажатой между ладоней Джеймса.
Он сильно ударил её лбом, отчего девушка немного пошатнулась и чуть было не упала. Отступая, она натолкнулась спиной на грушу. Бейкер, не дожидаясь ответной реакции, нанёс два удара: один костяшками пальцев под косым углом Эфф в нос, другой — ребром ладони в нижнюю челюсть.
Из ноздрей девушки потекла кровь, и она небрежно смахнув её, облизнула верхнюю губу:
— Ненавижу этот вкус.
— А ты думала всё в шутку? — усмехнулся Джеймс.
— Напротив, — съязвила та из замахом правой ногой врезала ему в солнечное сплетение.
Бейкер согнулся пополам, грязно выругался и начал отходить назад.
Следующий удар с разворотом пришёлся на его лицо. Третью попытку, наконец, собравшись с силами, Джеймс всё-таки сумел отразить и теперь уже перешёл в наступление — недолго думая, ударил Эфф пяткой в ключицу, потом в печень и, завершая очередь безостановочных выпадов, в заключение треснул локтем в лицо.
Эти его последние шаги по отношению к ней, привели девушку в бешенство, но, не позволяя эмоциям возобладать над здравым смыслом, Престон решила схитрить и, постоянно отражая атаки Бейкера, вышла на середину зала. Тот тут же смекнул, что она задумала, и они оба, нарочито растягивая время, принялись ходить по кругу, медленно переступая и, пристально смотря друг другу в глаза.
— Ты действительно думаешь, что достоин моего внимания? — прозвучал в напряжённой тишине голос Эфф. – Не хочется пачкать руки.
Бейкер ничего не ответил, и вновь воцарилось полное молчание, нарушаемое лишь стуком железных подошв об пол.
Неожиданно девушка сорвалась с места и молниеносно нанесла ему хаотичную серию ударов кулаками и сразу за этим провела целую серию замысловатых комбо-ударов.
Что ж, это было её преимуществом — ещё до войны она профессионально занималась боксом. Джеймс стараясь отразить атаки, не успел сориентироваться и пропустил сокрушительный и мощный выпад Эфф — с силой треснув кулаком в живот, дабы отвлечь внимание Бейкера от своих ног, она с невероятной быстротой и сноровкой нанесла удар опять же в живот, но уже стопой. Он отлетел назад, хорошенько стукнувшись головой об пол, но в тот же момент начал подниматься.
Немедля больше, Престон через секунду оказалась у груши. Не успел Джеймс и опомниться, как девушка приёмом с двойным оборотом вокруг своей оси, пнула ногой снаряд прямо на Бейкера и отправила последнего в нокаут. Затем, остановила грушу тыльной стороной ладони и склонилась над бессильно лежащем на полу Джеймсом.
— Я работал не в полную силу. Тебе повезло, — самодовольно проговорил он, закусив разбитые губы.
— Брось, ты просто слабак, Бейкер, — усмехнулась Эфф, затем сняла кожаные перчатки без пальцев и кинула ему в лицо.
Это был знак триумфа: она круто развернулась и уверенным тяжёлом шагом направилась к выходу.
Поднявшись, Джеймс ещё долго смотрел ей вслед, стараясь отогнать от себя мысли о своей вине.
Траска никто не встретил. В полном замешательстве он поймал такси и дал водителю указание доехать до ближайшей к военной базе автостоянки или заправки.
Машина мчалась по залитому разноцветными огнями, ночному городу. Повсюду гремела музыка, люди беззаботно гуляли по улицам столицы, дискотеки приветливо мерцали неоновыми вывесками «Добро пожаловать!», похоже, только ночью здесь начиналась настоящая жизнь.
«Что ж, очень даже неплохо для страны, всего год назад окончившей войну со всем остальным внешним миром», — заметил про себя Тони.
— Сэр? — окликнул его таксист, как только «динозавр-опель» остановился.
— Понял, понял, не пингвин, — раздражённо огрызнулся тот — сейчас он был не в лучшем настроении.
Водитель только недоумённо поглядел на него.
— Ладно, не важно, — вздохнул Траск – это была вялая и с треском провалившаяся попытка отогнать прочь мрачные мысли — и, небрежно достав пару купюр, бросил их на переднее сидение и поспешно выбрался из автомобиля.
Это была заправочная станция, хотя, скорее база отдыха и техобслуживания — автомастерская, кафе, придорожная гостиница, сами колонки с топливом, а, главное, телефон.
Он выбросил свой сотовый ещё в штатах — только идиот не догадался бы, что он наверняка прослушивается.
Тони никогда не любил подобные штуковины и, как бы Джеймс ни убеждал его в их полной надёжности и безопасности, Траск всегда предпочитал перестраховываться. Тем более после того, как произошла та осечка в штатах, когда федералы почти дышали ему в затылок.
Траск достал из кармана брюк номер телефона кабинета Бейкера и набрал его.
Сначала шли длинные гудки.
— Чёрт, капитан, возьми же трубку, — шептал Тони, пока на другом конце провода не раздалось то ли сонное, то ли пьяное:
— Бейкер слушает, — этот отрешённый по-идиотски оптимистичный голос просто не мог принадлежать трезвому Джеймсу.
Траску это очень не понравилось, но не в силах сдержать свое негодования он немилостиво набросился на друга:
— Черт, Бейкер! Свинья ты пьяная! Ты что забыл про меня?! — выпалил он, — меня и мою дуру-невесту чуть не пристрелили, а ты там развлекаешься!
— Ааа… друг, — голос Джеймса стал еще более неестественно радостным, — приезжай, Траск, у нас ещё много выпивки осталось.
— Слушай сюда, ты, пингвин недоделанный, — почти проорал тот, — пришли на станцию… — он посмотрел на большой стенд, — на станцию «Сэм и Ко» своих людей, если там ещё есть кто-нибудь, способный сесть за руль.
Повисла угнетающая тишина — видимо, Бейкер пока обдумывал смысл его слов.
— А ты пешком… левой, правой, левой правой, а мы тебе ворота откроем, — ничего умнее Тони сейчас и не ожидал от него услышать.
— Ты сдурел?! — наконец, совсем взбесился тот, — до вас 10 километров топать, — он снова чертыхнулся. — Повторяю по слогам: отправь на станцию «Сэм и Ко» машину забрать меня.
— Бббуддет сделано, — с трудом выговорил Бейкер.
Траск со злостью швырнул трубку и с благоговением подумал о том, как по приезду отправит Джеймса на тот свет.
Бейкер зашёл в столовую, где Эфф ещё с несколькими солдатами играла в карты.
Девушка покачала головой:
— Боже, на кого ты похож. Тебе ещё повезло, что начальство свалило.
Джеймс пропустил её слова мимо ушей, а, может быть, он просто ничего не услышал:
— Эй, ребята, надо другу помочь. Забрать со станции «Сэм и Ко». Возьмите машину, а то вы сдуреете пешком топать 10 километров, — он говорил всё это с совершенно непробиваемым лицом и полуприкрытыми глазами.
Эти самые ребята с трудом сдерживали смех, но они прекрасно понимали, о чём идёт речь и им вовсе не хотелось утром получить выговор от проспавшегося капитана за невыполненное, пусть втайне от высшего командования, но, всё же, задание.
— Ты забыл про Траска? — спросила Эфф, уже зная ответ наперёд и едва сдерживая свой гнев.
— Нет. Он мне напомнил. – медленно, по слогам протянул он, напряжённо раздумывая над каждым словом. — Поэтому я не забыл.
Джеймс же с трудом удерживался на ногах, опираясь о край стола.
— Какой же ты… — девушка скривила губы и отложила карты.
— Эгоист… — запинаясь, закончил Бейкер, — а ты… ты… дурра… — он расслабил руки и грохнулся под стол…
«Капитан Бейкер, пройдите в зал заседаний», — из громкоговорителя послышался женский голос, — «повторяю: капитан Бейкер, пройдите в зал заседаний».
Джеймс, шедший по коридору, прислонился спиной к стене и перевёл дыхание: он чувствовал себя паршиво как никогда, а голова превратилась в одну гигантскую наковальню, по которой каждые пять секунд отстукивал не менее гигантский молот. Оставалось только надеяться, что желудок у него достаточно крепкий и в течение дня не возникнет «неожиданных сюрпризов». Для верности он сглотнул тягучую слюну и перевёл дыхание: всё-таки его мутило.
И что ещё понадобилось этому Макбрайду?
Немного поколебавшись, Бейкер, наконец, смирился с неизбежностью, взял себя в руки и пошёл до конца коридора.
… Широкие двустворчатые двери распахнулись, и в зал скорее, проплёлся Джеймс.
Он безразлично оглядел вышестоящее командование, сидевшее по обеим сторонам стола. Генерал Ирвинг Макбрайд, как всегда, возглавлял пёструю компанию.
— Добрый день, — поздоровался со всеми Бейкер.
— Присаживайтесь, капитан, — холодно ответил на приветствие генерал.
Тот отодвинул единственный свободный стул и с облегчением опустился на него.
— Прошу вас, агент Форест, — взмахнул рукой Макбрайд.
Джеймс на дух не переносил этого мерзкого типа Харриса Фореста, хотя этот человек вместе со своей командой и занимался шпионажем в пользу баронов «жизни», капитан отчего-то был убеждён, что нельзя в полной мере доверять ему. Что-то странное читалось в его взгляде, скользком, как глубоководный угорь, что-то, чего Бейкер не мог понять, поэтому, когда тот начал говорить, он мысленно поморщился.
— В строго засекреченной лаборатории Пентагона подошла к своей завершающей стадии разработка препарата HG 3345, — Джеймс, как и все в «Касте», прекрасно знал, о чём идёт речь — вот уже три месяца они следят за ходом этих событий — за созданием лекарства от всех болезней, которое станет доступно лишь верхам американского общества. Как ни крути, но, даже в связи с демографическим кризисом — перенаселением планеты, большим боссам вовсе не хотелось погибать от какой-то там пневмонии.
— Когда лекарство будет закончено, — продолжал в то время Форест, — НСША уберут нас с рынка давно испытанным и простым до неприличия способом — сбросят на Австралию пару-тройку ядерных бомб. Конечно, пострадают и близлежащие к материку острова, но это мало кого интересует, — закончил он свою речь, кривовато ухмыльнувшись.
— Капитан Бейкер, — обратился к нему Макбрайд.
— Да, — Джеймс медленно выпрямил спину, он совершенно не понимал, каким боком всё это вообще может его касаться,
— В связи с этой проблемой уже создан отряд специального назначения «Смерч», — начал объяснять Макбрайд, и все остальные принялись что-то сосредоточенно строчить в свои записные книжки. — Восемь лучших бойцов первого порядка, 4 новичка, в том числе и ваши ребята, посмотрим, на что они способны: Фэйс Уоррен, Блант Шелдвуд, Рейв Амос, Нил Римон, Шалимар Энн Джейкинсхоул, Эйн Фабиенз, Кэсс Миллер, Фрай Элмер, Эффели Престон, Энтони Траск, Мэттью Уиск… новобранцы в наших рядах попросту показали высокие результаты, оттого им и повезло быть зачисленными сразу в первый порядок. В общем, нам ещё доведётся проверить, на что они способны, и «Смерч» — один из способов это сделать.
— Это семь, исключая четырёх новеньких… кто же восьмой? — задумчиво протянул Джеймс, всё ещё недоумевая по поводу своего отношения к данному делу.
— Вы поведёте их, капитан Бейкер. Инструкции получите позже, — и тут же получил исчерпывающий ответ от Макбрайда, противиться решению которого не представлялось возможным.
— Я? — приглушённо переспросил тот. Он не знал, гордиться ему повышению или биться головой об стенку из-за того, что опять придётся ставить друзей перед выбором или радоваться получению действительно стоящего дела. Его словно парализовало, и в голове, как в улье пчёлы, беспорядочно роились все эти мысли.
— Вы и эти бойцы — основная человеческая сила «Касты» да и всей Австралии, — генерал Макбрайд встал из-за стола, и, после, сделав паузу, объявил уже привычное. — Совещание окончено, все свободны.
Джеймс решительно пошёл к дверям, напоследок зло взглянув на Фореста. Может быть, ему показалось, но, Харрис был несомненно доволен собой и не скрывал своего полного удовлетворения по поводу назначения Бейкера главнокомандующим отряда.
Конечно, Джеймсу впервые доверяли в ответственность такую группу людей. Раньше он обычно решал лишь общеорганизационные задачи взводов первого порядка, а вот в роли непосредственного командира его с трудом можно было представить, и Харрис это прекрасно знал.
Траск сидел перед Джеймсом и с явным раздражением отвечал на все задаваемые вопросы.
— Так что произошло в НСША? — спросил капитан, даже не смотря на Тони.
— Я скажу тебе, что произошло в штатах: меня чуть не замочили из-за твоих чёртовых антибиотиков, а, ты, Бейкер, находясь здесь, даже не потрудился вспомнить обо мне, — процедил сквозь зубы тот.- Моя ненаглядная во все газеты раструбила о нашей готовящейся свадьбе, и «Ликвидатор» вышел на меня, к тому же эти сволочи разнесли в щепки дом моей хорошей приятельницы.
— Но ты же жив, вот и радуйся… пока, — равнодушно отмахнулся Джеймс.
У Траска зачесались костяшки пальцев, да так сильно, что он едва сдерживался, чтобы не наброситься на Бейкера и не врезать ему.
— Ладно, твоя поездка останется в тайне, — скрестив руки на груди, капитан облокотился на спинку кресла, — мне ещё проблем на свою голову не хватало.
— Ты не собираешься докладывать своему начальству о случившемся? — Тони удивлённо покосился на него.
— Исключено, — коротко проговорил Джеймс. — И тебе не помешало бы держать язык за зубами. Надеюсь, ты ничего не ляпнул этой своей подружке?
— Нет, — соврал Траск: он не обязан был перед ним отчитываться, — так зачем ты меня вызвал?
— Вы с Престон зачислены в отряд спецназначения для выполнения особо важного задания. — На автомате протараторил Бейкер.
— Престон? – подозрительно усмехнулся Тони, — С каких это пор? Раньше иначе как «Эффи» ты её и не называл.
— Не важно, — отрезал Джеймс, — передай ей то же самое, что я сказал тебе.
— Почему бы тебе самому ей это не передать? — Траск явно играл у него на нервах.
— Тебя не должно это волновать, — всё также спокойно говорил тот.
— Меня волнует всё, что происходит между моими друзьями, — его последние слова не на шутку встревожили Тони.
— Мы, наконец, разобрались в наших отношениях, — голос Бейкера немного дрогнул.
Только сейчас Траск заметил несколько синяков у него на лице и разбитые губы.
— Всё понятно. Без вопросов, — поспешно проговорил он, а про себя подумал: «Что ж, пожалуй, ты это заслужил, приятель».
После чего и удалился.
Дэйв Коннор посмотрел на экран портативного ПК, проще говоря, наладонника: «Лаборатория», — гласило сообщение. Здесь не принято было созывать советы для объявления какой-либо чрезвычайно важной и засекреченной информации.
Даже в стенах Пентагона, а тем более в Научно-исследовательском центре нельзя было никому доверять, потому и действовала строжайшая конспирация.
Коннору и не требовалось больше одного слова, чтобы всё понять. Похоже, эти ребята из экспериментального отдела приготовили для «Ликвидатора», а в частности, для него самого какое-то муторное дельце.
На лифте он поднялся на последний, 117 этаж, полностью представляющий собой лабораторию.
Где-то здесь хранились капсулы с тем самым единственным в своём роде препаратом, завершение работы над которыми посодействуют открытию ящика Пандоры — сбросу смертоносных бомб на процветающую сейчас Австралию.
Дэйв шёл прямо, по главному пути, и подошвы его обуви гулко отстукивали какой-то непонятный ритм, ударяясь о железные места стыков плит пола.
Впереди виднелась дверь в саму лабораторию — огромная, с самой совершенной защитной системой.
Потом он резко свернул вправо — в одно из ответвлений главного коридора, ведущее в помещение отдела теоретических расчётов, зачастую использующееся не по своему назначению — обычно там собиралась небольшая группа людей и разрешала поставленные, как тема дня, вопросы.
Чувствительные сенсоры, установленные в дверях « уловили» изменение температуры окружающей среды, за счёт дыхания человека, и также колебание воздуха, и раздвинули заслоны из сверхпрочного стекловолокна.
Впереди предстояла ещё одна формальность, которая не раз выводила большинство здешних сотрудников из себя, — тяжёлая металлическая дверь с кодовым замком, очень напоминающая те, что установлены в банковских хранилищах.
Дэйв сбил рукой щиток, прикрывающий цифровую панель блока и, дотрагиваясь пальцами до голографических изображений цифр, набрал код доступа. Железная громадина медленно отъехала в сторону, освобождая проход.
В помещении уже собрались верховный военачальник американской армии, Бенджамин Паркер, заседающий в Совете «Ликвидатора» вместе с Коннором, профессор Белинда Мерсен (глава секретных разработок Пентагона) и мерзопакостный Харрис Форест — чрезвычайно скользкий и, к сожалению, почти не зависимый от Дэйва человек, следящий за тем, чтобы вездесущие конкуренты не переступали черту дозволенного.
— Что-то важное? — сходу спросил ликвидатор и опустился на диван рядом с Форестом.
— Можно и так сказать, — качнул головой Паркер, — вы, конечно же, в курсе, что HG 3345 подходит к стадии своего завершения, — он бросил на Дэйва требовательный взгляд.
— Да, — без особого энтузиазма ответил тот, с трудом сдерживаясь, чтобы не зевнуть. Его мало интересовали призрачные перспективы, а тем более в период их разработки.
— Он имеет огромное значение для всех нас, — вмешалась профессор Мерсен, — в случае, если просочится хотя бы малая толика информации о каком-либо из его составляющих, всем нашим исследованиям и экспериментам придёт… — безостановочно затараторила она, и Дэйв даже удивился, как у неё дыхания хватает на это — но Бен Паркер вовремя остановил женщину властным жестом и обратился уже к Дэйву:
— Профессор хотела сказать, что лекарство жизненно необходимо НСША, поэтому охрана HG 3345 до окончания исследований и экспериментов поручается вам.
Тот задумчиво потёр висок и так, чтобы никто не мог его слышать, произнёс:
— Мда, везёт мне сегодня.
— А вы, Форест, — продолжал генерал, — внимательно наблюдайте, чтобы наши друзья из вооружённых сил и разведки Австралии не совали нос куда не следует.
— Будет сделано, — отчеканил Харрис, после чего прошептал адресованные Коннору слова, — многие в «Ликвидаторе» теперь себе локти кусать будут от зависти.
Тот, сделал вид, что «оценил» шутку, неестественно громко зашёлся смехом, потом неожиданно замолчал и, сверля Фореста взглядом, ответил:
— Наступит момент, когда я убью тебя и даже не извинюсь. Только повод – и СВБ уже ничего не решает – ликвидатор даже прищёлкнул пальцами у него перед глазами.
— Боюсь, это будет нескоро, — с фальшивой любезностью проговорил Харрис.
Профессор Мерсен и Паркер недоумённо переглянулись, явно не поняв этой их «беседы». После чего, последний, как ни в чём ни бывало, сказал:
— Пожалуй, это всё.
Дэйв подавил вполне естественный смех и про себя отметил: «Редкостный тупица этот Паркер».
Вряд ли этот ряженый главнокомандующий разбирался хоть в чём-нибудь, что происходило за пределами его личного кабинета. Что ж, его неведение только на руку сильным мира сего.
Джеймс сделал глубокий вдох и, с шумом выдохнув воздух, решительно взялся за ручку двери, ведущей в общую раздевалку, где обычно встречались, совещались или ждали опоздавших все члены специальных отрядов, предназначенных для выполнения заданий особой важности. Команда Бейкера должна была стать лучшей из лучших.
Он смутно знал их в лицо, хотя и не раз слышал о заслугах и бесценных умениях каждого. Все парни и девушки, что сейчас ожидали его за этой дверью, были абсолютно разными и во многих смыслах уникальными людьми. Каждый из них стоил целого взвода новичков или даже больше, но ему ещё предстояло сделать из этого сборища уникумов настоящий сплочённый и продуманный отряд, которому были бы по зубам даже самые хитрые происки «Ликвидатора» и других врагов.
В общем, работёнка не из лёгких, но Джеймс не собирался отступать и поэтому резко потянул тугую дверь на себя и вступил в новую жизнь — жизнь капитана отряда особого назначения «Смерч»…
— Добрый день, господа, — тихо обратился он к присутствующим, медленно обводя их взглядом.
Все были на месте, не хватало только Эфф и Траска, эти двое, по-видимому, опять наплевательски отнеслись к его просьбам и не собираются являться без опоздания… Ну, что ж, так даже проще.
— Моё имя Джеймс Бейкер, я ваш командир, — грубо и уже совершенно чётко гаркнул на всех он.
Толпа пёстрых и абсолютно не похожих друг на друга бойцов тут же встрепенулась и ожила.
Казалось, такое обращение им нравилось гораздо больше, и ему они готовы были подчиниться.
— Встать! — резко приказал Бейкер.
Все тут же вскочили и выпрямились по струнке. Джеймсу оставалось только восхититься: какая дисциплина, какая сработанность.
Всё же, он недооценил этих ребят с самого начала, следовало припомнить, в основном, ему в подчинение вручили не каких-то юнцов, а вполне взрослых сформировавшихся солдат, имеющих за плечами не просто учебную стажировку, а несколько серьёзных операций повышенной сложности.
— Сейчас я проведу перекличку, — продолжал греметь Бейкер, подходя к здоровенному мускулистому человеку, стоявшему во главе шеренги, — начнём с вас, солдат.
Немного смугловатый парень сделал исполинский шаг вперёд и грубым, почти абсолютно басистым голосом отчеканил:
— Сержант Фэйс Уоррен, сэр.
Джеймс мельком взглянул в его тёмные, тяжело глядящие глаза и невольно вздрогнул. Вот таких людей он предпочитал не злить в особо опасных ситуациях.
— Вы увлекаетесь тяжёлой атлетикой? — немного мягче спросил Бейкер, с сомнением смотря на солдата.
— Нет, моя страсть — это огнестрельное оружие, — улыбнулся Уоррен, и его лицо внезапно преобразилось светлым и приятным выражением ещё совсем молодого парня, — борьба это её бзик, — и он кивнул в сторону своей соседки – высокой стройной девушки с пламенными испанскими чертами лица.
Джеймс перевёл свой взгляд на неё, и та, громко стукнув бутсом о пол, подалась вперёд на один шаг:
— Сержант Эйн Фабиенз, сэр, — представилась она, — не слушайте этого идиота, я люблю только бокс и бои без правил: от остального меня мутит.
— Да, никаких восточных единоборств и Кама сутры, — хихикнул стоящий рядом парень с какой-то придурковатой жизнерадостной улыбкой на лице.
Бейкер лишь требовательно посмотрел на этого шутника, ожидая продолжения переклички.
— Нил Римон, сержант, — просто объявил весельчак, как-то упруго, почти с прыжком, выходя из строя и возвращаясь обратно.
Джеймс только холодно кивнул и перешёл к следующему.
— Господи, Нил, всё же, ты небывалый придурок, — процедила тем временем Эйн, не поворачивая головы.
— Просто ты мне нравишься, — пожал плечами он, на что девушка раздражённо хмыкнула.
— Тебе все нравятся, даже Фэйс, — сморщилась она, — засунул бы себе в зад немного динамита, поджёг разок и успокоился.
— Это негигиенично, — просто заметил Римон, — настоящий подрывник так никогда не поступит.
— А ты считаешь себя настоящим «подрывником»? — ядовито усмехнулась девушка.
— Я думаю, — протянул Нил. Он не был тщеславен, но, всё же, не без причины имел право считать себя одним из лучших в этом деле.
— Хорошо хоть думать не разучился, — съязвила напоследок Фабиенз и переключилась на окружающий мир.
— Доктор Рейв Амос, сержант по званию, — голосом университетского зубрилы прогудел следующий персонаж сегодняшней сходки. Его никто не подкалывал и не задевал, в силу того, что просто не знали и… боялись, да, именно боялись, ведь во время операций, этот «ботаник» будет делать им уколы и накладывать повязки. Это было не последним делом, и все прекрасно понимали подобные обстоятельства.
— Младший сержант Кэсс Миллер, программист, — с интонацией, свойственной для компьютерных гениев, произнесла очередная претендентка на всеобщее уважение. Об этой тихой и скромной на вид девушке с короткими чёрными волосами из присутствующих мало кто слышал, но Бейкер знал и помнил её очень хорошо. Ещё год назад, когда, будучи неопытным новичком, Миллер проходила вместе с ним вербовочные испытания, он уже разглядел в ней недюжинный ум и способность выживать в любых условиях. Правда на сегодняшний день, ещё только как младший сержант, она не много стоила для кадров «Касты», но уже зарекомендовала себя, как лучший хакер, программист и дешифровщик.
— Шалимар Энн Джейкинсхоул, — улыбнулась ему красивая стройная девушка с невозможно красными волосами, ярко подведёнными глазами и явным характером настоящей чертовки, — я генерал без нескольких недостающих звёзд.
— То бишь, она простой сержант, — улыбнулась её соседка.
Джеймс оглядел их с головы до ног и с ужасом понял, что видит перед собой старинных закадычных подруг, возможно, ещё со школьной скамьи не расстающихся ни на минуту. Всё в них было очень схоже, только волосы разного цвета – вторая была брюнеткой с иссиня-чёрными локонами и глубоким, странно пронизывающим взглядом.
— Я — Блант, красавчик, — опять хохотнула вторая девушка, — можно ещё сержант Блант Шелдвуд, но это долго. Мы с Джейки не любим длинных имён, ведь так? («Джейки» — было сокращением от чересчур сложной фамилии – прим. авт.)
— Попробуй тебе возрази, — с шутливой безысходностью вздохнула первая.
— Для вас я капитан, — грубо прервал их Бейкер, тут же подбирая более мягкие слова, чтобы сгладить ситуацию, — будьте добры, обращайтесь ко мне по званию.
— Как скажешь, капитан, — уже не смеясь, а просто улыбаясь проговорила Блант. Её взгляд с интересом впился в его глаза и, с трудом сглотнув застрявший в горле комок, Джеймс увидел в нём не сулящий ничего хорошего адский огонёк.
— Следующий, — обратился он уже к новичкам, державшимся позади всех. С этими можно было не нервничать: они в отличие от остальных все ещё вздрагивали от каждого резкого вскрика командира.
— Надо же, какой гордый петух, — шепнула на ухо подруге Шай, неодобрительно смотря Бейкеру в спину.
— Спорим, я его окручу в два счёта, — лихо предложила Шелдвуд, вытягивая из кармана хрустящую купюру и, незаметно сжимая в кулаке, протягивая её Шалимар. Та не знала, зачем ей это понадобилось, но решила поймать Блант на слове:
— Замётано, если он не станет пододвигать тебе стульчик и нежно поглядывать до конца тренировочного периода, ты станешь моей мишенью для метания ножей.
— Ладно, но если я выиграю, ты отдашь мне свой счастливый клинок, — поставила своё условие подруга.
Джейки задумчиво скрипнула зубами, но, всё же, решив не расстраивать такое потрясающее пари, дала согласие:
— Хорошо.
— Разговорчики в строю! — прикрикнул на них Бейкер и с внутренним содроганием заметил, как улыбки двух чертовок медленно и хищно поползли вверх.
— Продолжайте, — обратился он к двум последним в строю солдатам — новичкам.
— Рядовой Мэттью Уиск, сэр, — выдохнул светлый мальчишка лет 19. Когда Джеймс видел подобных юнцов, ему становилось стыдно за весь отряд, ведь таким малышам, как этот, ещё впору гонять на велосипеде и играть в компьютерные игры, а не воевать непонятно за что против всего мира — его отец, член Высшего Командования совершил большую ошибку, включив своего единственного сына в «Смерч».
— Рядовой Фрай Элмер, — немного поторопившись, представился последний солдат с восторженно горящими глазами.
Бейкер только вздохнул — этому пацану, наверняка, ещё и восемнадцати не исполнилось…
— Ладно, ребята, — резко заорал во всю глотку Джеймс, прогоняя из головы все посторонние мысли, — сейчас вы отправитесь в зал, и там вы будете выкладываться на снарядах до тех пор, пока ваши животы не надорвутся.
Все самодовольно заулыбались. Они мысленно прикидывали, сколько дней им придётся заниматься, чтобы полностью выбиться из сил, но у них это плохо получалось. Никто не мог даже смутно представить себя в образе выжатого лимона.
— Пошли, пошли, быстро! — подгонял их Бейкер, покидая раздевалку, — я вернусь через 10 минут, и чтобы никто за это время не вздумал самовольничать. За главного остаётся, — он обвёл всех внимательным взглядом, — Блант.
Они просто собрались и удалились, а Джеймс поспешил выйти вон и, захлопнув за собой дверь, устало облокотился на неё спиной.
Ужасный, ужасный день.
Никогда ему не было так тяжело, не то, чтобы он не умел управлять людьми, нет, просто эта работа была не для него.
Ответственность, слишком большая ответственность упала на его плечи, сделав Бейкера, как всегда потенциальным виновником всех бед и козлом отпущения.
«Спокойно, Бейкер», — обратился он сам к себе, — «тебе нельзя паниковать, надо просто подождать, пока всё само собой уладится».
И Джеймс отправился в контрольный пункт, чтобы найти «заблудившихся» Эфф и Траска.
— Врежь ему! — не своим голосом выкрикнула Эйн Фабиенз.
Новоявленная команда «Смерч», давно позабыв приказ капитана, выстроилась полукругом посреди гигантского тренажёрного зала и, создав подобие арены, с пугающим интересом наблюдала за происходящим в центре неравным боем.
Фэйс Уоррен, улыбаясь на манер звёзд из ток-шоу, легко поигрывал мускулами и удерживал в одной руке белого от ужаса Мэтта Уиска. Парень видел, как вторая рука Уоррена с угрожающей быстротой заносится для мощного удара, и от этого зрелища у него в буквальном смысле слова замирало сердце. Бедняга уже миллион раз успел пожалеть о том, что обозвал этого громилу тупоголовым, но от этого его положение не стало лучше. Все присутствующие почему-то страшно желали крови, и им было абсолютно всё равно, кому эту кровь будут пускать.
— Ну, вы даёте, ребята! — восхищённо заметил Фрай, наблюдая, как Мэтта отправляют в бесспорный нокаут.
Кэсс снисходительно улыбнулась и похлопала его по плечу:
— Только не пытайся повторить это дома. Здесь все трюки выполняются под надзором профессионалов, — пошутила она.
Фрай улыбнулся в ответ, хотя ему и не понравилось, что даже самая молодая из всех членов отряда девушка считает его несмышлёнышем. Вообще, его достаточно хорошо приняли в этой компании, хотя пока и не считали «своим». Ребята здесь были просто начисто лишены каких бы то ни было комплексов, поэтому за какой-то короткий промежуток времени команда уже успела сплотиться и понять друг друга. Один только Уиск не вписался в эту идиллию, за что сейчас и получал безжалостные насмешки и пинки.
— Может не стоит его так уж отделывать? — с сомнением спросил Рейв Амос. Всё же, как-никак он был врачом, и здоровье для него в некотором роде представляло большее значение, чем воспитание.
— Да, успокойся, старик, — махнул рукой Нил, стоявший рядом с ним, — ничего особенного Фэйс с ним не сделает. Он у нас добрый… Так, иногда, когда сытый.
— Надеюсь, он хорошо позавтракал, — вздохнул Рейв и, сложив руки на груди, продолжил напряженно созерцать побоище.
Уоррен вновь сгрёб мальчишку с твёрдого металлического пола и, зажав в правой руке, небрежно швырнул в сторону. Мэтт быстро пролетел через зал и, тяжело упав у противоположной стены, неуверенно начал подниматься на ноги.
Когда это у него, наконец-то получилось, парень смог выпрямить ноющую спину и… лицом к лицу столкнулся с капитаном.
— Что здесь происходит? — громко поинтересовался Бейкер, обдавая всех волной раздражения и злости, — что это ещё за побоище? Я велел вам заниматься! Где Блант?
Все резко расступились, оставляя на переднем плане лишь невозмутимую мисс Шелдвуд, беззаботно ковыряющую под ногтями отточенным зазубренным ножом:
— Проблемы, капитан? — полностью поглощённая своим маникюром, она даже не подумала поднять на командира взгляд.
— Только у вас, сержант, — как можно спокойнее и ровнее ответил ей Джеймс.
— Я здесь не при чём, — объявила девушка, — ведь так, Шай? — она пнула ногой дверь туалета, возле которой караулила всё это время.
— Угу, — послышалось оттуда неразборчивое подтверждение Джейки. Будучи занятой своим макияжем, она мало, что улавливала из всего творившегося за пределами уборной, но по старому уговору, как всегда, соглашалась с подругой.
— Ну, что скажете, капитан? — улыбнулась Блант, с вызовом глядя тому в лицо.
— Только то, что эта выходка меня очень разочаровала, это позор для всех вас, — Бейкер уже обращался ко всем, но не увидел особого раскаяния ни в одном из своих бойцов. Эти ребята, безусловно, уважали его, но беспрекословно подчиняться, похоже, не собирались… Что ж, такое поведение было свойственно каждому новоиспечённому отряду, и Джеймс не придавал этому особого значения, куда более его беспокоила эта неугомонная Шелдвуд со своей подружкой. В этих девчонках читалось столь редкое и опасное своей скрытостью лидерство, что Джеймс начал потихоньку переживать за собственный авторитет. Несмотря на то, что они держались немного отдельно от всех и в основном никуда не вмешивались, их умение врать и выкручиваться на ходу уже подчинило им нескольких людей. Это, конечно, хорошо, что команда будет стоять за них горой, а они за команду, но ведь эти красотки собираются и его подчинить своей власти.… По крайней мере, на первую он уже не может злиться…
— Эй, а это, что за птички, капитан? — ткнула тем временем ему за спину Шелдвуд.
Эфф и Траск, без особого интереса наблюдая все эти препирания, стояли у входа, оперевшись о косяки и выжидательно сложив руки на груди. Сейчас они одновременно подняли головы и впились взглядом в любопытную нахалку, осмелившуюся назвать их подобным образом.
Блант почувствовала это, но не подала виду.
— Мои друзья, старший лейтенант Эффели Престон и лейтенант Энтони Траск, — представил их Бейкер, — после меня они вторые люди в этом отряде, и вы должны относиться к ним с должным уважением.
— Чёрт, а они ведь, похоже, крутые ребята, — присвистнула Шалимар, оценивая Эфф и Траска намётанным взглядом, — Как бы наш капитан ещё не оказался занят, — она незаметно указала глазами на Престон.
Блант только усмехнулась:
— Это не имеет значения, я же не замуж за него собираюсь, — улыбнулась она, пристально глядя на потенциальную соперницу.
— Как знаешь, — пожала плечами Джейкинсхоул, и тут же с негодованием обратилась к толкнувшему её Фэйсу, проходившему в этот момент мимо, — эй, смотри, куда идёшь! Так и убить недолго!
— Что ты, да я лучше сам застрелюсь, чем наврежу такой красавице, как ты, — сострил тот, преспокойно следуя дальше.
Шай не слишком обиделась, но, всё же, пошла за ним, чтобы «дать тому по башке», в то время, как её подруга осталась в гордом одиночестве.
Все не спеша разбредались по тренажёрам, а Блант всё стояла и ждала, пока Эфф и Джеймс перекинутся хотя бы парочкой слов, но никто из них так и не проронил ни единого звука, нарочно игнорируя и избегая друг друга.
«Друзья они или кто больше», — решила для себя Шелдвуд, — «но они явно в ссоре». А это было ей только на руку. Если дела будут обстоять таким образом ещё некоторое время, она сможет беспрепятственно одурачить капитана и получить обожаемый нож Шалимар — ее милого и неповторимого «Счастливчика»
— Ну, хватит спать! — прикрикнул Бейкер, подстёгивая всю компанию к активной деятельности, — немедленно по тренажёрам и работать! А вы, — он чуть тише обратился к Эфф и Тони, — займитесь тоже чем-нибудь.
Те лишь молча кивнули и разошлись в разные стороны.
Следующие несколько часов весь состав «Смерча» был поглощён физическими упражнениями, что, наконец, позволило Джеймсу спокойно посидеть и отдохнуть.
— Эй, Фэйс, это точно надёжно закреплено? — прокричала висевшая на высоте трёхэтажного дома Шалимар.
— Да, я сам проверял, — ответил Уоррен, — кажется, — добавил он чуть тише, но девушка этого, к счастью – к его счастью – ничего не услышала.
— Ну, смотри, если что-то не так, тебе не жить.
Она спрыгнула с железной платформы, с противным скрипом раскачивающейся из стороны в сторону, на мгновение повиснув в воздухе на страховочном канате, потом схватилась руками за выступы в стене и, подтягиваясь, принялась подниматься всё выше и выше.
Сейчас проходила подготовка, и всем требовалось привести себя в надлежащую форму. Возможно, придётся карабкаться на что-то, и поэтому то, чем сейчас занималась Шалимар могло, бы очень пригодиться в такой ситуации.
Наконец, добравшись до самого потолка — на высоту в 7 этажей, она отпустила руки, приготовившись к свободному падению. По замыслу канат, прекратив разматываться за счёт специальной катушки, должен был остановить падение на уровне платформы. Но, что-то пошло не так, и на высоте 3-х этажей трос продолжал разматывание. Шай с диким криком полетела вниз:
— Чёрт лови, лови меня!
Фэйс в одну секунду подошёл поближе к стене, и спустя мгновение девушка упала ему в руки:
— Мог бы и тент растянуть, — она испытующе посмотрела на Уоррена. А выдержать её взгляд уже было равносильно подвигу.
— Испугалась? — усмехнулся тот, явно переведя разговор в другое русло.
— Да не очень… весело было, — ответила Джейки, и её губы расплылись в улыбке. Вот только в улыбке этой не было ничего хорошего: на губах её играл всмаделишный сарказм настоящей чертовки.
В зал вошёл Джеймс и, окинув их осуждающим взглядом, прикрикнул:
— Ребята, нам работать надо, а развлекаться потом будете.
— А мы и работаем… над отношениями, — хохотнул Уоррен и опустил начавшую возмущённо протестовать против такой формулировки Шай на землю.
Фрай не сводил глаз с пятёрки новоиспечённых бойцов отряда «Смерч»: Джейкинсхоул, Уоррена, Шелдвуд, Фабиенз и Римона. По всей вероятности все они были знакомы ещё до образования этой команды, так как постоянно держались вместе, не допуская никого в свой «круг избранных».
Остальные же семь человек словно бы разделились следующим образом: капитан — вместе с Престон и Траском, а Уиск, Миллер, Амос и сам Элмер держались одиночками. Впрочем, последнего подобная перспектива вовсе не прельщала, и он решил, во что бы то ни стало влиться в коллектив самых отчаянных парней, которые с самого начала зарекомендовали себя как заводилы всего самого сумасшедшего, что творилось в отряде. И если бы когда-нибудь Фраю предложили написать десертацию на тему «Пять самых сумасшедших ребят отряда «Смерч», о каждом он отметил бы примерно следующее:
Фэйс — весельчак, один из двигателей всех ненормальных идей, к тому же обожает забавляться распеванием известных только ему одному песен, что, однако не очень хорошо у него получается.
Эйн — мисс «ну подойди, если осмелишься», в чьих жилах течёт настоящая взрывная испанская кровь, любительница серьёзных зрелищ и их частый участник.
Джейки — человек настроения, в основном буйного, главные ценности — подруга на всю жизнь — Шелдвуд — и стилеты, цепи, ножи, диски, стилеты, цепи, ножи, диски… хотя, может быть, это было некоторым преувеличением.
Нил — простой, немного «того» парень, отличный подрывник и сапёр, который постоянно что-то говорит не вовремя, но прекрасно подстраивается к взрывоопасному характеру своей возлюбленной Фабиенз.
Блант — скрытная и непонятная личность, в остальном почти всё тоже самое, что и у Джейкинсхоул, с тем лишь отличием, что подругой на всю жизнь является Шай.
Всё ещё было впереди, но Фрай уже знал, что эти парни не любят таких самоуверенных сосунков, как Уиск.
Мэтт с холодным презрением взирал на своих будущих сослуживцев. Пожалуй, впервые, выйдя из-под родительской опеки, он, наконец, столкнулся с другим миром людей, где нет понятия вседозволенности и, где ему не позволят диктовать свои собственные условия. Уиск совершенно не понимал, как, по словам Фабиенз, можно было быть «первым среди равных» и «равным среди первых».
Но Эйн-то в отличие от него знала, какой смысл вкладывался в эти слова: это означало, что каждый здесь — личность и добивается или не добивается уважения по своим заслугам.
— Эй, ребята, кто-нибудь, вообще, знает, зачем мы все здесь собрались? — неожиданно крикнул на весь зал Уоррен.
— Для того, чтобы мышечную массу нарастить, а потом свой накачанный зад под пули подставлять, — засмеявшись, подал голос Элмер.
— Да, точно, — расхохоталась Эйн.
— А тебе, малыш и в самом деле не помешало бы нарастить мышечную массу, — с усмешкой заметила Шелдвуд.
— Я сделаю это специально для тебя, — сострил в ответ Фрай.
— Ха! Ты слышала? — обратилась к подруге Блант.
— Ага, наивный, — нараспев протянули они в один голос.
— Ну-ка, иди сюда, — поманила его пальцем Шалимар.
— Эй, полегче, я ведь обещал только ей, — запротестовал тот, указывая взглядом на Шелдвуд.
И после, довольный своим красноречивым остроумием, ухмыльнулся и направился к их кучке.
— Чёрт, он начинает мне нравиться, — мотнул головой Фэйс.
— Ты чего? — Фабиенз настороженно и подозрительно покосилась на него.
— Ты любишь поговорить, да? — спросила Фрая Блант, сложив руки на груди, — а что ты делать-то умеешь?
— Как и все здесь, воевать, — простодушно пожал плечами парень.
— А он не промах, да? — Эйн с издёвкой впилась в него глазами.
— Ну, да! — рассмеялись все, что немного сбило Элмера с толку.
— Ты знаешь, что это такое? — Шелдвуд вытащила красивый автоматический нож.
— А как же, пилка для ногтей, — вовсе и не собирался пасовать Фрай.
— А он ещё и сообразительный, в школе, наверное, отличником был, — усмехнулась Джейки и, отобрав у подруги нож, подошла вплотную к парню.
Потом положила руки ему на плечи. От изумления и неожиданности, Элмер ошеломлённо вытаращил на неё глаза. Все многозначительно молчали, с трудом пытаясь сдержать смех. Нил, улыбнувшись, потёр висок:
— Бедняга…
В ту же секунду, острое лезвие просвистело над головой Фрая, хорошенько подровняв его и без того не слишком густую шевелюру.
— А это стало быть, твои ногти? — смеясь, спросила девушка, показывая ему нож и наблюдая за тем, как побледневшее на несколько мгновений лицо парня снова приобретает свидетельствующий о жизнедеятельности организма оттенок.
— Стало быть, да, — как ни в чём ни бывало, ответил Элмер.
— Ха? — развела руками девушка, удивлённо глядя на остальных. Надо признаться, он — таки поставил ее в тупик….
— А ты чего ожидала, красавица, это же не Мэтт, — махнул рукой Уоррен.
— А кто-нибудь в курсе, как, вообще расшифровывается «Смерч»? — после недолгой паузы спросил Фрай, уже поняв, что он теперь «свой».
— Специальная команда правых парней, — тут же выдала Эйн.
(S.T.O.R.M. — Special Team Of Right Men — придуманная самими бойцами расшифровка якобы аббревиатуры на самом деле Storm — “Смерч “было лишь кодовым названием отряда, а не аббревиатурой — Прим. Авт.)
— Радуйся, малыш, теперь ты среди них, — добавила с улыбкой Блант.
— Хотите, я вам кое-что покажу, капитан? — загадочно улыбнулась Блант, вплотную приблизившись к Джеймсу и переминаясь с ноги на ногу.
— Допустим, — усмехнулся тот.
Девушка отступила назад на несколько шагов, и в одно мгновение в её руках появились два остро заточенных и поблескивающих лезвиями кинжала. Одновременно крутанув их и подбросив, она поменяла их местами. Потом, держа кинжалы в горизонтальном положении, Блант сблизила их так, что те почти касались друг друга остриями. Не изменяя угла наклона, она метнула зажатый раньше в правой руке, в левую сторону, а тот, что находился в левой — вправо и с удивительной точностью перекрёстно поймала их за рукоятки — запущенный влево кинжал левой ладонью, а полетевший вправо — правой.
После этого девушка развернула оружие так, что уже не рукоятки, а холодные лезвия оказались зажаты у неё в кулаках.
Всё также быстро и ловко Блант снова опустила кинжалы в ножны, закреплённые на грубоватом поясе её камуфляжных штанов.
— Ух, ты, — выдохнул, справедливо присвистнув, Джеймс.
— Я ещё и не такое умею, — девушка подмигнула ему, — слышишь шаги?
— Ну? — Бейкер недоумённо посмотрел на неё.
— Сюда кто-то идёт, — она загадочно улыбнулась, обнажив безупречные белые зубы. В ту же секунду в её руках опять поблёскивали смертоносные кинжалы, — в общем, так, если я промахнусь, тому, кто сейчас войдёт — не жить.
Джеймс предостерегающе поглядел на Блант.
— Да, ладно, не волнуйтесь, всё будет в лучшем виде, с хрустящей румяной корочкой, — отмахнулась та и, отведя назад ногу, сделала выпад вперёд и отправила оружие в свободный полёт.
В этот момент в зал вошла Шалимар.
Два острых лезвия с характерным дребезжанием впились в деревянный косяк по обеим сторонам от проёма двери.
Медленно поворачивая голову и смотря сначала влево, а потом вправо, Джейки издевательски закатила глаза.
— Ой, — тихо сказала Блант, она знала, Шай так просто не отстанет.
И верно: та, со словами «Хочешь потренироваться, сестрёнка?», вынула из дерева воткнувшийся справа от неё кинжал подруги и, поигрывая им, ещё достала два своих и небольшой нож.
— Эй, отойди, капитан, — Блант предостерегающей похлопала его по плечу.
Джеймс подчинился: он понял, что сейчас произойдёт нечто невообразимое.
Шалимар усмехнулась:
— Ну, держись.
Зажав в правой руке все четыре лезвия, она прицелилась в подругу и, повернувшись боком, запустила их невозможно быстрым, едва заметным движением.
Блант резко подняла левую ногу, и нож воткнулся в толстую резиновую подошву громадного ботинка. Все три кинжала она поймала одной рукой, а потом, забавляясь, подбросила их в воздух и снова поймала. Затем, вынув ножик из ботинка, девушка, наконец, опустила ногу. Джейки в это время уже крутила в руках шесть стилетов, подкидывая и вращая их вокруг оси.
Блант также быстро сориентировалась и, перестав дурачиться, крепко сжала в кулаках имевшееся сейчас на руках оружие и приготовилась запустить весь арсенал. Шай вдруг начала крутиться на месте, расставив в стороны руки. Тут она расслабила пальцы, отпустив стилеты. Одновременно с ней Шелдвуд также отправила наудачу четыре холодных лезвия. Пролетая параллельно друг другу, ножи, кинжалы и стилеты неумолимо следовали к цели.
Когда острия были совсем близко, Джейки и Блант, словно зеркальные отражения, принялись синхронно выполнять различные трюки с подпрыгиваниями и переворотами, увёртываясь от всего запущенного в их стороны.
В одно и то же время они с облегчением опустились на землю, удовлетворённо оглядывая лежащие на полу колюще-режущие предметы.
Джейки, не теряя ни секунды, уже достала крепкую металлическую цепочку и принялась игриво вращать её возле себя.
— Ага, значит, так, сестрица? — смекнула Шелдвуд.
— Начинаются серьёзные игры, — с улыбкой подтвердила Шалимар.
Джеймс мало понял из того, что они сказали, и лишь изумлённо наблюдал за происходящим — в действительности, это была крутая работа для крутых людей, всё-таки, на свете не так много вещей, которые будоражат воображение. И сейчас ему повезло лицезреть одну из таких редкостей.
Он, конечно, уже заметил, что эти две неспокойные подружки частенько балуются острыми предметами, но подобное представление ему довелось видеть впервые.
Уже шесть обжигающих лезвий приближались к Джейки, но она неумолимо, с поражающей быстротой продолжала всё сильнее раскручивать цепь. Вскоре они оказались достаточно близко и, ударившись о звенья цепочки, со звоном посыпались на пол.
Стиснув зубы, Блант вытащила из крупного кармана на поясе восемь сложенных металлических дисков. Девушка надавила на кнопку в самом центре каждого из них, и те выпустили дополнительные невероятно острые лопасти-лезвия. Далее, не медля ни секунды, она отправила их в направлении подруги.
Та удручённо простонала, отбросила цепочку в сторону, подпрыгнула, сильно оттолкнувшись ногами, и сделала изящное тройное сальто назад. Диски, со свистом рассекая воздух, пролетели в нескольких сантиметрах от спины девушки.
В тот момент, когда они, вращаясь, проходили под ней, Шалимар, наконец, остановила их движение, ловко собрав лезвия на лету, и приземлилась на ноги.
— Даже от тебя я такого не ожидала, — восторженно заметила Блант, вытирая выступивший на лбу пот.
— Я знаю, — кивнула, переводя дыхание, Джейки. В принципе, она сама от себя такого не ожидала. — Ну, что, ещё раз?
— Нет, нет, нет, хватит! — запротестовал капитан, и девушки, только сейчас вспомнив о его существовании, повернули головы в сторону Джеймса.
— Да, ладно, бросьте, не поубиваем мы друг друга, мы ведь почти как сёстры, — насмешливо ухмыльнулась Шалимар.
— Почти? — Блант вопросительно посмотрела на неё, ища любую зацепку, чтобы продолжить веселье.
— Я сказал «нет»! — напомнил о своём праве «вето» Бейкер.
— Ну, хорошо, хорошо, — раздосадовано протянула Джейки, подбирая с пола свои «игрушки» и раскладывая их по местам.
Её подруга снова подошла к Джеймсу и, проведя указательным пальцем по его щеке, сокровенно прошептала:
— Хочешь, я тебя научу, капитан?
— Не отказался бы, — расплылся в смущённой улыбке тот.
Джейки же, сделав вид, что ничего не заметила, отвернулась и, сдерживая смех, зажала рот рукой: похоже, он, наконец, клюнул на удочку.
Миа сидела в своей обожаемой «Кобре» и всеми силами пыталась заглушить ощущение собственного «я». Никто никак не мог понять, что же её тянуло в эту жалкую забегаловку, возможно, здешняя атмосфера — атмосфера беззаботности и вседозволенности, какой не было в высших кругах общества, где вращались её родители, высокоинтеллектуальные и культурные люди.
К тому же, в «Кобре», бармен после слова «отвали» не станет читать лекции на тему «спиртное вредит вашему здоровью».
Хотя сейчас Миа и находилась на крайней стадии опьянения, она, всё же, не могла не заметить, что какой-то мрачный тип за одним из столиков довольно-таки долгое время смотрит в её сторону. Захватив свой «мартини», девушка встала из-за барной стойки и подсела к нему.
— Думаешь, я не вижу, что ты вот уже битый час глазеешь на меня, — усмехнулась Миа, но мгновенно ощутила странную, но… приятную дрожь, когда он поднял на неё взгляд.
— Допустим, — он с издёвкой покосился на неё. — Просто мне любопытно, отчего же такая красивая девушка грустит в гордом одиночестве.
— Как тебя зовут? — резко сменила тему та, сейчас ей было наплевать на всякую осторожность и элементарное чувство такта.
— Дэвид, — улыбнулся человек.
— Докажи, — без задней мысли потребовала Миа.
— Пожалуйста, — он только потянулся за удостоверением, как вдруг девушка, откинув назад голову, засмеялась:
— Я пошутила.
Ликвидатор в который раз отметил, что всегда лучше называться своим настоящим именем, дабы в операциях не было проколов. Ещё он заметил, что Миа была столько же на редкость хороша, сколько и глупа, а потому ему вовсе не хотелось упускать этот подарок судьбы.
— Знаешь, а ты ничего, — девушка, заигрывающе, пьяным взглядом посмотрела на него и, проведя пальцем по краю стакана, отхлебнула «мартини». — Ты хотел узнать, почему я одна?
Дэйв лишь кивнул.
— Мой ненаглядный морально растоптал меня — он чего-то там навыдумывал и смылся в неизвестном направлении.
— Да? — спросил Коннор и выудил из кармана маленькую пачку психотропного вещества, «развязывающего» язык.
— Да, — недовольно протянула Миа, на мгновение зачем-то оглянувшись, и тогда Дэйв бросил в её напиток небольшую таблетку, которая, зашипев на поверхности, растворилась, не оставив осадка.
— Очень интересно, — улыбнулся он, — как насчёт того, чтобы рассказать поподробнее?
— О`кей, без проблем, — ответила девушка и снова отпила из бокала, на этот раз, пожалуй, слишком много….
Миа проснулась на чьей-то большой развороченной кровати. Она повернула голову: рядом никого. Это была пустая просторная комната, полностью обставленная роскошной дорогой мебелью и прочими атрибутами богатой жизни.
Прежде чем она успела что-либо сообразить: открылась входная дверь, и сюда вошёл, держа что-то в руках, смутно знакомый девушке человек.
«Кажется, его зовут Дэвид…», — лихорадочно соображала она, восстанавливая в памяти события вчерашнего вечера.
— С добрым утром, — приятным голосом сказал он.
Миа кое-как прикрылась простынёй и, попятившись назад, наткнулась спиной на большое зеркало в изголовье.
— Помнится, ночью ты не была такой стеснительной, — снисходительно улыбнулся Дэйв.
Девушка несмело повела плечами и, наивно хлопая длинными ресницами, с трудом выговорила:
— Где я?
— В моём доме, — пожал плечами Коннор, — это имеет какое-то значение?
Миа, как затравленный зверёк, продолжала озираться по сторонам.
«Господи, что же я наделала», — с ужасом думала она, и одна только эта мысль отравляла всё её существование в данный момент, а сердце колотилось так часто, что было готово вот-вот выскочить из груди.
Глаза её неспокойно бегали, не зная, на за что зацепиться – слишком нереально всё это было, словно происходило не с ней, с кем-то другим – наконец Дэйв поймал её взгляд, и Миа бессознательно, подчиняясь более сильной воле, уже не смогла его отвести… или не хотела?
— Не понимаю, как твой бывший дружок позволил себе упустить такую девочку, — продолжал в это время он.
— Я… — девушка испуганно покосилась на него.
— Да, да, да, уже поздно, моя сладкая. Ты выложила мне всё, что знаешь, в мельчайших подробностях, — холодно проговорил он и кинул ей белый махровый халат, припасённый специально для подобных случаев. — Вот, оденься, твой кофе уже остыл.
По винтовой металлической лестнице Миа спускалась в столовую. Коннор уже сидел за столом.
Девушка внутренне дрожала, минуя каждую следующую ступеньку, но от того, чтобы просто убежать прочь из этого дома её сдерживало непреодолимое стремление выяснить, что происходит.
— Что-то ты долго, — Дэйв посмотрел на часы. — Чувствуй себя как дома, — он пододвинул ей стул.
Девушка, промолчав, села возле него и принялась за сэндвичи с сыром. Сама не зная, почему, словно этой ночью что-то в ней переломилось, Миа действительно почувствовала себя «как дома», и отчасти от того, что ей жутко хотелось есть.
В это время, Дэйв, отчего-то державший обе руки под столом, откупорил тонкую капсулу, набрал жидкость в шприц, зажатый в ладони и, выпустив из него воздух, быстро и незаметно всадил всё содержимое в запястье Мии.
— Что это?! — только и успела вскрикнуть она.
— Тебе понравится, — «успокоил» её ликвидатор, — хочешь, я расскажу тебе, как всё обстоит на самом деле?
— Да, — едва слышно и пространно прошептала она, язык её онемел и припал к нёбу. Девушка судорожно сжала зубы и ощутила, как всего на несколько мгновений закатились её глаза. Ей показалось, будто она проваливается в какую-то пропасть, всё стало красным вокруг, Миа лихорадочно сжала запястье Дэйва и, со свистом втянув воздух, вновь распахнула глаза. Вдруг за острой сжигающей болью последовало облегчение и чувство наслаждения, похожее на то, что бывает у мучающихся жаждой после принятия ими воды. Девушка, сама не осознавая, почему, блаженно улыбнулась, её зрачки расширились, а на губах появился влажный блеск. Коннор с силой тряхнул её за плечи с целью остановить последовавший за улыбкой, надрывный смех. Она на секунду замолчала и тупо уставилась на него, сейчас можно было говорить и вкладывать в её недалёкий ум всё то, что ему требовалось:
— Твой жених теперь преступник, а я работаю на правительство. Он ввязался в незаконные дела с антибиотиками, и мне поручен перехват нескольких партий, чтобы защитить простых людей, таких, как ты. Уверен, ты умная девочка и всё сама поймёшь, — Дэйв совершенно точно играл на её наивности и глупости.
Так как до сих пор умной называла себя только сама Миа перед сном, то его последние слова, как ей показалось, решили всё за неё и заставили спросить:
— Ну и, что мне нужно сделать, а? — она продолжала ухмыляться, изредка нервно жмуря глаза. Теперь каждый прохожий на улице показался бы ей другом, а неестественно наглая ложь — чистейшей правдой. Так безотказно действовал один из самых новых на мировом рынке наркотиков — миллиорин, погружая людей в радостное, беззаботное и счастливое состояние, когда они принимали любую околесицу за чистую монету.
— Скажем так, ты совершишь небольшой экскурс на место службы Энтони Траска и достанешь для меня кое-какие документы, — на его лице промелькнула странная и по-дьявольски блуждающая улыбка.
Прошло две недели, и всё это время Траск крутился как белка в колесе меж двух огней: между Эфф и Джеймсом.
Сейчас он прогуливался по территории, забредая даже в самые отдалённые закоулки, и Тони вовсе никак не ожидал встретить в одном из таких закоулков, возле центра энергоснабжения…. Мию (!)
— Здравствуй, Тони, — холодно поприветствовала его она, за напускным равнодушием пытаясь скрыть предательски срывающийся голос. Господи, как она хотела прижаться к нему сейчас, обнять, заплакать и всё рассказать. Он мог её защитить. Только сказать, и всё. И она останется здесь, с ним, и никто больше не сможет помешать их тихому счастью. Но Миа не могла: воля отказывалась ей подчиняться, а где-то на дней, в самой глубине души тлел призрачный огонёк тревоги и беспокойства за его жизнь. Если она ошибётся сейчас, то потом будет всю жизнь жалеть о том, что «когда-то могла исправить». Нет, она будет молчать. Молчать до самого конца, пока всё не вернётся на круги своя и не станет, как раньше.
— Миа?! — воскликнул, не веря своим глазам, парень. — Что ты здесь делаешь? Это закрытая для гражданских территория. – Он сам не понимал, почему ляпнул такую глупость, просто это было единственным, что пришло ему в голову.
— Работаю, милый, — безразлично бросила она, спрятав за спину трясущиеся мелкой дрожью руки.
Траск всё также зачарованно смотрел на неё, словно Миа была вовсе не Мией, а мимолётным видением его спёкшегося на солнце больного сознания.
Девушка буквально ткнула ему в лицо закреплённую на блузке пластиковую карту, надпись на которой гласила: «Эмилиа Диккенс, работник специальной группы, поставки разряда Б».
— Что-то здесь не так, — помотал головой Тони и крепко схватил Мию за руку, — ты пойдёшь со мной, и мы во всём разберёмся. А потом я доложу кому надо, и они отправят тебя домой.
— Отпусти, — прошипела девушка, а в её интонации зародились нотки начинающейся истерики. — У тебя нет на меня никаких прав.
— Я неясно выражаюсь? — вскипел Траск.
— Отпусти меня, Тони, иначе я закричу, — Миа дёрнула рукой, и парень послушно расслабил пальцы.
Она прошла мимо него, но Траск ещё долго смотрел ей вслед, не в силах пошевелиться. Нет, это сон… Точно Сон!
«Приложите карту для идентификации и введите пароль», — раздалось из динамика, встроенного в металлическую дверь и расположенного над большим жидкокристаллическим экраном.
Миа со знанием дела следовала указаниям: плотно прислонила пластиковую карту с магнитной полосой внутри неё, рельеф которой невозможно подделать, затем назвала код в находящейся возле динамика микрофон.
Её губы нервно подрагивали, когда она диктовала запомненный невероятными усилиями пароль. Что же она делает? Что будет потом, когда всё раскроется? И почему же, чёрт возьми, всё это произошло именно с ней? С ними.
Всю свою жизнь Миа была принцессой, живущей в своём маленьком хрупком розовом мире и прятавшейся в нём, как в надёжно защищённой крепости. Она мечтала и ждала… Она любила Тони как никто никогда никого любил. Она верила в сказку, которой должна была стать её жизнь, сказку, началом которой должна была явиться их свадьба.
А сейчас, сейчас уже ничего не осталось: принцесса превратилась в Золушку на побегушках, призванную исполнять любые поручение. И всё ради него. Ради него одного!
Её вполне санкционированное проникновение сюда, и знание пароля, и звание работника «Касты» — всё это стало возможным благодаря упорной работе нескольких десятков хакеров и программистов Пентагона. В течение недели они взламывали одну за другой защитные программы базы данных «Касты». Они обновили списки сотрудников, добавив в них имя «Эмилия Диккенс». Вопрос, почему же послали на задание именно Мию, имел на себя только один ответ: потому что она была очень выгодной подсадной уткой, не представляющей совершенно никакой ценности для правительства НСША. Таких временных работников было совсем не жаль терять в случае неудачи.
Девушка вошла в довольно большое помещение с бронированными стенами. Всё здесь было заставлено компьютерами и высоченными шкафами с пронумерованными полками. Каждая папка на этих полках имела своё личное название. Мии требовались документы, объединённые под именем L48. Быстро пробежав глазами по буквам алфавита и цифрам, девушка достала, наконец, нужную ей папку — там хранились записи графиков переправления груза по датам на ближайшие полгода. Завершив порученное ей дело, она вышла и, опять же, паролем, заблокировала дверь.
Миа вспомнила о Траске, и её сердце сжалось от щемящей тоски. Каждый раз, просыпаясь, она всё ещё мысленно надеялась увидеть Тони рядом с собой, как если бы стала его женой.
И, кем бы ни был Дэйв, он никогда не заменит Тони, потому что его она по-настоящему любит и до сих пор.
Прекрасная сказка в одно мгновение рассыпалась и, превратившись в пепел, упала к ногам Мии. Сказка всей её жизни закончилась ничем…
Когда Траск непосредственно напрямую обратился к генералу Ирвингу Макбрайду за помощью, чтобы тот отдал приказ отослать домой одну его, непонятно каким образом начавшую работать в «Касте», «хорошую знакомую», эта «хорошая знакомая» была уже далеко за пределами их базы, и хакеры Пентагона спешно удаляли её имя из списка сотрудников, опять обновляли информацию и заметали следы, восстанавливая защитные программы системы.
