«Адик, иди кушать!»
Низковатый голос залил летний дворик одного из городков. Дети как суслики вскочили и, вслушиваясь в голос, пытались понять, их ли зовут на обед. Маленький мальчик слез со старого дворового дуба, спрятал мятую папиросу в кармашке темно-синих шортиков и побежал к подъезду небольшого дома. Перед домом как всегда сидели старушки Ильза и Фани. Они курлыкали о чем-то своем, о чем-то старческо-гуталиновым. Увидев мальчика, они одновременно улыбнулись, кивнули и продолжили беседу.
«Адик, Адик домой!»
Мальчик влетел в подъезд, но, не увидев кошку, перецепился и ударился коленом о ступень. На коленке появилась алая капелька крови, но мальчик не обратил на это внимание, потер колено рукой и побежал дальше. Взлетев по высоким ступеням на второй этаж, он толкнул тяжелую деревянную дверь и вбежал в пыльную прихожую. Снежинки пыли плясали в свете полуденного света медленное и прекрасное танго. Отец сидел на балконе в белой шведке, курил трубку и читал какую-то книгу в красном переплете.
-Здравствуйте отец!
-Здравствуй Адик. Не следует злить матерь. Иди обедать.
Мальчик пробежал через маленький зал с круглым столом, спрятанным под свежей скатертью и вбежал на кухню.
Тарелка с супом стояла уже на столе, рядом лежал кусочек белого хлеба и зеленый лук. Матерь молча чистила рыбу, и только глаза ее говорили, что она счастлива.
Мальчик быстро сел за стол и начал есть суп, обхватив ложку всеми пятью пальцами.
-После того как поешь, отправляйся к себе и наведи в комнате порядок – отец откашлялся и перевернул страницу книги.
-Мама, я хочу стать художником! – мальчик откусил чуть-чуть лука и уперся локтями в стол.
-Хорошо, подрасти, и мы тебя отведем в художественную академию, но тебе надо хорошо кушать.
-Я не хочу кушать, я хочу быть художником.
Матерь улыбнулась и посмотрела в окно. Во дворе все еще играли дети.
-Хочу быть художником…
Детей становилось все меньше и меньше, а потом исчез и Адик.
Он так и не стал художником…
Он пошел на войну…
Он стал лидером нации и великим тираном…
А родители его ждали…
Ждали своего сына, который так и не вернулся домой…
«Адик, иди кушать!» Но он так и не пришел…
И только папироса все еще лежала в маленьких шортиках…