И умру я не на постели
При нотариусе и враче…
……………………………………
Упаду, смертельно затоскую,
Прошлое увижу наяву,
Кровь ручьём захлещет на сухую,
Пыльную и мятую траву.
Николай Гумилёв
Несбыточнее Африки – расстрел.
Кошмарный сон – решенье трибунала.
Тревога, скрытая внутри, банальна,
но колет сердце каждый раз острей.
Не перед тем судом поэт предстал.
Плёл паутину в суете редакций?
Не рассмеяться, и не разрыдаться,
и не нырнуть в магический кристалл…
Хотелось жить поэзией одной.
Наивен вне политики политик
с полей сражений, кровью так политых,
что и трава подстрижена «под ноль».
Несостоявшихся свершений жаль.
В решётку рвётся бесконвойный август,
подпитывая духа тугоплавкость,
пока злой рок курок свой не нажал…