Почтовый ящик Времени — Стена.
Сам Бог, лишённый отпуска и сна,
не уставая, извлекает строки
из прорезей, избороздивших камень,
на языках написанные всяких.
Мои — на русском: «Будь ко мне жестоким —
мне лучше знать, как я исполнил гаммы,
и где мне быть, когда судьба иссякнет»…
Ответ:
«Я получил твоё письмо, дитя.
Коль пишешь ты всерьёз, а не шутя,
письмом отвечу, избегая правил, —
не спрашивай, как я его отправил.
Ты просишь, чтобы я тебя судил
по мерке, но твоей, а не небесной.
Но ты уверен, что хватало сил,
и голоса, и слуха, чтобы песни,
которые ты выбрал для себя,
исполнить мог возвышенно и чисто?
Твоя «провинность», по всему судя,
что ноты брал не в заданном регистре.
Я не могу считать это виной —
в том крыльев нет, кто не мечтал о крыльях.
И что бы вы без дерзости открыли,
всё время прячась за моей спиной.
Живи и пой, покуда в сердце свет.
И вот тебе ещё один совет —
не торопись оборотиться сажей.
Я суд вершу. Но есть и суд присяжных —
он смертным неизвестен, он иной,
и то, что я не посчитал виной,
он по-другому, мнение учтя
твоё, оценит, и твоя мечта
осуществится. Но пока, в дорогу —
твори. Жду писем.
Адрес тот же: Богу».
