Как привычно сжирают чернила волокна бумаги,
Как нежны и улыбчивы авиа-раны на небе
В день, когда одиночество всюду развесило флаги,
Предлагая отпраздновать пятницу водкой и хлебом…
И нельзя не принять этот липкий непрошеный праздник,
Что мерцает в ладони пластмассовой сказочной мышью —
Он подарен мне кем-то не сверху, не снизу, но сразу
Сквозь молчание газовых плит заставляет услышать
Тихий хохот дверей, закрываемых одновременно
В предвкушении странного пляса по шторам и стенам
Всех теней, что я выпустил из пережитых мгновений —
Неприветливо важных и угрожающе второстепенных…
Я пытаюсь спугнуть откровенностью первого слова
Беспощадного зверя в своих перепуганных клетках,
Он сильнее чем стая, сильнее чем свора, он словно
Одиночество скрытое слипшимся гипсовым веком…
Познавая себя в ежедневном уходе от сути,
Возводящем безжалостно в степень напрасности пульс,
Я по лицам скольжу в вечном поиске «судии судей»
И ищу приговор, над которым я не посмеюсь…
И бредовое душное хриплое рваное «ГД-Е-Е-Е Т-Ы-Ы-Ы !!????»
Растворенной в пыли и в зеркальном тумане рукой
Накрывает безумство часов, отмеряющих стрелкой моменты
По маршруту «покой-беспокойство-таблетка-покой»…