Девочки

Девочки

Жила–была девочка Зоя… Жила–была девочка Сигрид…
Девочка Зоя, родилась в октябре 1945, после второй мировой войны в Ленинграде в русско-еврейской семье. Все еврейские родственники были закопаны фашистами живыми в Западной Украине, под Ровно, в селе Бережница Сарнинского района. Многие родственники со стороны мамы погибли в сталинских лагерях. Семья жила в проходной комнате, которую выделила им мамина двоюродная сестра. Спали за занавеской в темном углу. Потом власти разрешили прорубить окно. Стены были толстые. Долбили очень долго, но когда все было готово, все были очень рады. Это было окно в мир. Троицкий православный собор, памятник архитектору Стасову, создателю собора с голубыми куполами, что не часто встречается на Руси, смотрели в это окно. У собора, прямо под окнами был большой Троицкий рынок. Было хорошо видно, кто и что продает. Для мамы началось сложное время. Зоя просила постоянно купить яблоко или грушу. Но денег на такое баловство не было. Со временем она стала понимать несколько больше и перестала расстраивать маму, так как больше всего на свете любила и любит свою мамочку. Когда взрослые люди задавали свой риторический вопрос, кого из родителей она больше любит, девочка Зоя всегда отвечала вслух, что обоих. Но тут же бежала к маме и на ушко шептала ей с чувством о своей любви. В детский сад ее не брали, т.к. у них была полная семья. Был папа. А после войны детей было много, а пап мало. Много мужчин в СССР не вернулись с войны.
Много мужчин не пришло домой и в Германии.
Девочка Сигрид родилась в небольшой деревне под Виттенбургом в 1947. Ей тоже повезло с папой. Он был зубным врачом и имел небольшой практис. Он очень любил своих трех дочерей. Мама занималась девочками. К сожалению, счастье длилось недолго. Отец заболел и умер, когда Сигрид было всего 3 года.
Девочки с мамой переехали в Витенбург, в маленькую квартиру без водопровода, но с газовой плитой. Тогда это было большой удачей.
Бежало время. И вот уже девочка Зоя, а потом и девочка Сигрид пошли в школу.
1 сентября на Зое было кашемировое коричневое форменное платье и белый фартук. Светлые косички заканчивались белыми атласными бантами. В одной руке был большой осенний букет, а в другой портфель. Директор школы не хотел принимать ее в школу. Девочке не было еще 7 лет. Но после экспромт-экзамена он поменял свое решение. Зоя должна была прочитать фамилии довоенных выпускников на мемориальных досках, установленных в школе, и выполнить необходимые математические действия.
Девочка Сигрид пошла в школу в 1954 году. У нее не было униформы, был старый ранец на спине, доставшийся ей от старшей сестры. Она держала в руках большой пакет с конфетами и яблоками. Ее первая учительница фраи Лельвитц взяла ее за руку и повела в класс.
Бежали первые школьные годы. Первая учительница Мария Васильевна научила девочку Зою считать, читать, писать и думать. Тогда ей казалось, что все ученики одинаковые, все любили друг друга. Но в четвертом классе ее сосед по парте стал обзывать ее. Произнесенное слово унижало и оскорбляло любого человека еврейского происхождения. И девочка Зоя в первый раз столкнулась с антисемитизмом. Она не понимала, в чем же их разница? В интернациональной семье Зои отмечались русские и еврейские праздники. Друзья родителей были разных национальностей. Она рано прикоснулась к еврейской культуре, литературе и религии. С детства посещала я с папой синагогу. Хотя в то время это в СССР не поощрялось. Люди боялись ходить в церковь, а в синагогу тем более.
Истинно верующие люди не изменяли своей религии ни во времена сталинских репрессий, ни во время войны. Я помню, как во время русской пасхи, чистенькие маленькие старушки в белых с цветочками платочках шли в церковь. В руках они держали сверточки, в которых был кулич и пасха. Они несли это в церковь батюшке для освещения. Дети послевоенного времени росли атеистами. И они не понимали, как вера в бога важна для этих бабушек, что это придает им сил, радости, дает возможность выжить в любое трудное время.
Девочка Сигрит жила в Мекленбург-Форпомерн, куда после войны пришло много беженцев-немцев из Польши и Чехословакии. Со своей первой подружкой Ингрид, беженкой из Польши, дружит она с первого класса. Сигрид умела дружить со всеми, независимо от национальности. Посещение евангелического собора было не обязательным, но приносило радость общения с чем-то таинственным.
Девочки были хорошими ученицами. Сигрид имела способность к иностранным языкам. Зое особенно давалась физика, математика и английский язык. Немецкий ее поколение учило по кинофильмам о войне, в которых был четкий стереотип, что русский солдат всегда умнее немецкого. Что русские разведчики, закончив за 3 месяца спецразведшколу, говорили прекрасно по-немецки и были готовы для работы в немецком тылу. Российские немцы, проживающие в России с 18 века, говорили на старом немецком диалекте, по которому их в Германии сразу можно было определить. И только когда прошло много десятилетий, и большая девочка Зоя оказалась в Германии и начала учить немецкий язык, она поняла, какая это фантазия за короткий срок научиться хорошо, без акцента говорить по-немецки.
Быстро пробежала школа, девочки выросли и превратились в симпатичных блондинок. У каждой в жизни была сильная любовь, хорошая семья, дети. Но потом они остались одни.
И вот неожиданно в феврале 1997 года на лестнице 5-этажного дома на ул. Гагарина в городе Шверине в Германии произошла встреча двух давно выросших девочек, похожих друг на друга, как две родные сестры, имеющих похожие судьбы, и так давно идущих навстречу друг другу. Встреча, которая переросла в многолетнюю большую настоящую дружбу. И никогда бы не удалось девочке Зое быстро и хорошо научиться говорить и писать об их дружбе по-немецки, если бы не девочка Сигрид, которая с детства имела интерес и способности к русскому языку и которая получает сейчас удовольствие от общения со своей любимой подругой на русском языке. Они великолепно понимают друг друга!

Зоя Витес
E-Mail: zv-06@bk.ru

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Девочки

Девочки

Жила–была девочка Зоя… Жила–была девочка Сигрид…
Девочка Зоя, родилась в октябре 1945, после второй мировой войны в Ленинграде в русско-еврейской семье. Все еврейские родственники были закопаны фашистами живыми в Западной Украине, под Ровно, в селе Бережница Сарнинского района. Многие родственники со стороны мамы погибли в сталинских лагерях. Семья жила в проходной комнате, которую выделила им мамина двоюродная сестра. Спали за занавеской в темном углу. Потом власти разрешили прорубить окно. Стены были толстые. Долбили очень долго, но когда все было готово, все были очень рады. Это было окно в мир. Троицкий православный собор, памятник архитектору Стасову, создателю собора с голубыми куполами, что не часто встречается на Руси, смотрели в это окно. У собора, прямо под окнами был большой Троицкий рынок. Было хорошо видно, кто и что продает. Для мамы началось сложное время. Зоя просила постоянно купить яблоко или грушу. Но денег на такое баловство не было. Со временем она стала понимать несколько больше и перестала расстраивать маму, так как больше всего на свете любила и любит свою мамочку. Когда взрослые люди задавали свой риторический вопрос, кого из родителей она больше любит, девочка Зоя всегда отвечала вслух, что обоих. Но тут же бежала к маме и на ушко шептала ей с чувством о своей любви. В детский сад ее не брали, т.к. у них была полная семья. Был папа. А после войны детей было много, а пап мало. Много мужчин в СССР не вернулись с войны.
Много мужчин не пришло домой и в Германии.
Девочка Сигрид родилась в небольшой деревне под Виттенбургом в 1947. Ей тоже повезло с папой. Он был зубным врачом и имел небольшой практис. Он очень любил своих трех дочерей. Мама занималась девочками. К сожалению, счастье длилось недолго. Отец заболел и умер, когда Сигрид было всего 3 года.
Девочки с мамой переехали в Витенбург, в маленькую квартиру без водопровода, но с газовой плитой. Тогда это было большой удачей.
Бежало время. И вот уже девочка Зоя, а потом и девочка Сигрид пошли в школу.
1 сентября на Зое было кашемировое коричневое форменное платье и белый фартук. Светлые косички заканчивались белыми атласными бантами. В одной руке был большой осенний букет, а в другой портфель. Директор школы не хотел принимать ее в школу. Девочке не было еще 7 лет. Но после экспромт-экзамена он поменял свое решение. Зоя должна была прочитать фамилии довоенных выпускников на мемориальных досках, установленных в школе, и выполнить необходимые математические действия.
Девочка Сигрид пошла в школу в 1954 году. У нее не было униформы, был старый ранец на спине, доставшийся ей от старшей сестры. Она держала в руках большой пакет с конфетами и яблоками. Ее первая учительница фраи Лельвитц взяла ее за руку и повела в класс.
Бежали первые школьные годы. Первая учительница Мария Васильевна научила девочку Зою считать, читать, писать и думать. Тогда ей казалось, что все ученики одинаковые, все любили друг друга. Но в четвертом классе ее сосед по парте стал обзывать ее. Произнесенное слово унижало и оскорбляло любого человека еврейского происхождения. И девочка Зоя в первый раз столкнулась с антисемитизмом. Она не понимала, в чем же их разница? В интернациональной семье Зои отмечались русские и еврейские праздники. Друзья родителей были разных национальностей. Она рано прикоснулась к еврейской культуре, литературе и религии. С детства посещала я с папой синагогу. Хотя в то время это в СССР не поощрялось. Люди боялись ходить в церковь, а в синагогу тем более.
Истинно верующие люди не изменяли своей религии ни во времена сталинских репрессий, ни во время войны. Я помню, как во время русской пасхи, чистенькие маленькие старушки в белых с цветочками платочках шли в церковь. В руках они держали сверточки, в которых был кулич и пасха. Они несли это в церковь батюшке для освещения. Дети послевоенного времени росли атеистами. И они не понимали, как вера в бога важна для этих бабушек, что это придает им сил, радости, дает возможность выжить в любое трудное время.
Девочка Сигрит жила в Мекленбург-Форпомерн, куда после войны пришло много беженцев-немцев из Польши и Чехословакии. Со своей первой подружкой Ингрид, беженкой из Польши, дружит она с первого класса. Сигрид умела дружить со всеми, независимо от национальности. Посещение евангелического собора было не обязательным, но приносило радость общения с чем-то таинственным.
Девочки были хорошими ученицами. Сигрид имела способность к иностранным языкам. Зое особенно давалась физика, математика и английский язык. Немецкий ее поколение учило по кинофильмам о войне, в которых был четкий стереотип, что русский солдат всегда умнее немецкого. Что русские разведчики, закончив за 3 месяца спецразведшколу, говорили прекрасно по-немецки и были готовы для работы в немецком тылу. Российские немцы, проживающие в России с 18 века, говорили на старом немецком диалекте, по которому их в Германии сразу можно было определить. И только когда прошло много десятилетий, и большая девочка Зоя оказалась в Германии и начала учить немецкий язык, она поняла, какая это фантазия за короткий срок научиться хорошо, без акцента говорить по-немецки.
Быстро пробежала школа, девочки выросли и превратились в симпатичных блондинок. У каждой в жизни была сильная любовь, хорошая семья, дети. Но потом они остались одни.
И вот неожиданно в феврале 1997 года на лестнице 5-этажного дома на ул. Гагарина в городе Шверине в Германии произошла встреча двух давно выросших девочек, похожих друг на друга, как две родные сестры, имеющих похожие судьбы, и так давно идущих навстречу друг другу. Встреча, которая переросла в многолетнюю большую настоящую дружбу. И никогда бы не удалось девочке Зое быстро и хорошо научиться говорить и писать об их дружбе по-немецки, если бы не девочка Сигрид, которая с детства имела интерес и способности к русскому языку и которая получает сейчас удовольствие от общения со своей любимой подругой на русском языке. Они великолепно понимают друг друга!

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.