Тихо сам с собою 2 (или Душа, Разум и Дух )

Душа села и заплакала.
— Не плачь, — сказал ее друг разум, присев рядом. – Позже тебе будет очень стыдно за свою слабость.
— Не будет
— Почему?
— Потому что мне сейчас не стыдно. Я ничего больше не хочу, никуда не хочу идти, ничего не хочу делать.
— Да, ты устала. Я во всем соглашался с тобой, только действительность от этого не изменилась. Я тоже не вижу выхода. Не плачь, а то и я заплачу вместе с тобой. А мне нельзя, ведь я мужчина, я твой защитник, как я буду смотреться со стороны?
— С какой стороны? О чем ты переживаешь! На нас никто и не смотрит, мы с тобой одни, ты еще не заметил?
— В тебе говорит обида..
— На что? На кого? Во мне нет обиды, мне не на кого обижаться, просто во мне нет веры. Я пыталась! Я изо всех сил верила, что есть выход, что можно изменить ход событий.. но все не так, это просто мои глупые предположения и догадки.
— Не говори так, возможно, мы с тобой уже близко, и за тем поворотом то, к чему мы с тобой стремились..
— Нет, там тоже ничего нет. Все бессмысленно.
— Ну что ты?! Мы же с тобой вдвоем уже нашли истину в том, что любовь живет в нас. Нужно просто позволить ей проявлять себя…
— Да, она живет, если она, проявляясь, — принимается. Но, если она не нужна, выбрасывается словно дешевка. Я больше не хочу, и не могу… мне ни в чем не найти утешения, ведь все-равно я возвращаюсь к тому с чего начала, к тому от чего не уйти. Мне бы впасть в оцепение, как земля и все живое впадает в зимнюю спячку, но я не могу. У нас другие ритмы и законы. Я не подчиняюсь временам года. Я не могу найти радость в детях, как другие женщины — жить жизнью ребенка, очень скоро я стану для него обузой. Я знаю, что ребенок это дитя любви и не могу рожать детей в нелюбви. Они будут еще более несчастны, чем я.
— Ну что ты заладила любовь да любовь. У нас с тобой еще столько не сделанных дел не увиденных мест. И английский мы с тобой еще не выучили, и столько интересных книг еще не прочли, и море мы с тобой еще не видели!
— Море.. да, я хочу на море. Нет! Не на море, я хочу увидеть грозу! Первую майскую грозу, когда воздух накален до предела, земля горит жаром. Чтобы тучи опускались низко-низко задевая своим дыханием верхушки сосен, елей, берез. А вдалеке чуть слышно раздавались раскаты грома, будто дыхание мужчины. А потом разразилась гроза. Молнии друг за другом впивались в тело земли… а я? Я радовалась бы за землю, ведь она ждала этого так долго. Целый год.
— Да, ты уже большая. Не та маленькая девочка, какой я помню тебя. Ты всему удивлялась легко увлекалась. Стоило тебе показать что-нибудь невиданное и тебя было уже не оторвать. И книги читала в запой, а сейчас и несколько страниц не хочешь прочесть.
— Не могу. Это чужая жизнь. Я больше не могу жить чужой жизнью, ощущать чужие чувства, думать чужие мысли.
— Ну хочешь, давай сделаем то, что я тебе не позволяю и не важно чем все это закончится, хочешь?
— Нет. Мы не можем, ты же сам все знаешь … мы этого тоже не можем сделать, нужно чтобы все нам позволили, иначе сказать: позволила сама жизнь. – Разум не выдержал и из его глаз тоже полились слезы.

В это время, в больнице, врачи не могли поставить диагноз прибывшей пациентке. Температура не спадала, жизнь в теле поддерживали капельницы.
Неизвестно что бы дальше произошло, если бы к этой парочке, что потеряла всяческую веру и надежду, не пришел дух.
— Ну, чего расселись? Думаете, за вас кто-то будет ноги передвигать?
— А какой толк в том, что мы их передвигаем? Все одно без толку, – безразлично произнесла душа.
-Лягушка та, которая в кувшин попала, — билась и смогла выбраться! А вы чего лапки опустили? – Разум не выдержал:
— Лягушке хорошо, у нее в кувшине сметана была, а нам воды похоже налили. Бей, бей — не собьешь.
— А нечего стучаться в закрытые двери, коли не открываются, значит не для вас, – сказал дух, улыбнулся и, чуть смягчившись, добавил: — или рано еще… – Разум с душой переглянулись, улыбнулись и взявшись за руки поднялись в дорогу.

Врачи так и не разобрались в причине болезни и на следующий же день отправили девушку домой. Выздоровление пришло так же неожиданно, как и болезнь.