Какая ты:
Просыпающаяся потоком искры,
Пронизывающим ветром своей чувственности,
Сдержанным наслаждением.
Пока твои чувства пестры,
Не обжигай горечью свои внутренности,
Не обертывай их в бумагу наваждения.
Кто ты:
Падающая на мою планету комета,
Разрывающаяся во мне кричащим оргазмом,
Распадающаяся во мне кусками сомнения.
Не превращая огни в пеплы,
Не покидай меня сразу,
Останься во мне невысыхающим соком времени.
Где мы:
В безнадежности недосказанного, непонятого,
В путающихся мыслях, исчезающих с губ,
В поре твоей, моей, но не нашей любви.
В том, что больше, чем выпито — пролито,
В том, где нет наших рук.
Неужели они существуют, наши с тобой миры?
Что нам делать:
Погрузиться в нас и погружаться в других одновременно?
Разве можно быть вместе в чужих телах, судьбах?
Но разве можно быть рядом
Свободными и не устающиим от бремени,
Не испытывающиими боль от прутьев?
Поражение станет нашей наградой…

Какая ты:
Просыпающаяся потоком искры,
Пронизывающим ветром своей чувственности,
Сдержанным наслаждением.
Пока твои чувства пестры,
Не обжигай горечью свои внутренности,
Не обертывай их в бумагу наваждения.
Кто ты:
Падающая на мою планету комета,
Разрывающаяся во мне кричащим оргазмом,
Распадающаяся во мне кусками сомнения.
Не превращая огни в пеплы,
Не покидай меня сразу,
Останься во мне невысыхающим соком времени.
Где мы:
В безнадежности недосказанного, непонятого,
В путающихся мыслях, исчезающих с губ,
В поре твоей, моей, но не нашей любви.
В том, что больше, чем выпито — пролито,
В том, где нет наших рук.
Неужели они существуют, наши с тобой миры?
Что нам делать:
Погрузиться в нас и погружаться в других одновременно?
Разве можно быть вместе в чужих телах, судьбах?
Но разве можно быть рядом
Свободными и не устающиим от бремени,
Не испытывающиими боль от прутьев?
Поражение станет нашей наградой…