Колбаски по — питерски


Колбаски по — питерски

Эта история произошла несколько лет назад, в один из моих приездов в славный город Санкт – Петербург, но каждый раз, гуляя по Питеру, я вспоминаю тот день с улыбкой.
Стоял ветреный июль. Вечером мы с подругой должны были сесть в поезд и уехать в стольный град Москву, поэтому последний день решили посвятить прогулке по центру Питера и встретится с нашим питерским другом Данькой.
Побродив по набережным и Невскому, изрядно замерзнув и проголодавшись, мы заглянули в маленький ресторанчик с каким-то островным названием, которое сейчас уже и не вспомним…
Ресторанчик, находившийся в полуподвальном помещении, был чистеньким и уютным, с приятным интерьером. Да и цены в меню нас тоже вполне устроили. Там мы и решили встретиться с Данияром и пообедать. Созвонившись и договорившись о месте встречи, мы сели за столик, заказали кофе и, в предвкушении вкусного обеда, стали ждать Даньку.
Минут через тридцать в дверях показался улыбающийся Даня. Подойдя к нашему столику и обменявшись с нами приветствиями, он неуверенно произнес:
— Девчонки… А почему вы решили обедать именно здесь? Давайте, я вас отведу в то место, которое знаю?
— Дань, да брось ты! Симпатичное местечко, меню приличное и цены нормальные! Да и устали мы, с самого утра гуляли… И народа тут нет… Можно спокойно пообщаться… Давай здесь, а? – дружно заныли мы.
В ресторане кроме нас еще сидел задумчиво-печальный мужчина, глотал коньяк и, судя по всему, тосковал. Данька, скептически улыбнулся и сел за столик.
— Ну, смотрите… Мое дело – предложить…
Маленький кореец-официант принес меню и, вежливо отошел в сторонку в ожидании заказа. Мы, пробежав глазами названия, которые вызывали обильное слюноотделение, решили особо не мудрствовать и заказали три разных, незатейливых салата. Ольга на горячее решила съесть куриные крылышки – гриль с острым соусом, а Данька, оглянув подозрительно полупустое помещение ресторана, тихо сказал:
— Я, пожалуй, ограничусь салатом… и пивом… Что-то я не голоден…
Тем временем я, ощущая настойчивый призыв голодного желудка бросить в него что-нибудь съедобное, заказала свинину под каким-то экзотическим соусом с картофелем – фри. Официант принял заказ, кивнул головой и тихо удалился за массивной, деревянной дверью, за которой, судя по всему, находилась святая святых любой пищевой точки – кухня. Минут через тридцать, когда за приятной беседой мы выкурили несколько сигарет и допили остатки остывшего кофе, официант появился, разложил приборы, поставил корзиночку с хлебом и набор со специями и быстро удалился. Прошло еще минут пятнадцать. Есть уже хотелось так, что желудок начало сводить судорогой. Разговор плавно затих. Мы занервничали. Данька сидел с непроницаемым лицом и так внимательно рассматривал совершенно гладкую стену, выкрашенную темно-синей краской, что казалось – там подлинное полотно Босха. Наконец официант принес поднос с двумя салатами, поставил их перед моими друзьями и, обращаясь ко мне и краснея, произнес:
— Извините, пожалуйста.… Но Вашего салата нет… — и протянул меню.
Я судорожно сглотнула слюну и, мельком взглянув на список, заказала другой салат с вопросом:
— А этот салат быстро приготовят? Очень есть хочется…
— Сейчас спрошу, — ответил официант и быстро скрылся за дверью кухни.
Прошло минут десять. Я загрустила. Данька с Ольгой, глядя на мою несчастную физиономию, давились своими салатами. Наконец, не выдержав, Ольга передвинула свою тарелку с половиной недоеденного салата мне под нос, мужественно предложила:
-Ешь, я больше не хочу. У меня еще крылышки будут.
Я, борясь с уже кричащим желудком, для очистки совести спросила:
-Ты точно больше не хочешь?
— Точно! Не волнуйся! – ответила Ольга, отводя глаза в сторону.
Салат бесследно исчез с тарелки в течение тридцати секунд. Но чувство голода не прошло. Тут появился официант и, шаркнув маленькой ножкой, еле слышно произнес:
-Извините, пожалуйста.… Этого салата тоже нет… Может, Вы что-нибудь другое закажете? – и заискивающе заглянул мне в глаза.
— Не нужно больше салата… Принесите горячее… пожалуйста, — еле сдерживаясь, чтобы не заорать, простонала я.
Мы втроем дружно закурили. Мужчина за соседним столиком заинтересованно наблюдал происходящее. В выражении его лица явно наметились положительные изменения. Печали в глазах больше не было. Он пересел на другой стул, чтобы лучше обозревать происходящее, и тоже закурил. Минут двадцать мы сидели в полной тишине. Только из-за барной стойки раздавалось негромкое позвякивание. Барменша от нечего делать, переставляла с места на место бокалы. Я периодически оборачивалась на дверь кухни, но оттуда не доносилось ни звука. Наконец, появился наш долгожданный официант и гордо поставил перед Ольгой тарелку с дымящимися крылышками.
-Приятного аппетита, — пропел он и, развернувшись на каблуках, хотел снова скрыться за дверью.
— Любезный! Мне бы очень хотелось получить свое пиво, — сказал Данька голосом, в котором зазвучали металлические нотки. Маленький кореец резко затормозил, обернулся, тихо ойкнул. Его брови взметнулись вверх, а глаза приобрели европейский разрез.
— Пиво?! Сию секунду! Сейчас будет!
— А что с моей свининой? – простонала я.
— А свинина… — тут он сник, спина его сгорбилась, и он прошептал, еле двигая губами, — Извините, пожалуйста… А свинины нет…
И рысью метнулся к двери. Дверь, закрывшись за ним, жалобно скрипнула.
Я почувствовала, как меня начала затапливать злость. Даже чувство голода стало меньше. Мужчина за соседним столом хрюкнул и стеснительно отвел глаза. Мне стало очень обидно. Ольга сидела и с тоской смотрела на крылышки. Было понятно, что они не лезут ей в горло. Данька начал ковырять пальцем синюю стенку с таким заинтересованным видом, как будто принимал участие в раскопках останков древней Трои. Запах крылышков приводил меня в предобморочное состояние.
Вдруг неожиданно перед столиком возник официант, быстро стукнул бутылкой пива по столу, поставил бокал, сунул мне под нос меню и испарился. Я успела открыть рот, но не успела произнести ни слова. Захлопнув рот, я сглотнула и снова нервно закурила. Данька оторвался от стенки, невозмутимо налил пиво в бокал, подвинул его мне, сам с наслаждением глотнул прямо из горлышка, вздохнул и закрыл глаза.
— Хочешь крылышко? — неуверенно спросила Ольга.
Я крутанула головой, показывая, что не хочу. Бочком из-за кухонной двери появился красный, как рак, официант.
— Вы выбрали? – неестественно бодро выдавил он из себя.
— Скажите, а Вы можете мне показать в меню то, что у вас точно есть?
— У нас есть все! – радостно отрапортовал он.
— Ну, предположим, не все, — ядовито пропела я.
— Кроме тех салатов, что Вы заказали, и свинины, есть все, — уже не так уверенно сказал официант.
— Давайте сделаем так. Вы пойдете на кухню и спросите у повара, что есть точно… А я это «точно» закажу! – почти прокричала я.
— Сейчас спрошу, — промычал кореец и умчался в известном направлении.
Его не было еще минут двадцать. Потом он появился и осторожно приблизился ко мне. Выражение его лица не обещало радостных вестей.
-Так что у вас есть? – угрюмо спросила я.
— Все, — пискнул он.
— Принесите мне крылышки, — уже умоляюще попросила я и засунула в рот корку черного хлеба, пытаясь подавить желание вцепиться ему в горло.
Официант ретировался. Через десять минут он появился бледный, как полотно и, помотав головой из стороны в сторону, тихо всхлипнул. Я поняла, что крылышек тоже нет. Ольга подавилась крылышком и закашлялась.
— Есть жареные колбаски, — обреченно прошептал он.
— Какие колбаски? – озверела я.
— Жареные… — сказал он, сделав шаг в сторону.
— Точно есть? – взвизгнула я.
— Абсолютно! — (еще шаг в сторону кухни).
— Несите! – сказала я тихим, угрожающим голосом, не сулившим ничего хорошего.
Когда, через двадцать минут моего напряженного ожидания, открылась дверь, мы увидели сияющее лицо корейца. Он шел с таким видом, как будто только что выиграл в лотерею виллу на Багамах. Тарелку он нес бережно, как новорожденного младенца, и это только подчеркивало торжественность момента.
— Пожалуйста! – произнес он, поставил тарелку передо мной и выставил вперед ногу с видом триумфатора.
Тарелка была огромной. В центре тарелки лежали две одинокие маленькие, коричневые колбаски, стыдливо прикрытые листиком петрушки. Своим видом они очень напоминали… Ну, сами догадайтесь, что… Мужчина за соседним столиком, делавший в этот момент глоток из чашки с кофе, выплюнул кофе фонтаном и, сунув нос в чашку, дико заржал. Барменша медленно сползла на пол, и из-за барной стойки послышались сдавленные стоны вперемешку с хрюканьем. Ольга заколыхалась в молчаливой истерике, а потом упала лицом в тарелку. А из моих глаз полились слезы. Я смотрела на эти колбаски и тихонько завывала. Глаза официанта стали совершенно круглыми, а на лице появилось выражение ужаса. Он медленно попятился в сторону кухни. Глядя на его паническое отступление, я хихикнула один раз, потом второй… Мой плачь плавно перешел в истерический смех. Один Данька, как истинный петербуржец, сохранял невозмутимый вид. А мое чувство голода испарилось без следа.
Вечером мы прощались с Питером, голодные, но в удивительно хорошем настроении. Больше этого ресторана на Невском нет. А память о нем осталась.
Вот такая, друзья мои, история. Правдивая. Не верите? Честное слово!

0 комментариев

  1. inna_men

    Я обожаю Питер и ужасно скучаю по нему! Вот уже два с половиной года все собираюсь съездить, но не получается… А история эта тогда подарила чудесное настроение! Смеялись мы с друзьями до слез)))

  2. feliks_luknitskiy

    Инна, что мешает визиту в СПБ ? Разумеется, лучше в период Белых Ночей (серелина Мая — средина Июля), когда, помимо красоты известных ансамблей, Невы и дельты, мостов, — силуэты зданий очень впечатляют. Но и в др. не холодное время тоже интересно.
    Феликс.

  3. inna_men

    Мешают проблемы всяческие))) Дом, дети, работа… Да и средства нужно выделить на поездку))) Пока в планах — ноябрь(если все сложится). Знаю, что будет не самая лучшая погода, но… зато у меня в Питере замечательные друзья, которые восполнят недостаток природного тепла)))

  4. feliks_luknitskiy

    С друзьями хорошо везде и в любое время года. Но в Питере всё же интересно побродить (поездить, поплавать) по городу. Для чего Ноябрь — далеко не лучший выбор.
    Инна, обратил внимание,: наша переписка с Вами сегодня восполняет год молчания с обеих сторон (учитывая, что я на Портале с 7 июня 2007 г). Ответный визит (Ваш на мою страницу) будет воспринят с признательностью.

Добавить комментарий