12-ти летнему партизану, ветерану войны
Петрову Борису Васильевичу посвящается
Красным заревом рябины
полыхали за селом.
В чёрном небе, как рубины,
залпы щерились огнём.
Не осенним звездопадом
озарялись небеса,
это смерть летела рядом –
беспощадная коса.
В сорок первом злая осень
заглушила в школах трель,
не вставала в поле озимь,
градом сыпала шрапнель.
А мальчишки наши жили,
затянувши пояса.
Вместо школы уходили
в партизанские леса.
Быстро детство пролетело.
Там, в отряде, счет иной:
чем заморышнее тело,
тем надежнее связной.
И идет тщедушный, жалкий,
по дорогам между сёл,
а глаза считают жадно –
каждый танк в уме учёл.
Если схватят, нет пощады,
враг побитый зол и лют.
А кого повесят, гады,
снять из петли не дают.
Немец днём – вояка справный,
но за днём приходит ночь
и фашистские заставы
страх не могут превозмочь.
Мы захватчиков не звали –
– Убивай чужую рать!
Партизанские завалы
не объехать, не убрать.
И мальчишки, – не мальчишки
через смерть перешагнув,
непрочитанные книжки
в сорок пятую весну
может быть, поднимут с полки…
Будет мать тайком вздыхать:
в доме нету ни иголки,
землю некому пахать.
И мальчишки, – не мальчишки,
возмужавшие в войне,
не имея передышки,
победившие вдвойне.
И страну они подняли,
и страна их подняла.
В дни торжеств и в дни печали
всех бы разом обняла.
