Работа, карьера… вечерний мартини…
Рутина… а личная жизнь — «на потом».
И тонем по собственной воле в трясине:
Работа, карьера, мартини… и дом…
На чашке кофейной губная помада,
Бальзаковский томик упал на ковёр…
Здесь всё как обычно… убраться бы надо…
И, старый как мир, надоедливый спор:
Одна говорит: «Нет, мне нужен не всякий!
Мне нужен такой, чтоб гордиться собой.»
Другая в ответ: «Пусть хотя бы собака,
Но только бы в доме был кто-то живой!»
Бальзаковский возраст… шагреневой кожей
Сжимается женский, не долгий наш век.
Ах, сколько мы знаем! Ах, сколько мы можем!
Ну где ты, любимый?! Родной человек.
