На кухне царила семейная идиллия. Наша мама стряпала что-то вкусненькое, дочь, забравшись с ногами на стул, щебетала о своих планах на завтрашний день. Идиллию явно нарушали торчащие из окон игрушечного домика, стоявшего на обеденном столе возле дочери, глаза с огромными ресницами неизвестного мне шевелящего существа.
— Что, проголодались? — услышал я знакомый голос жены. Хотя интонация вопроса и не подразумевала какого-либо ответа, я все же произнес:
— Лишь бы не проглотить по запарке кого-нибудь.
— Кого же это ты собрался глотать? — практически одновременно в два голоса услышал я встречный вопрос.
Я почувствовал на себе вопросительно- подозрительный перекрестный взгляд двух дам своего семейства.
— Да мало ли — произнес я.
Я был явно не готов к продолжению этого разговора и занял выжидательную позицию.
Тем временем, неопознанное и неизвестное мне создание вылезло из коробки, и принялось нагло прогуливаться по нашему столу, пытаясь заглянуть в каждую посудину, попадающуюся на его пути. Ко всему прочему эта наглая букашка почему-то еще и пыталась откусить от посуды кусочек, явно демонстрируя свою агрессивность и желание чего-нибудь пожевать. Как я понял, пожевать оно было готово все, что жуется. Дочь любовно провожала взглядом сие движущееся чудо.
Я был в полной растерянности. Что делать дальше, как начать разговор о нашем новом соседе я не знал.
— Мам, а у меня появился новый друг — дочь решила самостоятельно провести процедуру знакомства.
— Мальчик или девочка? — поинтересовалась мама.
— Я думаю мальчик — ответила дочь.
— Что значит, я думаю? — удивилась мама.
— Так он же еще очень маленький, да и голышом я его еще подробно не рассматривала — искренне удивилась дочь.
— Значит совсем еще маленькая лялька — понимающе ответила мама. Что же ты не поинтересовалась у мамы с папой, кто у них — мальчик или девочка.
— Ну, папы у него нет, а его мама это я — спокойно заметила дочь.
Раздался грохот падающей чашки выпавшей из рук жены.
Последовала минутная пауза, затем взгляд жены медленно стал перемещаться от меня к дочери и обратно.
— В чем дело? Какая мама?
— Я здесь не причем — ответил я.
Это только усложнило ситуацию.
— Что значит не причем? Значит ты в курсе? Что за ребенка нашла дочь, где он, почему я ничего не знаю? Вопросы сыпались один за другим. Я несколько растерялся поначалу и рефлекторно указал рукой на стол. Эффект последовал незамедлительно. Самым неожиданным образом в руках жены оказалась хлопушка для мух. По столу было произведено несколько целенаправленных очередей — хлопков по движущейся мишени.
— Допрыгался — подумал я, — вряд ли ему удалось выжить.
— Мама, мамочка, это же мой друг — раздался голос дочери, полный слез и ужаса.
Наша мама непонимающим взглядом смотрела на дочь.
— Какой друг? Ты о чем? Там же таракан по столу полз. Но дочь уже ничего не слышала. Она бросилась к столу в поисках останков своего недавнего друга. Увы, от него не осталось даже мокрого места.
— Мама, как же ты могла! Ты же убила его! Мама! Что ты наделала!
Горю дочери не было границ. Я прекрасно ее понимал. Вот только недавно сбылась ее мечта и вот … Я лихорадочно соображал, что же предпринят. Жена сама уже готова была вот-вот разрыдаться.
— Предлагаю перемирие — раздался знакомый мне скрипучий голос. И возле сахарницы задвигалась зубочистка с прикрепленной на конце кусочком белой салфетки.
Для дочери это были минуты счастья, для жены — время ужасов.
Жена растерянно опустилась на стул. После продолжительного молчания она спросила:
— Это что со мной разговаривает
— А что не видно — ехидно переспросил Фам.
Лицо жены побледнело и тело медленно стало клониться на бок. Мне удалось вовремя его подхватить. И только я собрался отнести нашу маму на кровать, как она пришла в себя.
— Что со мной? Мерещится всякое.
— Я ведь и обидеться могу? — снова раздался хриплый голос.
— Что значит, мерещится. Я пока еще живой. Кстати, ни на кого не покушаюсь, как некоторые. Не хватало еще разборок в моем доме — подумал я.
— Так, хватит базара. Все слушаем меня — решительным голосом произнес я.
— И меня — добавила дочь, явно не желая быть в тени всей этой истории.
— Хорошо, ответил я. Давай, объясни маме откуда взялся этот живоговорящий шедевр. Дочь собственно пересказала все то, что я слышал несколько минут назад. Не скажу, что нас убедил рассказ дочери о происхождении данного субъекта, но выбор был не большой.
— Ну что ж, наконец успокоившись, но явно не удовлетворившись рассказом дочери и подозрительно посматривая на меня, сказала жена.
— Под вашу с папой ответственность, пусть пока поживет.
— Но чтобы под руки и ноги не лез, — уже грозным голосом не подразумевающий возражения добавила жена уже специально для Фама.
— Подумаешь, очень надо — тут же последовал обидчивым голосом встречный ответ.
— На том и порешили, — быстро добавил я, не дав развернуться дискуссии переходящей в выяснение отношений.
— Дочь, бери домик, Фама и идите играть в свою комнату.
— Что значит в свою комнату, а обещанный чай — не унимался Фам.
Я совсем забыл о причине нашего визита на кухню.
— По всей видимости, мирным путем все это не закончится — подумал я.
Но к моему удивлению я услышал спокойный голос жены
— Чай, так чай, но некоторые чай будут пить в своем домике.
— Это почему же — возмутился Фам.
— Потому что — убедительно парировала жена.
Фам медленно поковылял в свой кукольный замок. Дочь была на седьмом небе от счастья. Наконец то она познакомила своего друга с мамой и папой.
— Вот что значит вовремя не завести братика — подумалось мне.
— Дочери нужен братик — подумала жена.
— Фама пора укладывать спать — подумала дочь.
Один только Фам ничего не подумал. Сытый и довольный он уже давно спал крепким фамовским сном в своем картонном замке.