Я больше не могу смотреть,
Как сфинкс седоголовый
безжизненный на улице лежит,
и солнца медь
его объём слоновый
в беспомощный высвечивает стыд.
Его не взять домой
прирученной собакой,
я больше не могу смотреть,
как он, — такой большой, —
уже не может плакать,
сужая состояние терпеть.
Что сделаешь, когда
бессилие сильнее
возможности? —
Растянешься тоской.
Холодная вода
гуляет по аллее,
где сфинкс один лежит,
безжалостный и мой.