Навеяно творчеством Сутыриной Светланы и
нашим с ней спором.
Дневник человека, решившего
стать свободным.
15октября. Ночь, приёмное отделение.
— Андрей Николаевич, вам стоит на это взглянуть. Это тот, ну из 115, суицидник, час как привезли.
— Его дневник, хорошо, хорошо. Оля, собери всех в ординаторской. Я прочту вслух. Здесь чуть больше страницы.
Полчаса спустя.
Здравствуйте коллеги, думаю вам будет интересно. Первый такой случай в моей практике. Ну так я начну, с вашего разрешения:
Страницы до этого вырваны.
29 сентября. Ночь.
Вторую неделю не выхожу на работу. Бродя по квартире наткнулся на телефон – никто не звонил. Мучает память. Ещё месяц назад я жил обыкновенной жизнью: с утра на работу, вечером к девушке; на выходных с друзьями в клуб или биллиардную. Подошёл к зеркалу: небритое лицо, стеклянный взгляд, кое-где седые волосы… А ведь мне 25! Всё началось с того, что я устал. Мне надоело подчиняться, надоело быть подданным.
2 октября. 5 часов утра.
Второй день не могу уснуть. Почти ничего не ем, кажется стакана воды достаточно, чтобы утолить голод. Выходил на улицу, чтобы купить сигарет и что-нибудь из еды. Не дойдя до магазина вернулся. Вчера звонила Маша. Она плакала, а я молчал. Сказал, что люблю и она повесила трубку. Странно, я неделю ни с кем не разговаривал, а после Машиного звонка мне не хватает общения. Нет, нельзя зависеть ни от чего и ни от кого, надо выключить телефон. Всю ночь бредил воспоминаниями. Слышал как мама звала меня домой: «Виктор, ужин на столе, уже поздно». Попытался ответить, но заплакал. Как трудно быть свободным. Но я смогу. Я сильный.
5 октября Ночь.
Вчера весь день рвало, поднялась температура. Заходила соседка, я не открыл. Они все там за дверью злые. Они хотят заставить меня зависеть от них. Они враги. Заставил себя поесть. Съел немного, но наелся. Потом сидел и пялился в окно. Решил, что завтра выброшу фотоальбомы, стихи, письма.
6 октября. Ночь
Письма и фотографии выкинул, стихи не стал. Я ведь от них не завишу. Ненавижу время. Ненавижу ждать. Ненавижу двери. Зачем их придумали? Опять сидел и смотрел в окно. Не заметил как стемнело. Сел за стол, писать в дневник. Не понимаю за чем и для кого я это делаю. Пусть будет. Чувствую слабость. Постараюсь уснуть.
8 октября.
Не понимаю день или ночь. Дождь.
Сегодня должен быть мой день рождения. Опять память, ненавижу её. Почти не ем. Вчера опять плакал. Пытался открыть дверь, потом сел около окна и что-то пел.
9 октября.
Первый день чувствую себя лучше. С утра выпил полстакана воды и утолил голод. Пытался вспомнить свою первую учительницу, так для интереса, не получилось. Потом день рожденья мамы, тоже не вспомнил. Не уж то скоро я стану свободным. Память отстала. Общаться не хочу. Надо перестать есть и пить. И я стану счастливым.
11 окт.
Ничего не вышло. Я себя ненавижу. Опять память, двери, голод. Поднялась температура, опять рвало. Начинаю плохо видеть. Нет, всё ерунда. Вчера смеялся, когда порезал руки об осколки зеркала. Боль это приятно. Завтра стану свободным… или послезавтра.
Ночь.
Вспоминал как с отцом катались на коньках. Почему-то вспомнил вкус мороженого.
Опять дождь.
Соседи стучатся и звонят. То не чувствую ничего, то хочется смеяться. Нашёл бельевую верёвку, решил больше не ждать, когда стану свободным, сам себя им сделаю. Опять вспоминал маму и папу. Вчера видел их в коридоре, они смеялись. Трудно ходить. Совсем плохо вижу, хотя маму и папу видел хорошо. Больше не буду писать в дневник, трудно и ничего не видно. Сегодня резал руки и ноги зеркалом. Надо идти… буду свободным….
Дальше страница порвана, потом чистые листы.
— Ну как вам коллеги, впечатляет? Я в шоке. Ну… всё наверно… продолжайте работать.
— Андрей Николаевич, с вами всё нормально?
— Что? Да, да, всё нормально. Оля идите работать.
25 октября. Ординаторская. Ночь.
— Ирина Сергеевна, Андрей Николаевич, уже больше не дели не выходит на работу. Ему кто-нибудь звонил?
— Да, но телефон отключен, а жена с детьми, у матери в деревне, до неё не дозвониться. Не волнуйтесь, может, приболел или уехал куда-нибудь.
Час спустя. Ординаторская.
— Ирина Сергеевна! Кто-нибудь! Быстрей! Быстрее же!
— Оля, успокойся! Что случилось?
— Там…! Привезли…! Быстрее!
— Тише Оленька. Что такое?
— Андрея Николаевича привезли. Суицид…
Чирков А.
05.01.2005г.