Ленинград

На Шкапина.

Гуденье города осталось позади.
Здесь тишину таят седые стены.
Бездомный пёс под окнами сидит,
А двор напоминает чем-то сцену…

Да, сцену. Только зрители ушли,
А новые придут сюда не скоро.
И этот театр брошеный нашли
Лишь я и пёс – бродячие актёры.

Как трудно нам бывает приезжать
В то прошлое, что стёрлось понемногу…
Нет! Я совсем не то хочу сказать.
Я снова дома! Дома. Слава Богу.

31 мая 1996г.

***

Прежде, чем уйти навеки,
Навсегда заснуть,
Я отправлюсь на рассвете
В предпоследний путь:

Торопить себя не буду.
В саван завернусь
И по крышам Петербурга
Медленно пройдусь.

29 июня 1996г.

Детство.

Вечер. Тени. Стол. Картина.
Поздно… Засыпай.
Тихий голос… Пьют в гостиной
Мама с тётей чай.

В батарее – злой волшебник.
Слышишь, как шуршит?
И за шкафом кто-то древний
Спит? Или не спит?

Скрип и топот… Рядом бродит!
В этот самый миг
Важно в комнату заходит
Наша нянька – Кинг.

Ночь витает над планетой…
Ой! Холодный нос!
У меня отнял конфету
Твой противный пёс!

Тихо! Маме будет слышно!
Посмотри туда –
Граф Смоленский здесь по крышам
Бродит иногда.

Подплывает к окнам (страшно!),
Смотрит на ребят,
За собой уводит в башню,
Если те не спят…

…Эти ветхие сказанья
Кто поймёт, Илья?
Может, страшное преданье –
Выдумка твоя?

Этой странной жизни нами
Нравится вертеть.
И, казалось, уж пора мне
Вроде повзрослеть…

Но когда я возвращаюсь
К твоему окну,
Небо темное стирает
Звёзды и луну;

Время ход свой замедляет,
И к стеклу припав,
С детским страхом оживает
Наш печальный граф.
29 июня 1996г.

Кончаются белые ночи…

Заметь, милый друг, между прочим,
Темнеют уж белые ночи,
Короче становится день,
И времени всем не хватает.
Ещё не кончается лето.
Тепло. Но уже отцветает
На Марсовом поле сирень.

7 июля 1996г.

Ностальгия.

Звёзды зажглись, очертив окончание дня.
Вечер пришёл, никого ни о чем не спросив.
Пусть сегодня, как прежде, проводит до дома меня
Песенки старенькой полузабытый мотив.

Лёгкий, печальный, неслышный и вечный, как вздох
Или недремлющий ангел, сжимающий крест…
Жизнь – как река, что течет между двух берегов,
Связанных тонкою нитью наивных надежд.

Пусть унесётся мотив в безымянные дали,
Где у котов и комет золотые хвосты…
Вам не понять эту грусть, если вы не видали,
Как по ночам над Невою разводят мосты.
июль 1996г.

Агаша.

Утро. На небе туманная каша.
Снова встречаемся мы у Агаши.

В воздухе сыро и пахнет дождём,
А опоздавших долго не ждём.

Речка. И площадь. Скажу без утайки:
Вы не нашли бы красивей хозяйки.

Дочь архитектора. Смотрит сквозь годы:
Тоже не любит мокрой погоды.

Мы уезжаем. Давно уж собрались.
Грустно… И с городом все попрощались…

Он не приемлет ленивых и слабых.
Высится Арка Главного Штаба –

Наша
Агаша.

1 августа 1996г.

***

Строгий, седой, молчаливый, похожий на старца,
Схиму принявшего много столетий назад,
В сером тумане меня научил улыбаться
Батюшка Санкт-Петербург, а в миру Ленинград.
С этой улыбкой скитаюсь по пыльным дорогам,
Но вспоминаю холодный и твёрдый гранит.
Верю, надеюсь: дойду до родного порога,
Город узнает, всё вспомнит и благословит.

5 января 1997г.

***

Корабль утром на заре
Взлетел под облака.
Внизу, на каменной земле
Волнуется река.

И бьётся на ветру печаль,
И в небе слышен гром.
Всем кораблям, идущим вдаль,
Он служит маяком.

Хранит обеты стольких лет
И городскую пыль.
А нам, как детям, смотрит вслед
Адмиралтейский шпиль.

6 февраля 1997г.

Прощание.

Зимою на причале
Так хочется молчать.
Билеты предсказали:
Мне завтра уезжать.
О мыслях без утайки
потом,
потом,
потом!
…И пролетают чайки
Над Троицким мостом.

6 февраля 1997г.

Утро в Ленинграде.

Ветер дует сильно
(Наверно, за нас волнуется).
Грустно и красиво
На неукрытых улицах.

Зацветает утро
(В нём хорошо мечтается).
Светлым перламутром
Зима и весна встречаются.

Ледяное сердце
Прямо на камни падает.
Люди! Поверьте
Брызгам прозрачной радуги!

Бродят суеверия,
Плачут слепые дворики,
Но разве им поверят
Злые седые дворники?

Резвые бабульки
Идут в магазин за творогом.
Прыгают сосульки
На тротуары города.

6 февраля 1997г.

***

Здесь каждый дом – часовой.
И каждый берег – рубеж.
Утро. Туман над Невой.
Адмиралтейство. Манеж.

Можно назад повернуть
И не запомнить урок.
Но каждая улица – путь,
А каждый день – это срок.

Ветер… Конец ноября…
Шпили. Холодная высь.
Здесь каждый лучик – заря,
И каждый вздох – это жизнь.

4 августа 1997г.

Стекло.
Холодное. С неровными краями.
Поднять с земли его поберегись.
Такое сможет, вовсе не желая,
До боли разорвать чужую жизнь.

Оно мелькнет в лучах нежданно резко,
Оно оставит в памяти надолго
Свой ясный след неузнанного блеска.
Не нагибайся, не смотри туда, не трогай —

Обрежешься. А здесь оно случайно.
Чем было прежде? Кто ж теперь узнает…
В чужой земле всегда лежать печально,
Но как же быть — она не отпускает.

Всегда ему холодным оставаться,
На солнце греясь. Трудная судьба —
В московскую мозаику вплетаться
Кусочком ленинградского стекла.
25-27 июля 2003г.

Возвращение домой.
(тёте посвящается)

Транспорт не ходит — четыре утра.
Холодно. Дождик косой.
И все же, кто нынче счастливей меня?
Я возвращаюсь домой!

Выйти на Невский проспект и опять
(К счастью, немного вещей)
Мне широко через лужи шагать,
Путаясь в длинном плаще.

Памятник, храмы, дома, дома,
Мост над сырой рекой
Приветствуют: «Здравствуй! Мы рады, да —
Ты вернулась домой».

Дождь не помеха. И рань не беда.
С детства знакомый маршрут…
Как хорошо возвращаться туда,
Где тебя любят и ждут!

Дай Бог вот так же, под шум дождя,
Окончив свой путь земной,
Воскликнуть: «Господи, это я.
Я вернулась домой».
12 марта 2006г.