Необычное…
По батареям ночь стучит. Сгорела свечка восковая. И что-то ухо холодит. Метель ревет. Сегодня — злая. Идет ОНА куда-то прочь. Тоска идет за ней шагами. Сменяет утро МОЮ ночь. А кто она — решайте сами!
По батареям ночь стучит. Сгорела свечка восковая. И что-то ухо холодит. Метель ревет. Сегодня — злая. Идет ОНА куда-то прочь. Тоска идет за ней шагами. Сменяет утро МОЮ ночь. А кто она — решайте сами!
Кривясь, улыбки падали на стол… Давясь слезами, я их собирала. И в каменные лица, лет на сто, С размаху безошибочно швыряла! Вокруг сидели, больше, чем враги! Их смех подобен лаю был гиены. Я протянула две свои ноги, Вскрыв на руках мерцающие вены! Все расступились, образуя вдруг, Какое-то подобие простора, Возник, …
Она очень часто влюблялясь. В смысле – любила. То есть – занималась сексом. Нет, все-таки, наверное, любила. Уже запутался… Лучше начнем еще раз, попроще… Она очень часто поддавалась тому прекрасному весеннему чувству, когда ноги несут тебя неизвестно куда прямо в объятия неизвестно кого. Что-то не то…зайдем с другого бока. Она …
Он гулял по бесконечным изумрудным полям для гольфа. Делая вид, что местный. То есть – гольфер. В почти белых носках. С понимающим взглядом, мудро блужающим по загадочно кривым лужайкам и коварно притаившимся лункам. Когда он увидел ее спортивную фигуру, напряженно склоненную над беззащитным пластиковым мячиком, то понял, что это любовь. …
В ручье вода иссыхает, В теле моем душа погибает От жизни такой… Но я не хочу быть другой. Не хочу подстраиваться под других Людей, под таких наглых и злых. Но мне и так одной здесь плохо. Я будто маленькая кроха На огромном столе… Меня сметут… Никто не поможет мне. Но …
Я казацкого роду и племени, Я из племени бунтарей,- порождение смутного времени, и раздольных донских степей. Я из края, где кочет горластый звонким криком встречает восход, из земель, где лихой и скуластый, вольной волей, живущий народ. Дальний предок царям непокорный, приумножил российскую ширь, он не чаял о славе придворной, покоряя …
Мудрость гения не пропадает бесследно. В назиданье потомкам заметил мудрец, Что учение без размышления вредно, Чтоб этот опыт применяли, наконец. Он глядел сквозь века, понимая прекрасно, Как, однако, без ученья размышление опасно.
Мудрость гения не пропадает бесследно. В назиданье потомкам заметил мудрец, Что учение без размышления вредно, Чтоб этот опыт применяли, наконец. Он глядел сквозь века, понимая прекрасно, Как, однако, без ученья размышление опасно.
Мудрость гения не пропадает бесследно. В назиданье потомкам заметил мудрец, Что учение без размышления вредно, Чтоб этот опыт применяли, наконец. Он глядел сквозь века, понимая прекрасно, Как, однако, без ученья размышление опасно.
Мудрость гения не пропадает бесследно. В назиданье потомкам заметил мудрец, Что учение без размышления вредно, Чтобы об этом знал каждый юнец. Он глядел сквозь века, понимая прекрасно, Как, однако, без ученья размышление опасно.