В лесу не слышно больше хруста,
Фонарь у дома светит грустно,
На улицах зажглись огни,
Лишь я опять совсем один.
И грустно мне и одиноко,
Как трудно мне царапать строки,
В тени этой пустой ночи,
Когда ты без меня молчишь,
Когда молчу и я. Совсем
Я погрузился в ток дилемм.
Не знаю я, что делать мне,
Горят стихи мои в огне,
Но я рождаю их, и снова,
Их Там встречает Иегова.
Но нет, я все же не один!
Сквозь сотни, тысячи витрин
Я вижу сердце, что со мною
Готово обливаться кровью,
Готово тишину сломать,
И о любви опять сказать.
Нет, не опять, а снова
Я говорю и слышу слово,
Которое ломает мир,
Взрывая тысячи мортир
В душе моей, в душе твоей,
И гибнут тысячи чертей,
Услышав это. Я молю,
Почаще говори “Люблю…”
И будет мир светлее рая,
И счастья будет выше края…
Но все ж один я, как мне больно,
Слеза течет по мне невольно.
Я знаю, что наступит день,
Когда серебряный олень
К себе на спину нас посадит
И увезет, и Там оставит,
Где воздух — счастье, всюду свет,
Хвосты невидимых комет
Нас будут мирно окружать,
Они не будут возражать
Нашей любви… О, снова
Я произнес родное слово…
Но мне пора, пора уж спать,
И все равно, что уж вставать.
Я ночь всю боли посвятил.
Фонарь у дома все светил,
Огни на улицах горели,
В лесу уж листья шелестели…