I.
Я напишу тебя сначала –
с азов, с низов, с грудных басов
младенческих, когда качала
в ладонях, отдавая сок
костей своих, зубовный кальций,
я сочиню тебя с азов,
азовским морем, белым камнем
и холодом. Любви позор
я насмотрю в твои глазницы,
пусть вьются виноградом сны –
продлись, пока не растворится
последнее виденье, с ним
исчезнет ложь, пустая маска –
из дырки усики торчат,
а ты останешься не ска – зка – ска –
жить останешься с начал –
абвгд…и т.д.
II.
Абвгдеты – а?
Обыскала город по улицам,
косточкам по перебрала,
призраком, фатою рисуется
легкою морганой в листве
медленной ноябрьской полуденной
образ твой сквозь небо и твердь
легче проступающий лужами
ртутными. Давай отдохнем,
друг, от друга? Экая каверза:
я не вижу нас да вдвоем,
мне мы только грезимся, кажемся…
Милый мой удодик, удод
(нос заложен, вот и не высказать
ртом, который полон водой
темною донской с бледной искрою
в каждой набегающей). Дрожь
ненависти? нежности? холода?
Сумрачно и капает дождь
водный мокрый в мокрую воду да –
капает, шуршит, моросит
суетно, и что я ни выдумай –
кажется, слегка он косит,
тоже, значит, бедный не видит нас.
Может, нас и не было здесь?
Абвгдемы засунулись?
Не было. Мы – в абвгде.
Глупо было шарить по улицам.
III.
Абвгдеты – бэ?
вэгэдэеты? – я
буквами плакала по тебе,
щеки чернильные, все края
кляксами, кляксами – по листам
дерева плакала, пла – ка – ла,
слезы расставила по местам,
будешь читать по ним, как жила:
плакала, буквами, берегла
каждую, будто бы оберег,
каждую букву, как будто глаз
третий, всевидящий глаз – тире –
Божий, раздавшийся из небес.
Пей! Отчего ты с лица не пьешь? –
Буквами плакала по тебе,
вот тебе целая – Книга Слез.
