Он там

Два лагеря назвали Рай и Ад.
И там и cям – безвольно бродят души.
И делают не то, чего хотят,
А что прикажут – тихо и послушно.

Теперь я знаю почему «рабы»
Мы Божьи – подавленье всякой воли.
Там счастья нет и силы для борьбы…
Там так же нет телесных мук и боли.

Там лагерь разделяет полоса,
На ней застыли серые фигуры –
Безмолвие, не слышны голоса
Там тишина, безвременье и хмуро…

Там старый, очень дряхлый человек
Блуждает, неприкаянный, меж ними.
Он одинок уж миллиарды лет,
Вокруг него безмолвная пустыня…

Он так устал. Он выбился из сил.
Ему бы собеседника, любого…
Но, сколько бы столетий не прожил –
Он помнит неудачу с первой пробой.

Обижен на людской продажный род,
Всё бродит по пескам, наверно ищет
И ждёт того, кто первым позовёт,
С собой, в жилое, шумное жилище.