29. ЭТИ НАДОЕДЛИВЫЕ ЗАЯВЫ…
Когда надо — свидетелей преступления и не сыщешь, а как не надо – прямо косяком прут в РОВД заявители всех мастей… Тот на соседа старательно: стучит: «Прошу проверить, на какие шиши он процветает, гадина, а то все вокруг недоедают и почти не бухают, а он жене новое кожаное пальто купил, и своей «шестёрке» — резину новую… Может, ограбил кого-нибудь, — проверьте!»
Отмахнёшься от того — этот тебя уже достаёт, тоже — разоблачает… И кого – самого себя!.. Пишет: «Каюсь в ужасном злодеянии… В позапрошлом году по пьяни забрался через окно в чужую квартиру (улица такая, такие-то дом и квартира), забрал оттуда старый магнитофон и кошелёк с 15-тью долларами, всё тотчас пропил, а теперь – совесть замучила… Ночами не сплю, ворочаюсь, терзаюсь… Хочу наконец-то спать спокойно — арестуйте и судите меня!..» Да арестовать-то недолго, мест в камерах хватит, но только на 80% уверен я, судя по личному опыту, что самооговор это. От жизненных передряг да от потреблённых градусов тронулся мужик мозгами, вот и накручивает на себя придуманное или приснившееся ему преступление, чаще всего — в абсолютной убеждённости, что именно он его и сотворил…
Но есть и другой вариант, много хуже: действительно кража была, и украл — именно он, но тогда, полтора года назад, чтобы не вешать на райотделовские показатели очередного «глухаря», уговорили мы взять её на себя одного из ранее судимых за отбомблённые хаты домушников, снова пойманном на горячем, — ему ведь без разницы, за 8 эпизодов краж пойдёт под суд или за 9, а нам — лишнее раскрытие в актив, вот за курево и кормёжку домушник по нашей просьбе «левую» кражу на себя и берёт… И вот теперь представьте: появляется некое чудо в перьях и гундосит: «Тогда-то именно я украл!» Блин, да ведь за твою вонючую кражу, вкупе с другими, человек уж в «зоне» срок мотает!.. Начни мы по твоей заяве полагающиеся оперативно – розыскные мероприятия проводить — сразу всплывёт, что по данному эпизоду уже есть вошедший в силу судебный приговор, следовательно – налицо судебная ошибка!.. Но если этот эпизод — сфабрикован, то, может, и другие — тоже?, Может, вообще абсолютно невиновного человека осудили?!. А где же тогда были судья, прокурор, следователь и господа — оперуполномоченные уголовного розыска?.. Да уж не массовой ли фальсификацией уголовных дел они все занимаются и по сей день?!. Начнут ворошить старое, копать по-всякому, и неизвестно – что накопают… Так что не надобен угрозыску этот запоздалый самодонос, раньше надо было на самого себя стучать, а нынче — вредно это правосудию!..
Но припёршемуся на «явку с повинной» не скажешь: «Вали отсюда, козёл, со своим покаянием!», поэтому ищешь какие-то отмазки, чтобы от него отделаться, — заговариваешь зубы, обещаешь разобраться в ситуации, досконально проверить фактаж, но при этом — «зайдёте потом, чуть позже…», «сейчас у нас очень много тяжких преступлений — немножко не до вас», «ещё подождите со своим вопросом, месячишко – другой, хорошо?..»
А слишком настырным приходится и грубить, пугать их всячески, типа: «будешь надоедать нам со своими глупостями — участкового на тебя натравлю или на обследование к психиатру направлю… « Чуть ли не в лоб бьёшь человека в ответ на его страстное желание добровольно посадить себя в тюрьму!.. Да что там — «чуть»… Даже и бивал я в лоб таких типчиков – многократно…
И заявы на соседей тоже — почти всегда выеденного яйца не стоит. Либо человек и не шикует вовсе, как его завистливому соседу показалось, либо хоть и шикует, но — на вполне законные, внезапно полученные доходы (скажем – наследство получил, или пошёл в альфонсы к состоятельной старушке). Но допустим наихудшее: действительно человек разбогател преступным путём, — ну и что дальше?.. Что, всем райотделом всё бросить и кинуться выяснять, где и что он хапнул?.. Ни хрена, у нас и других дел — выше крыши, тут дай Бог от очередных, свежесотворённых преступлений как-то отбиться — отчитаться, удержав показатель раскрываемости на должном уровне, а не искать себе новых напастей и не создавать очередные проблемы на ровном месте… Сумел мужик где-то ухватить чуток, да так, чтобы не засветиться и не попасть в поле зрения правоохранительных органов (тогда мы просто вынуждены были бы им заняться) — ну и отлично, живи и радуйся, дядя!.. Мы ж — не против, особенно если очистил ты не какую – нибудь несчастную пенсионерочку – божий одуванчик, а «крутого» богатея, а то и наше бесстыже – вороватое государство, исхитрившись, киданул… И плевать мне на то, что вор не будет сидеть в тюрьме, любого из наших нынешних олигархов возьми – ворюга ещё тот, иначе в наших условиях и не поднялся бы, но их же не сажают, совсем даже наоборот — столпы общества, что ты!.. А раз с ними — так, то почему бы и с этими — не так же… Чем укравший тысячу хуже укравшего миллиард?.. Ничем совершенно!..
Но самый большой массив заяв в РОВД составляют слёзные бумаженции от граждан потерпевших. Того обворовали, этого побили, тех развели как лохов, этих изнасиловали, и все требуют немедленного наказания виновников, мы тоже в принципе — обеими руками за наказание, но ведь по всем зарегистрированным в РОВД преступлениям надо проводить оперативно – розыскные мероприятия, а времени и сил хватает от силы на половину падающего на наши головы объёма работы, вот и отбрехиваемся, отбиваемся руками и ногами… Либо вовсе заяв от потерпевших под каким угодно предлогом не принимаем, либо, приняв, не регистрируем и благополучно кладём себе под задницу, либо, наконец, вынужденно зарегистрировав бумажку, ищём возможности по данному материалу ничего не делать, и поскорее закрыть его с благовидной формулировкой… Диалектика милицейской работы: чем меньше той работы, за которую ты всё же берёшься, тем выше уровень того, что в итоге удаётся сделать, тем краше показатели твоей деятельности в отчётности, тем довольней твоё непосредственное руководство… А иначе – нельзя, не получается иначе, за сто дел возьмёшься — сразу утонешь в бурном потоке, и ни одно из этих дел до успеха не доведёшь…
Но бывают парадоксальные случаи: отобьешься от заявителя — а тут бац — появляется срочная необходимость вынуть из корзины уже выброшенный туда сигнал и немедля пустить его в ход, так что одна из неписанных оперских заповедей: выкидывая что-либо — выкидывай медленно!
Для иллюстрации — конкретный пример. Глухой ночью звонят в дежурку нашего РОВД. Именно в райотдел, а не через 0-2, там-то все звонки регистрируются, а у нас — нет, и появляется возможность при желании схимичить… Так вот, женский голос взволнованно пробубнил в трубку: «Мой сын пришёл только что домой весь в крови… Говорит, что убил человека!.. Приезжайте!..» Дежурный по райотделу, капитан Масик, заслышав такое, только посмеялся про себя…Сынок с кем–то подрался или с лестницы неудачно упал, на рубашку из расквашенного носа накапало, а мамаше со сна померещилось: вся рубашка — в крови убиенного!.. И если с сынулей отношения у неё перед этим сложились не ахти, то вполне ясно, что хватается она за телефон, ментов вызывать: «вяжите сынка – кровопийцу!» На подобную фигню реагировать — райотдел тебя потом засмеёт, ещё и дежурная следственно — оперативная группа, которой пришлось бы выехать на вздорный вызов, финдюлей навешает… Вот почему Масик, пообещав немедленно принять все необходимые меры, с лёгкостью необыкновенной выкинул бумажку, на которой он начал было заносить сведения о звонившей, в полнейшей убеждённости, что мамаша, разобравшись, больше не позвонит.
Она и не позвонила. Но утром ровно в десять с адреса поступил вызов на м о к р у х у. Послали наших, приезжают.. Лежит на диване мужик, кровищи – море, 14 колото- резанных ран, из них две – в области сердца… Рядом – зарёванная тёлка. Оказывается, накануне вечером этот покойник, бывший тогда ещё вполне живым и даже весёлым, ейный сожитель с прошлых майских праздников, между прочим, — после работы притопал к ней не один, а с давним корефаном, уединились они в одной из комнат и начали жрать водку. Хозяюшка, не дождавшись конца застолья, ушла спать. Ночью её разбудили грохот и страшные крики в соседней комнате. Вбежав туда, она увидела, как её хахаль дерётся на кулачках с корешом. Бросилась разнимать их, но лишь сама слегка получила по мозгам, причём драчуны даже вроде бы и примирились на почве общей неприязни к её вмешательству: «Чего суешься в мужские разборки?!» Плюнула она, вернулась в спальню досыпать, уже не обращая внимания ни на какие громкие звуки. Утром проснулась, вошла в соседнюю комнату — а дружок её лежит на диване, окровавленный и уже закоченевший… Вот такая получалась петрушка!..
Долго и нудно пришлось бы искать того неведомого корефана – душегуба, но тут капитан Масик вспомнил о дурацком ночном вызове матери к сыну – убийце. Всем угрозыском бросились искать ту бумажку, на которой дежурный нацарапал координаты звонившей, и — о радость! – выискали её в мешке с мусором, уже собранным райотделовской дежурной из наших мусорных корзин и подготовленным к приезду мусоросборочной машины… Тотчас послали на адрес оперов, и через полчаса коренастый парниша с фингалом пол левым глазом рассказывал в одном из кабинетов угрозыска, как дружка своего старинного по пьяной лавочке замесил беспощадно… Втолковывал он, что жмурик (тогда ещё — живой, естественно) сам первый на него накинулся, и он лишь оборонялся, нанося ответные удары схваченным со стола кухонным ножом. У парниши на торсе тоже нашли две колотые раны, но небольшие, так что на «необходимую оборону» вряд ли потянет. даже и с «превышением» — не тот характер ранений… А навесят на голубя «тяжкие телесные, с последующей смертью пострадавшего», а то и чисто мокруху… Реально от 7 до 15 могут впаять. Что называется — допился!.. И это уж не говоря о том, что одним старым другом у него в итоге стало меньше…
…Другой случай. Один из сексотиков слил мне информацию: давно уже интересующий угрозыск рецидивист Жарковский (погоняло — «Жало») планирует сегодня вечером ломануть хату в районе Фабричной улицы. Хорошая весточка, давно пора закрывать парня, просто повода не было, а теперь Жало сам его нам в руки совал… Устраивать засаду на Фабричной я не стал, — уж больно улица длинная, возле каждого дома по оперу не поставишь, — вместо этого засел в дежурке и стал ждать, когда поступит сигнал о краже в этом районе. Как будет соответствующий вызов — сразу мчим на притон к Роману Берёзе, у которого в последнее время Жало на постоянку кантуется, и либо закрываем Жало с поличным, в случае удачи, либо просто ждём, и, дождавшись, волокём в РОВД и выколачиваем сознанку, эффект неожиданности и стремительности наших действий обязательно сработает, да и из уворованного барахла при нём хоть что-нибудь, но — окажется… Сижу я, значит, жду. Время идёт, а сигнала о краже на улице Фабричной или где-либо по соседству — нет!.. Я уж волноваться начал… В чём курьёзность ситуации?.. Обычно ведь дежурный, заслышав по телефону о совершённой краже, в первую очередь пытается от т е р п и л ы отбиться, убедить его в том, что, скажем, украденное у него — жалкий мизер в сравнении с тем, что было похищено час назад на соседней улице!, и потому – «не морочьте нам головы фигней!» А тут — сидим как на иголках, трясёмся от нетерпения, сами молим, чтоб поскорее поступил вызов… Ведь Жало мог запросто и передумать, не идти сегодня на дело, перевести на другой день, или же провернуть кражонку в соседнем районе, поди лови его потом… Но – дождались, ура!.. Тревожный баритончик заголосил в трубку о вскрытых дверях своего жилища и унесённом ш м а т ь е, боялся пострадавший, что менты лишь посмеются над его тревогами и посоветуют с такой мелочёвкой придти к ним с заявой на следующей неделе, не раньше, пока они освободятся от более важных дел… «Сейчас же выезжаем!» — радостно гаркнул я в трубку, и через 5 минут «уазик» уже мчал нашу группу на адрес к т е р п и л е (дом №23 по Фабричной улице), чтобы проверить – не розыгрыш ли, точно ли хату отбомбили… Ну а потом — на притон к Берёзе, домушника брать за жабры!.. (Пострадавший аж гляделки выкатил от изумления, увидав, что ментуре уже известна личность вора, совершившего у него кражу буквально полчаса назад. «Да, мы всегда именно так оперативно и работаем…» — скромно пояснил я ему. Какой-нибудь американской полиции такая эффективность деятельности, небось, и не снились!)
И полная везуха была нам в тот день, поскольку Жало только – только притащил на адрес к Берёзе мешок с краденным, а тут – дверь с петель, и в притон врывается ищущий вора уголовный розыск!.. Как вспомнишь ошарашенные хари Жала и Берёзы — до сих пор приятно…
