***
Когда понимаешь бессмысленность жизни,
То всё остальное становится скучным.
С усмешкой глядишь на капризы капризных,
На шустрость худых, на беспомощность тучных,
На жадность богатых, на жалобы бедных,
На мудрость учёных, на неучей глупость,
На тщетность усилий, потуг наших бренных,
На войн бесконечных безмолвные трупы.
Когда понимаешь, что счастье условно,
Что всё относительно и переменно,
Бессильным становится вещее слово,
Реальностью – огненность адской геенны.
Привычным становится видеть страданья,
Отчаянье, боль – и свои, и чужие,
Бросаться в запои, являть состраданье,
И прятаться в страхе за творческой жизнью.
Как жить продолжать с этим горестным знаньем,
Как верить, любить, заниматься делами?
Не проще ль проститься навек с мирозданьем,
Шагнуть добровольно в смертельное пламя?!
Душевные силы черпаем из детства,
Из ласк материнских, из сердца любимых,
Искусства, природы…, но некуда деться
От мыслей пришедших и неотвратимых.
4.22.2002
У К. Чапека есть рассказ «Эксперимент профессора Роусса», где профессор блестяще раскрывает преступление простоватого малого, который выдаёт себя ассоциациями
«Спрятать-Зарыть», «Тряпка-Мешок», «Сад-Забор»
Труп оказывается в зарытым у забора в мешке. Но когда ему попадается репортёр, получается что-то типа:
«рука-дружественная рука помощи, в руках администрации — бразды правления, загребать жар чужими руками; яд-напоенный ядом, отравление колодца, ядовитая речь»… Набор слов богатейший, но о человеке-то он не рассказывает ничего, кроме точного указания на профессию.
И здесь не стихотворение, а сборник парадоксальных афоризмов и устойчивых определений:
«жизнь — бессмысленность, скука», «худой — шустрый, тучный — беспомощный», «на мудрость учёных, на неучей глупость»
Это даже не образы, а стандарты.
«Вот яблоко. Оно красивои кругло. Растёт на яблоне. Его можно есть, когда оно зрелое. Незрелые яблоки очень кислые, а зрелые — сладкие… И т.д.» Трупы безмолвные, усилия тщетные, пламя смертельное, жизнь творческая, силы душевные, мысли неотвратимые… А Ленин — только «завещал» и «Великий». А ударник — исключительно коммунистического труда.
Информативность стихотворения на нуле, эмоциональность — как у передовицы…
Странно видеть такое на странице серьёзного конкурса…
Если бы этот стих проходил через горнило аналитической команды. — он бы не прошел — однозначно.
Особенно порадовала рифма «страданье-состраданье».