Год смерти известен

…Холодный металл стен камеры немного освежал разгоряченный лоб. Сколько он уже здесь? Сколько ему осталось? Неизвестность и необходимость ждать измучили его сильнее, чем воспоминания о Жене. Надо отвлечься, надо немного отвлечься… Возможно, придется прождать еще очень долго, прежде чем они примут решение. Он представил себе их – троих судей, вершивших его судьбу. Суровые и решительные лица, черные мантии и белые парики – как в древности. Впрочем, все может быть совсем по-другому. Они молоды и веселы, рассказывают друг другу новые анекдоты и последние новости мира моды. Потом, как бы между прочим, вспоминают о нем: “Ах да, тут дело заключенного ЕВ-524/217 УУ. Что будем решать?”
А что тут решать-то! Урежут ему Срок Жизни и всего делов! Он даже усмехнулся этой очевидной простоте. Это раньше были варианты тюремного заключения, смертной казни… Теперь все значительно проще – проставят новую циферку в строке на мониторе, компьютер перепрограммирует чип в твоей голове, и в строго определенный день он создаст короткий импульс, который раз и навсегда отключит твои мозги. Тихо, быстро, безболезненно. Точную дату тебе, конечно, не сообщат, но точно известно, что это происходит вскоре после твоего дня рождения. Так что всегда есть возможность обставить свою смерть поэффектнее…
Быстрей бы уж. Он поменял позу – нога затекла – непроизвольно открыл глаза и наткнулся взглядом на собственное отражение в противоположной, до зеркального блеска отполированной стене. Он ведь совсем не стар. А, учитывая, возможности современной медицины, смог бы прожить еще долгие годы. Ведь жили же когда-то люди столько, сколько получалось. Психологи и юристы в один голос утверждают, что это было крайне неудобно: человек не мог разумно подготовиться к своей смерти, завершить все дела, воплотить в жизнь свои мечты. А теперь ты в свой последний год жизни можешь успеть все, что угодно, а государство даже денег подкинет, если их у тебя не хватает на реализацию своих фантазий.
Так, по крайней мере, говорят.
Впрочем, скоро у него будет возможность все узнать самому – за убийство ему так сократят СЖГ, что мало не покажется. Лет десять, не меньше. И что там тогда останется? В свое время Генетический Определитель отвел ему 52 года. Именно до этого возраста он не будет создавать государству много проблем своим здоровьем. Никаких социальных или административных нарушений не было, поэтому СЖГ до сих пор не сокращался. А теперь…
Его нехитрые вычисления прервало еле слышное гудение – это засветился монитор под потолком. На экране появилось изображение девушки в строгом деловом костюме. Безжизненно-бесстрастное лицо никогда не существовавшей на земле женщины – впрочем, возможно, это и не так – замерло на несколько мгновений, словно выжидая. Затем губы зашевелились, и искусственный голос с легким металлическим привкусом произнес:
– Заключенный ЕВ-524/217 УУ, Высокий Суд принял решение по вашему делу. Приговор будет оглашен немедленно. Будов Алексей Андреевич, 2237 года рождения, 2289 года смерти, 12 января 2275 года вы совершили умышленное убийство своей жены Будовой Евгении Вячеславовны. По статье 238 Уголовного Законодательства Конфедерации вы приговариваетесь к сокращению Срока Жизни Гражданина на 12 лет. Оставшийся Срок Жизни Гражданина вам следует прожить на территории Центра Социальной Помощи и Развития Конфедерации в любом городе мира по вашему выбору. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
Тут изображение на мониторе дернулось, и девушка чуть сменила позу – будто запустили следующий видеоролик. Едва изменившимся голосом она продолжила:
– С 28 июля 2271 доступен Альтернативный вариант наказания преступников. Подробнее о нем вы сможете узнать в Центре Социальной Помощи и Развития Конфедерации непосредственно перед перепрограммированием. Спасибо за внимание. Всего доброго!
С этой совершенно неожиданной и невероятной в подобном месте фразой она исчезла.
Алексей потер виски, пытаясь сосредоточиться – два года, ему осталось два года…

***

Серый асфальт посадочный полосы терялся в зелени – просто невероятно, что где-то на земле еще могут существовать леса! Алексей выбрал Центр, расположенный неподалеку от Амазонки – Лесного Заповедника Конфедерации, одного из четырех оставшихся на планете. В рекламном проспекте Центра говорилось, что на его территории можно увидеть настоящих животных, однако они не подходят близко к ограждению, а поездки по Заповеднику разрешены не чаще двух раз в неделю. Впрочем, Алексей был уверен, что сможет там прокатиться – в последний год жизни гражданина государство становилось на редкость щедрым…
Его уже ждали. Приветливо улыбавшийся сотрудник Центра в темно-зеленой форме уже махал ему из-за стеклянной двери. Его звали Макс. Через 15 минут езды по монорельсовой дороге, сопровождавшейся подробным описанием всех удобств и услуг Центра, Алексею, наконец, удалось задать единственный интересовавший его вопрос:
– Что такое Альтернативный вариант наказания? Он у вас предоставляется?
Макс совершенно смутился, словно впервые задумался о том, что работает не на курорте:
– Ну… да, конечно… он ведь доступен любому гражданину Конфедерации… независимо от… В общем, вам следует поговорить об этом с Главным Техником Центра перед перепрограммированием.
Неизвестно почему этот вопрос заставил молодого человека замолчать до самого прибытия в Центр.
Главный Техник оказался женщиной приятной внешности, лет тридцати. “Интересно, а сколько ей еще осталось?” – подумал Алексей. Она приветливо улыбнулась и протянула ему руку для знакомства. Явно психолог по образованию, уже через десять минут она болтала с ним как со старым знакомым. Это помогло снять повисшее в воздухе напряжение, и Алексей сам не заметил, как она подвела разговор к самой сути:
– Итак, в нашем Центре вас ждет все самое лучшее, что может подарить Конфедерация своим гражданам на пороге смерти. После перепрограммирования у вас останется около двух лет жизни, поэтому я обязана задать вам вопрос: интересует ли вас Альтернативное наказание, продляющее СЖГ на неопределенное время?
“Неопределенное время”… Это звучало почти как “вечная жизнь”. Алексей облизнул внезапно пересохшие губы и хрипло произнес:
– Да.

***

Краткий инструктаж, курсы по выживанию, строевая подготовка – и вот документы подписаны, чип отключен, а он лежит в криокамере в ожидании начала заморозки. Алексей и еще 129 добровольцев подписали волшебный договор, и теперь звездолет, словно дракон из детских сказок, уносил их в далекой мир, где нет смерти…
Нет, конечно, смерть там была – ничто не вечно, однако формулировка “Срок Жизни Гражданина не определен, чип отключен” в идентификационной карте Алексея отзывалась ласковым шепотом в его голове: “не определен… отключен… не определен… отключен… НЕ ОП-РЕ-ДЕ-ЛЕН!”
Взамен он стал рядовым Будовым с личным номером 252-НФ и отправлен на Альмиру, защищать интересы Конфедерации. Эта планета была обнаружена учеными более ста лет назад. На нее сразу обратили внимание как на возможного двойника Земли. Проанализировав все данные, полученные за два десятка лет напряженных исследований, ученые пришли к выводу, что Альмира является ближайшей планетой, пригодной для жизни землян. В условиях катастрофической перенаселенности Земли космические разработки шли удесятеренными темпами, и 38 лет назад перелет первых колонистов стал возможным.
Однако тут же возникли трудности – планета уже была населена, и немногочисленное коренное население оказало неожиданно ожесточенное сопротивление. Было принято решение о начале широкомасштабной военной операции по захвату новых земель. Из-за нехватки профессионально подготовленных военных – войн не было лет двести – стали привлекать пожилых людей, которым осталось жить совсем недолго, а потому и терять уже нечего, а также преступников, чей СЖГ был максимально сокращен. В этот-то “счастливый” список и попал Алексей. Впереди его ждала абсолютная неизвестность – либо гибель на поле боя, либо славная победа, и тогда он станет одним из первых колонистов. Дороги назад не было – возвращать звездолеты пока не научились. От осознания этого факта кровь начинала быстрее бежать по венам, дыхание учащалось, а на губах появлялась улыбка.
Потрясающее ощущение!
Криокамера чуть слышно загудела. Перед тем, как провалиться в темноту, он увидел Женю…

***

Шел второй месяц ожесточенных боев. Армия Конфедерации мужественно продвигалась по бесконечным болотам Альмиры. Казалось, что кроме грязи и мерзких, копошащихся в ней существ, на планете нет ничего.
Но были еще норы.
Именно их невероятное количество делало невозможной зачистку планеты с воздуха. Там, под землей, эти норы превращались в настоящие лабиринты, уводя все глубже. Еще никто не смог вернуться из них живым, чтобы рассказать, заканчиваются ли они где-то вообще. Оставалось только выискивать отверстия в земле, искусно замаскированные немногочисленной растительностью и обильной грязью, и зашвыривать туда побольше взрывчатки. Впрочем, иногда случались и открытые бои.
Оружие местных было чересчур примитивным, чтобы представлять реальную угрозу для солдат Конфедерации – некое подобие копий, стрел и клинков из далекого прошлого Земли. Но внезапность нападений и большое количество ловушек делали свое дело – численность взвода постепенно сокращалась.
Получив должность заместителя командира взвода, Алексей провел много часов, пытаясь продумать более успешную стратегию ведения войны, однако кроме варианта подземных боев ничего не придумывалось. “Если не удается вытащить их наружу, чтобы вести бой по нашим правилам, значит, надо залезть под землю и вести бой на их исконной территории, по их правилам, используя и предугадывая их тактику. Первое, что для этого потребуется, – создать компьютерную модель ходов близлежащей местности. А значит, нужна команда добровольцев, которая полезет под землю со сканером…”
Вот на этом самом месте все замыслы и обрывались. Алексей встал и нервно зашагал по палатке. Он самый младший в своем взводе, все остальные – почти старики. Им за 40, пошаливает сердце, быстро утомляются, появляется одышка… Да, с такой армией далеко не продвинешься. Любой марш-бросок больше чем на три километра выбивает их из строя на пару часов. Если в этот момент начинается бой – они обречены.
Впервые ему в голову пришла мысль, что это, возможно, ничуть не лучше чипа в голове…
Размышления Алексея были прерваны начавшейся атакой местных. Он выскочил из палатки, на ходу отдавая приказы и выясняя обстановку в лагере. Похоже, поставив ограждения, инженерная команда не заметила пару нор, оставшихся внутри. Теперь из них посыпались сюрпризы, словно из древнего Рога Изобилия.
Алексей выругался и рванул что было сил к отряду подрывников, отчаянно пытавшихся навести порядок в походном арсенале. По всей видимости, один из аборигенов сумел пробраться туда и теперь пытался обороняться неведомым ему оружием. У него неплохо получалось – царивший в лагере хаос был тому подтверждением.
Выругавшись еще раз для придания себе большей храбрости – стрелковое оружие применять было небезопасно, оставалась рукопашная – Алексей нырнул под тент, по направлению к темно-коричневой фигуре. Уже в прыжке он скорее почувствовал, чем услышал где-то слева сзади мощный взрыв, успел подумать, что, видимо, инопланетная сволочь разобралась-таки с техникой использования гранаты – и тут все укрыла тьма.

***
Она смотрела на него глазами, полными слез. Ее просьба была ужасна, но он с самого начала знал, что не сможет ей отказать, и от этого становилось совсем жутко.
– Как же ты не понимаешь! Ты не можешь просить меня об этом! Кого угодно, но только не меня!
– Нет, это ты не понимаешь! Они упрячут меня в больницу «на лечение», а ты ведь прекрасно знаешь, что это значит! Оттуда мне уже не выйти! Если ты меня любишь – сделай это! Я не хочу сдохнуть баклажаном!
Он прижал ее к себе, стараясь успокоить, и прошептал:
– Нет. Я не могу этого позволить… Не могу…
Затем, целую вечность спустя, Алексей пошел на кухню за ножом. Он думал о том, что слишком сильно ее любит, что она слишком сильно хотела ребенка, недозволенного ребенка, и что, возможно, все эти психиатры правы…

Сколько же крови на полу!
Сколько крови…

Холодный металл немного освежал разгоряченный лоб… Алексей шевельнулся – резкая боль пронзила левое плечо и обожгла руку – и все вспомнил. Женя мертва, он далеко от Земли, на войне, на лагерь напали, был взрыв, его куда-то отбросило, чем-то присыпало… Но почему так темно? Не мог же он ослепнуть! Тем более умереть – у мертвых не болят покореженные кости.
Внезапная догадка пробежала холодком по позвоночнику – он попал в одну из нор.
“Только не паникуй! Не смей! Ты выберешься!” – мысленно твердил он, пытаясь на ощупь отыскать свое оружие или хотя бы фонарь – и в этот самый миг почувствовал, что рядом кто-то есть. На лбу выступила испарина, все тело онемело, и лишь рука, словно подчиняющаяся своему отдельному мозгу, лихорадочно обшаривала карманы. Есть! Фонарик.
Алексей ударил кончиком пластиковой трубки по земле, и она засветилась бледно-зеленым. Шагах в пяти, прямо напротив, точно так же прислонившись спиной к стене, полулежал его враг. Он часто и глубоко дышал, из ран на его теле сочилась коричневая жидкость, глаза были прикрыты. Видимо, тоже ранен.
– Ну что, гад, довзрывался? – с непонятным самому себе злорадством спросил Алексей. – Теперь сдохнем тут оба! Спорим, я даже знаю, кто будет первым!
Однако никакого оружия под рукой не было. В бессильной злобе швырнув в инопланетянина комком грязи, он в изнеможении прикрыл глаза. Так прошло какое-то время.

***

Ким’нарр старался дышать помедленнее – этот проклятый воздух убивает с каждым вздохом – он должен как-то отсрочить свою смерть, чтобы увидеть, как его друзья прикончат этого мерзкого пришельца. А пока надо потерпеть, немного потерпеть… Чувствовать его страх так приятно! Мысли понять невозможно – они слишком сбивчивы, а образы туманны – но он определенно боится.
Ким’нарр усмехнулся – стар? Нет, он еще не стар! И неоднократно доказал это в бою с космическими захватчиками. Жаль только, что никто из его родных не узнает, не сможет им гордиться. Как было в древности – у каждого племени свой вождь, свой лучший воин. Он вполне мог бы им стать.
Мысли его унеслись далеко в прошлое… В то прошлое, о котором он узнал лишь из видеозаписей в подземном бункере, – в те времена, когда эндверги жили на поверхности, в огромных и светлых городах, дышали животворящим воздухом и вкусно ели. Да, такой мир он всегда мечтал увидеть и даже видел – в своих снах. Правда, досталось ему совсем другое – разрушенная атмосфера, умирающая планета, остатки великого народа, забирающиеся все глубже под землю, где не хватает воздуха, пищи и просто места на всех …
Ким’нарр стал стар и бесполезен, и его вышвырнули подыхать наружу, как и многих других. Но с появлением врага все резко изменилось! Он стал целью и смыслом существования умирающих эндвергов! А заодно и пищей…
Великий Воин – как он решил называть себя отныне – перебирал в памяти лица поверженных им врагов, уродливые, перекошенные гневом и ужасом… Все они давали ему силу, помогали верить в себя, помогали жить! Он вновь закашлял – проклятый воздух выжигает легкие. Но ничего, недолго осталось ждать – он уже слышит своих друзей. Они совсем близко…
Ким’нарр открыл глаза, чтобы посмотреть на пришельца в последний раз – скоро для него все закончится.

***

Алексей очнулся от шороха, доносившегося откуда-то сбоку. Определить точное направление было трудно, но это наверняка за ним, его скоро спасут!
– Эй, парни! Я здесь! Скорее! – Алексей перевел взгляд на аборигена, – Ну что уставился, гад? Слышишь шум? Это твоя смерть! Готовься, уродец!
И он хрипло, из последних сил, рассмеялся.
Инопланетянин, пристально глядя ему в глаза, шевельнулся и издал мерзкий звук, похожий на скрежет железа…

0 Comments

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.