Фифа

Ленка так стремилась навстречу своей гибельной любви, что совсем потеряла голову. Сначала на работе добродушно посмеивались:
— Смотри, что делается, завгар сам машинку таскает и в ремонт и обратно.
— Он и машинистку регулярно в Вюнсдорф возит… и обратно.
Потом стали сторониться. У Ленки уже не собирались коллеги, а посматривали отчужденно или с осуждением.
У Сергея была и без того некрепкая семья. Татьяна была единственной дочерью хорошо обеспеченных родителей. Сергей после института и армии служил в милиции, жилья своего не имел, зарплата небольшая. Мать его жила в захудалой избушке, которую и домом-то трудно назвать и без конца выходила замуж. Репутация у семьи была неважная. Собираясь по праздникам, родня Сергея любила пображничать и поплясать под гармонь. Сергей вместе с двоюродными братьями и дядьями с юных лет, почти с детства участвовал в пьяных оргиях. Мужчины и мальчишки садились вокруг чана с брагой, и пили ковшами. Пили без меры. А случалась драка, то с топорами. Отношения с женщинами тоже выстраивались в основном по сеновалам.
Татьяна была девушкой другого круга. За ее красотой, женственностью и культурой и потянулся Сергей. Татьянины родители приняли зятя враждебно. В девчонках Татьяна была настоящей куклой. Но после рождения сына сразу и навсегда стала теткой. Она была толстушкой с короткой шеей и жидехонькими волосами.
Домом она не занималась не потому, что не хотела, а просто не успевала. Отчасти из-за работы. Она преподавала в школе русский язык и литературу. Отчасти, была неразворотлива , не приучена вкалывать, набалована родителями.
Сергей ездил в командировки без еды и без денег. Дениска, если приходил к отцу на работу, то грязный и неухоженный от макушки до пят.
Все это выяснялось постепенно, как и то, что Сергей пил. И не просто, как ленкин Андрей, часто и не в меру. Сергей пил запоями. Может, от этого еще и не поднимались ни на что руки у Татьяны.
Все это Ленка понимала умом, но с сердцем не могла справиться. Гнала от себя любые мысли, которые подсказывала ей совесть. Она, как безумная стремилась постоянно видеть его, говорить с ним, жалеть, лечить. На все была готова. Своя семья снова отступила на второй план.
Тамара и Нина убеждали ее, что надо успокоиться. Он скоро уедет, надо забыть. Нина не воспользовалась предоставленной ей свободой действий, и смотрела на Андрея издалека. Зачем такие сложности, когда и без того она вся увязла в романах. Ее вообще ничего глубоко не затрагивало. Ее огромные , красивые глаза часто отталкивали откровенным цинизмом или вульгарностью.
Тамара была другой. Она Ленку жалела. Сама она вышла замуж по большой любви, все прощала Николаю и терпела его крутой нрав, ревность, пьянство и побои. Она испытала и любовь, и страсть, и горе сполна.
В общем, Ленка, против своей воли, создала вокруг себя обстановку совсем иную, чем прежде. Среди подруг создалось какое-то напряжение. Нина не скрывала свою неприязнь. Тамара боялась, чтобы все это не кончилось громким «бахом». Слухи даже не поползли, а стремительно помчались впереди Ленки. На работе от нее постепенно отвернулись все. Здоровались сдержанно, без прежней приветливости. Говорили сухо. Ленка тяжело это переживала.
Не верил ни во что один Витя Шульгин, он продолжал часто заходить, но никогда не докучал. Тамара говорила, что он в Ленку тайно влюблен, а для нее Витя был просто хорошим другом. Но Ленка предала и его, когда он заменялся в Союз. Кроме паспортов она бронировала всем служащим железнодорожные билеты. Летом , как обычно, с билетами напряженка. Витя уезжал совсем, а Сергей в отпуск. Но билеты, которые по совести были положены Вите, Ленка выписала для семьи Сергея. Витя столько раз утешал и выручал ее в трудную минуту, а сам обратился к ней единственный раз. И пришлось ему сидеть с семьей на вокзале и торчать у кассы. Кто переезжал, хоть раз в жизни, тот знает, как у нас все продумано на любом виде транспорта, чтоб замучить людей.
Совесть терзала Ленку, но она стала, как зомби. Любовь ее трансформировалась в безудержную страсть, а затем просто в какое-то сумасшествие. Иначе не назовешь.
Витя даже взглядом не упрекнул ее, скромно простился и ушел. Последний из тех, кто хорошо к ней относился.

…

Однажды к Ленке, где уже с утра торчала Нина, отчитываясь о своих
похождениях, зашла Тамара, села посреди кабинета, опустила руки.
— Что, Тома, что с тобой?!
— Все девчонки, не могу больше. Сделайте что-нибудь. Моя жизнь в
ваших руках – говорила она тихо , но прозвучало это, как гром среди ясного неба.
— Все! Ты сегодня же переезжаешь к нам, поняла?
— Он везде найдет меня. Не даст он мне жить.
В Ленкином мозгу застучало, как сигнал к действию: «Моя жизнь в ваших руках».
— Надо что-то делать. Говори, Тома, ну не молчи, чем еще помочь? Ты собиралась к его начальству сходить, была?
— Была.
— И что?
— Пишите, говорит, заявление.
— Ну?
— Не могу я сама на него написать.
— Во дела. Он ее убить грозится, а она не может написать. Хочешь, я напишу, мне все равно, я ему ничего не должна?
— Как хочешь, только мне уже одной не справиться с ним. Озверел совсем.
Выглядела Тома неважно, под глазами круги от постоянных бессонных ночей,
отеки на веках. Ее прекрасные бархатные карие глаза потускнели, и вся она как-то сникла. Причина на самом деле была проста. Тамара была не просто симпатичной женщиной, но и очень хорошим человеком. Она притягивала людей своей внутренней красотой. В свои тридцать четыре года она выглядела безупречно. На нее было приятно смотреть, с ней хотелось общаться.
Коля был старше на 15 лет. Почувствовав, что силы уже не те, он просто испугался, что жена найдет себе утеху на стороне. Женился он на Тамаре тоже по большой любви, от этого и свихнулся. Честнее Тамары найти невозможно, но он все время что-то подозревал, страдал сам и терзал всю семью.
Зашел поздороваться, как обычно, Сергей. По его глазам было видно, что он удивлен состоянием Тамары и очень жалеет ее. Понемногу она рассказала про вчерашний скандал. И тут же коллективно было принято решение, что сегодня Сергей пойдет с ними, одним не справиться. Тамара и дети переезжают к Лене. А чтобы не преследовал и детей не пугал – начальство должно быть в курсе – пусть его пропесочат.
Ах, какие умники! «Чужую беду, рукой отведу».
Нина благоразумно помалкивала. Глупая Ленка горячилась больше всех. Андрей давно дал добро на то, чтобы Тамара с детьми пожила у них, но советовал Ленке не бежать впереди паровоза.
— Они муж и жена, что ты за них их проблемы решаешь, разберутся. Смотри, еще
виноватой останешься.
Ленка ничего не боялась, осторожничать она не умела. Тамару и детей надо было спасать, и она ринулась своей глупой головой на амбразуру.
Начальник госпиталя выслушал ленкин сбивчивый рассказ, посочувствовал и вручил ручку и бумагу. Ленка заколебалась на минуту.
— Но поймите, без письменного заявления я не имею права вмешиваться в чужую
семейную жизнь. Я не смогу помочь вашей подруге.
«Моя жизнь в ваших руках» эхом отдалось в возбужденном ленкином мозгу. И
Ленка решилась. Это была первая серьезная ошибка, повлекшая за собой целый ряд проблем и неприятностей в Тамариной семье. Ленка оказала лучшей подруге медвежью услугу, о которой будет всю жизнь помнить и жалеть.

… ( продолжение следует)