Век, опадая безжалостно желтым листом отболевшим В памяти прошлое кружит надуманной смелостью дел. Звёзды — они высоки и при этом, возможно, безгрешны, Луки тугие смешны без полёта стремительных стрел. Тихое время застыло в прощальном тепле настроений, Не возбуждая душевных порывов яркостью искр. Литерный мчит к полустанку с названьем «Осенний» — …
Всего лишь несколько минут, Но я прощаться не устану. Ведь я, пока что, еще тут, А скоро только точкой стану. Она прочертит небосклон Стежком белесым чуть несмело. И ветки будут бить поклон… Обычное для веток дело. Я оставляю здесь тебя, Не в силах взглядом оторваться От глаз твоих, кляня себя, …
Осень. Замкнулся круг, Именуемый циклом года. И фонарный сырой испуг, Выпестовывает погода. В воздухе пахнет сыростью. Сосны качают макушками, Словно над зябкой сиростью Плачут они кукушками.
Читалка, выжжены глаза Страницами разоблаченных книг. То телефон звонит, то голоса. И Ломоносова белеющий парик, И Сумарокова « Димитрий Самозванец». Кадушки с пальмами, студенческий билет, Подсвечников подслеповатый глянец, А мира – нет, читалки – нет. И Бога нет Как пусто и наполнено кругом Пространство все: кусты, цветы и люди, Деревья, …
Суровый гештальт помутневшей поэтики Требует места в подлунном мире, На столе, на листе, в квартире, В самом сердце пустой эстетики. Хронотоп переносится в бестелесность, Лишенную времени, места. Остается одна словесность, Скучна и неинтересна. Остается дискурс раздетый – Сцепление в построении Мыслей. И, недопетый, Как согласная у логопеда В кабинете. Мое …
Суровый гештальт помутневшей поэтики Требует места в подлунном мире, На столе, на листе, в квартире, В самом сердце пустой эстетики. Хронотоп переносится в бестелесность, Лишенную времени, места. Остается одна словесность, Скучна и неинтересна. Остается дискурс раздетый – Сцепление в построении Мыслей. И, недопетый, Как согласная у логопеда В кабинете. Мое …
Трассеры вонзаются в пригорок, рваной нитью штопая огонь. Желчью рвёт Луну, сон жёлто-горек. Духом духов придушили… Вонь пробилась в сердце. Вши в шинели. Дух портянок, плоти… Вонь в душе. Горы в горе горбясь, обгорели. Cпишь, в затвор дыша, на калаше…
В голом голосе воздуха мягкого — перелив из пустого в порожнее. Сколько сердцу отмерено тактиков? Стрекоза по стеклу — осторожнее… В паутине непрочного времени синева непорочна — без облачка. Стрекоза — одуванчика семенем. Надорвалась небесная корочка… С голым голосом воздуха мягкого стрекозе по стратегии-тактике из пустого в порожнее — вечное …
1 Луна, пугая полнотой, съедает звёздный свет. Окрест над бездною морской в помине ветра нет… На палубе играют вальс. Невыносимый штиль. Бездвижен вымпел, ни волны во мраке долгих миль. Не ропот вальса — рок скользит в покорности воды под мёртвый саван парусов в преддверии беды. 2 Вверху — лазоревый пожар. …