К НАМ ЕДЕТ ФАРЛИ МОУЭТ
Максим Кучаев находился в редакции , когда раздался беспрерывный телефонный звонок . Такой звонок мог быть только междугородним . И – точно , звонили из Якутска.
Редактор осторожно приподнял трубку — он не любил междугородных звонков . Раз звонят » оттуда «, значит, или вызывают на очередное совещание, или наоборот, очередная группа гостей собирается в Черский.
Кто только не посетил Арктику за последнее время : Андерсен Пале из Дании — представитель коммунистической газеты » Ланд от фольк «; Пасковяк Альфред из немецкого журнала » Фрайе вельт «; из Болгарии Консулов Христо — представляющий агентство » София пресс «; Ванде Дитер из газеты «Берлинер цейтунг » ГДР и его собрат из ФРГ Кушнитс Хуберт …
Со всех сторон света едут и едут , а точнее — летят и летят в холодную Арктику , будто эта часть света превратилась в филиал Южного берега Крыма!
Сказать бы сейчас : «Редактор в длительной командировке и неизвестно когда будет! » Но редактор — вот он ! — ни в какие , особенно длительные командировки ездить не любит.
Иван Иванович потуже притиснул трубку к уху — проклятые шорохи ! И там телефонная станция хромает на две ноги!
— Слушаю ! Перевеслов !
— Хорошо, что застали ,- зарокотал знакомый баритон , принадлежавший человеку из Якутского обкома партии ,- как здоровье , Иван Иванович ?
— На здоровье не жалуюсь . Но мне еще не приходилось слышать, чтоб здоровьем редактора районки интересовались за тысячи километров ! Что еще , кроме моего здоровья , в общих чертах , неплохого , вас интересует?
Смех на том конце провода.
— Газетчики , как всегда , правы : встречай борт из Якутска ! — на Крайнем Севере самолет называют «бортом»,- к вам вылетел канадский литератор Фарли Моуэт .
— Один ? — в редакторском голосе надежда.
Вздох на том конце провода.
— Иностранцы по одному не передвигаются: писатель с супругою и компанией . И с сопровождающим писателем — Юрием Рытхэу . Но это наш писатель , на него можешь не обращать внимания !
— Да ,- пробурчал редактор ,- не обращать : у нас произрастает Великий Юкагир , а там — Великий Чукча ! Сплошные великие !
— Что ?! Не слышу !
— А я ничего не говорю !
— А-а ! Тогда — всеобщий привет! — рокотнула трубка и Якутск дал отбой.
Перевеслов придавил телефонную трубку к рычагам и поморщился . Осуждающе посмотрел на Максима Кучаева , будто в прибытии гостей и его вина имеется ! Будто он ответственен за писательские вояжи по стране !
— Его же сопровождать надо! — в редакторском голосе тоска .- А кого я к нему приставлю ? У меня все люди расписаны: партконференцию освещать надо – раз ! Совещание оленеводов в Колымском — два! И есть еще три , четыре , пять … Фа-фа … Фарли Моуэт … Что же все-таки написал этот Фарли?
Кучаев улыбнулся.
— Радоваться надо приезду такого писателя . Он автор многих книг, известных всему миру.
— Тундра ему известна ? — спрашивает редактор и тут же сам себе отвечает.- Конечно известна , в Канаде тоже тундра имеется ! Так что там написал Фарли Моуэт ?
— Он много чего написал , но «Люди оленьего края» известны всем . Это жестокая книга о жизни эскимосов . По ней канадское правительство вынуждено было принять меры по улучшению условий вымирающих эскимосов-ихальмютов.
— У нас не вымирают , у нас размножаются со страшной силой. Дома строить не успеваем ! — Я думаю ,- поделился своими мыслями Кучаев ,- Фарли Моуэта будет интересовать всё : окружающая среда и животных мир, и , конечно , люди . Малые народности советского Севера .
— Редактор покрутил головою -» что-то в затылке давит ! »
Значит, крупный специалист по северным краям ?.. Тем хуже для нас . Этот, как пить дать , в тундру потянет .
— Потянет,- согласился с ним Кучаев.- Но с ним же Юрий Рытхэу , он и даст пояснения .
От этого аргумента редактор отмахнулся, как от назойливой мухи .
— Рытхэу самого обхаживать надо — большой писатель стал . Слушайте ! — редакторские глаза повеселели и в них запрыгали бесовские хитринки .- Вы, Максим Леонидович, оказывается хорошо знакомы с творчеством Му … Му … Моуэта Фарли . С его бессмертными творениями .
— Не совсем , Иван Иваныч . А писатель заслуживает того , чтобы мы, особенно народы Севера , познакомились с его произведениями поближе . Человек , который не побоялся выступить в защиту северных племен Америки , белый человек, выступивший против белого эксплуататора , имеет право быть принятым по-королевски в любой точке земного шара…
Редактор вздохнул.
— Значит, очень известный этот … Фу… Фарли Моуэт ? А я ничего у него не читал. Даже не слышал.
— Это не украшает редактора , Иван Иваныч . Впрочем , вы на равных : вы не читали Моуэта, но и он ваших информаций да фельетонов не читал .
— Смеетесь. Вижу, смеетесь. А меня бесконечная текучка заела . Если я не прочту новую книгу , не заметят , а не дай бог не осветить собрание в совхозе ! Вот что , Максим Леонидович , выписываю вам командировку по всем тундровым поселкам : куда Фарли Моуэт с Юрием Рытхэу , туда и вы ! Вам польза и нам польза . Вам материал для книги , нам — материал в газету. Договорились?
— Сам хотел просить вас об этом .
— Уф! Гора с плеч!..
Иван Иванович всегда настороженно относился к приезжим писателям — Максим Кучаев ощутил это на себе при первом визите в редакцию » Колымки » Перевеслов несколько раз перечитывал рекомендательные письма отцов Крымского отделения Союза писателей с просьбой оказать содействие их товарищу и , возвращая письмо, сказал не без ехидства:
— У кого есть время — пишет книги ! А информацию вы могли бы дать оперативно в номер ?.. Серьезно, можете? А то тут у нас в штате есть уже один писатель Семен Курилов — Великим Юкагиром себя кличет. Роман, говорят, пишет. Но мне польза от его романа не большая, а статью путную написать Великий Юкагир не может . Я уже не говорю об информации !
Редактора тоже можно понять : у него в руках газета . Самая неблагодарная из газет — районная. И ее необходимо выпускать в срок — «а партбилет вы не хотите положить на стол, товарищ Перевеслов ? Идите и не жалуйтесь!» — ее ежедневно необходимо подпитывать корреспонденциями , информациями , зарисовками , очерками. Ежедневно вливать в дышащий организм газеты свежую кровь сиюминутных информаций . А тут — Фарли Моуэт — двадцать строк информации плюс зарисовка плюс фотография ! — очередной писатель.
Кто только не посетил Арктику!.. Очередная знаменитость и впереди, опережая — телефонный сигнал !.. «Едет! Едет!»
И беги , сломя голову, в библиотеку, разыскивай книги известнейшего из известных , доказывай и показывай , что и за тысячи километров от культурного пупа земли , знакомы — чуть ли не наизусть учим! — с творчеством именно этого писателя ! Что именно за книгами этого писателя в библиотеке очередь на много месяцев вперед !
Известнейших писателей надо устраивать в гостиницу ,- а командировочных в гостинице всегда предостаточно ! — писателей кормить надо каждый день и желательно вкусно — » вы там строганинку не забудьте предложить! » Писателей надо обеспечивать средствами передвижения и для писателей надо сообразить хоть один банкетик в ресторане «Огни Колымы» — ох, далеко не трезвенники известнейшие писатели ! Да договориться с директором совхоза «Нижнеколымский», чтобы тот от своих щедрот подкинул олеринского чира на строганинку !..
Иван Иванович вздохнул.
— Сейчас я вам и напарника выделю, Максим Леонидович .
Редактор вновь «оседлал» телефон.
— Квартира Курилова?
— Нет, это квартира Винокурова ,- ответила трубка ,- вы ошиблись номером.
— Извините,- редактор вновь стал накручивать диск ,- это 3-38 ?
— Это 4-12 без стоимости посуды,- с алкогольным юмором пошутила трубка.
— Извините! Черт бы побрал эту связь !
Телефонная связь в Черском и на Зеленом Мысу оставляла желать лучшего: то по полчаса дозвониться не можешь , то вплетается во время разговора третий лишний … Недаром редактор качеству связи уделял на каждой планерке должное внимание . Но , увы, журналист пописывает, а тот, в кого направлены газетные громы-молнии , и не почешется!
— Наконец, нужный номер набрался.
— Великий Юкагир слушает !
— Великий ?! Все шутишь ?
— Я, может быть , и шучу, но вы же не в шутку называете меня Великим Юкагиром ? Вы , такой серьезный человек , нет, нет, вы не шутите , за что я вам премного благодарен , Иван Иваныч .
— Шучу я , тоже шучу. На нашей почве вечномерзлотной великие не произрастают. Если у тебя действительно свербит в одном месте , и ты чувствуешь себя великим , перебирайся в Москву . Все великие живут в столице , а ты в Черском околачиваешься , место в газете занимаешь и над редактором надсмехаешься … О музее третий месяц зарисовку пишешь.
— Однако , здравствуйте, Иван Иваныч. Это хорошо, что вы позвонили, я тут новеллу написал. Сам хотел позвонить , а тут…
— На какую тему новелла ?- в редакторском голосе завибрировали тревожные нотки.
— На моральную ,- засмеялся Курилов,- я бы не стал вам ее читать по телефону, но в ней ответ на ваши высказывания.
— Это какие же такие у меня высказывания ?
— В смысле — великих! — пояснил Курилов.- Дескать , дуй в Москву, освобождай штатную должность для достойнейшего кадра!
— Ладно, читай,- милостиво разрешил редактор ,- но, будь добр, голую лирику пропусти. Ты мне суть вскрой!
Перевеслов показал Кучаеву на соседний телефон , чтобы тот поднял трубку . Телефон был параллельным.
— Начало пропускаем , лад с ним я еще работаю ,-сказал Курилов ,- а схема такова : в Москве, на Красной площади я встретил школьного товарища . Он давно покинул Колыму , стал большим человеком с портфелем , и живет постоянно в Москве . А если и покидает столицу, то только для того, чтобы посетить Париж или Вену , Мадрид или Берлин . И всюду его встречают на » ура ! » — как же, он же полномочный представитель малых народностей Крайнего Севера!
— Мне б такую жизнь ! — вздохнул редактор . Курилов расхохотался.
— Другой мой московский , однако , бывший , говорит мне : «Что тебя, Великого Юкагира, держит в этом чертовски скучном поселке?»
— Это о Черском, что ли ? — насупился редактор .- Потрох собачий , гнида подколодная твой бывший друг! Ты , Семён, никогда не умел выбирать друзей . Возле тебя всегда отираются какие-то смятые личности с пропойными физиономиями .Ты мне дай фамилию того нашего представителя , я и в Москве до него доберусь . Не отсидится за портфелем, моча конская!
— Какая там фамилия. Иван Иваныч ! Я ж новеллу пишу! Художественную вещь !
— По мне две новеллы не стоят одной информации, вовремя напечатанной. Ты , все-таки , припомни его фамилию !
Редактор родился на Севере и был влюблен в Черский. Считал его лучшим поселком в Арктике . Критиковать этот уголок земли , конечно , можно , но только так , как отец критикует любимого сына , желая, чтобы тот стал еще лучше .
— Слушаете, Иван Иваныч ?
— Со вниманием.
— Спрашивает меня тот тип : «Что хорошего нашел ты в гнезде своих предков в Черском? «А я, как будто ему отвечаю : «Я не променяю на все эти пляжи заморские , минареты заграничные одно место в нашем поселке — Первый ручей «. «Но это же типичная свалка!»
Сопение в трубке .
— А где у нас , Семен , первый ручей ? И действительно там до сих пор свалка ?
В трубке послышался заливистый хохот. Отсмеявшись , Курилов заметил:
— Свалок у нас в Черском предостаточно ! Летние субботники и воскресники уже в печенках сидят ! Целую зиму копим мусор , чтобы дать летом работу рукам ! Но я отвлекся. Еще раз напоминаю, новеллу пишу, а не отчет!
— Ну. ну, ври дальше ,- милостиво разрешил редактор.
— Значит так, бывший черчанин продолжает:
«Если бы тебе предложили на выбор любой город страны , где бы ты поселился?» «В Черском, где прошли лучшие годы моей жизни.»
«И что держит тебя…» И так далее. Уловили мысль?
— Уловил . Продолжай.
— Интересно ? — по-детски обрадовался Курилов .- Нет правда. Иван Иваныч , вам интересно ?
— Интересно, интересно,- хмыкнул редактор,- что, я уж совсем лапотный? Так что там о свалке?
— «Не кажется ли тебе, что ты похож на поэта-домоседа, который сочиняет стихи о трелях весеннего ручья, слушая журчание унитаза?»
И я ему, Иван Иваныч, с полной ответственностью отвечаю:
«Я хожу на Первый ручей по зову сердца. Слышу здесь шорохи детства и счастливый смех юности. Здесь ко мне приходит то не выразимое словами состояние души, которое принято называть вдохновением . Гляжу на два упрямых дерева , вцепившиеся корнями в осыпающую землю на самом краю обрыва , учусь у них мужеству. В юности я тоже думал о путешествиях в дальние страны, но, случайно оказавшись однажды на этом косогоре, вдруг понял, что отсюда можно увидеть мир, конечно, если очень хочешь его увидеть. Оставив родину, я буду похож на дерево без корней, которое быстро теряет не только листву, но и ветки, становится гладким , как бревно». ..
И тот москвич в оленьей шкуре задает мне последний вопрос. А. может, и не последний:
«Ведь может до чертиков надоесть , и Первый ручей, и небо над ним, и сам воздух!.. Первый ручей — не бездонный колодец , из которого можно всю жизнь черпать сюжеты!».. Чтобы вы ответили ему, Иван Иваныч?
— Честное слово , не знаю. Могу же я позволить себе что-нибудь не знать?!
— Можете. Вы — начальство! А я ответил ему:
» Здесь я встречаюсь с людьми, сталкиваюсь с их характерами, с событиями , которые ведомы только мне . Это — герои моих книг. Настоящих и будущих. Я с ними беседую , спорю , советуюсь , а порой , когда они выходят из-под моего контроля , и начинают диктовать свои поступки , и действия , ругаюсь… Иногда приходится мириться с их своенравием. Не отдел же кадров посылает мне этих людей ! Я сам создаю их в своем воображении, глядя на мир с высоты Первого ручья.»
Что вы молчите, Иван Иванович.
— Неплохо, Семен, совсем даже не плохо. Что-нибудь придумаем с твоею новеллой. Неси в редакцию . Если честно , сам бы бежал отсюда куда глазаза глядят ! – внезапно вырвалось у редактора .
— И я , задрав штаны , метнулся бы за комсомолом ! А чего вы мне звонили?
— Я звонил ?! Есть у меня время, чтобы звонить ! Ах , да ! Тебе известно, что приезжает этот Фу… Фу… Чертовщина какая-то , памяти совсем не стало! Приезжает очень даже известный писатель. Из Канады.
— Фарли Моуэт ,- подсказал Курилов .
— Он самый. Значит, предупредили ? И что он будет делать в Черском ?
— То , что делали писатели и до него . Водку пить , строганиной закусывать.
— Это я и без тебя знаю!
Курилов расхохотался . Веселый человек этот Великий Юкагир . Веселый человек с большим , но больным сердцем.
— Семен ! Тут у меня на проводе висит еще один писатель. Крымско-колымский ! Кучаев его фамилия ! Тот самый, с которым ты в моем кабинете и в мое отсутствие коньячные чаи попиваешь !.. Знаком тебе такой человек?
— А, как же , знаю !- хохотнул Курилов.- «Войну и мир» написал. «Мертвые души» и эту … как ее?!. Запамятовал?..
— «Последний из могикан»,- подсказал Кучаев , показывая, что он внимательно следит за разговором.
— Наконец-то объявился еще один классик!.. А я-то себе думаю, кто это сопит в две дырочки , аж трубка раскаливается ! Оказывается , он , — Максим Кучаев ! С кем, с кем , а с Кучаевым мы в тундре не разойдемся! Одна тундра на двоих — это мало!
— С тобою не соскучишься, Семен. Между прочим, в отличие от тебя, Великого и непревзойденного Юкагира , Максим Леонидович , и зарисовку сочинит , и статью , и информацию …
— Сдаюсь, сдаюсь, Иван Иваныч! Надеюсь, мы с вами скоро будем читать полное собрание информаций в тридцати двух томах не менее великого , чем я , Максима Кучаева ?
— И я верю, Семен, настанет такое время. А сейчас, работничек «Колымской правды», вместе с Кучаевым двинешься в тундру — выписываю командировку . Мало ли что не хочешь, надо ! Сколько времени пробудут гости в Черском? Тебе говорили ?
— До попутного борта на Колымское . Вы прозондируйте почву у авиаторов, когда ближайший рейс ?
Редактор бросил взгляд на письменный стол — там у него лежало расписание движения пассажирских самолетов Колымо-Индигирской авиалинии . Ни завтра , ни послезавтра рейсов не предвиделось . На Колымское пассажирские самолеты вообще редко летают.
— Спасибо за подсказку , Семен, постараюсь что-нибудь придумать. Посодействую , чтобы Фарли с компанией не долго находился в Черском. Нужна им тундра ?! .Они ее получат не задерживаясь ! А ты , Семен, готовься в командировку — я потом тебе перезвоню . Перезвоню, перезвоню,- сам себя передразнил редактор ,- ты хоть изредка показывайся в редакции!.. Сегодня Фарли Моуэт приедет, а завтра сам великий Эрнст Хемингуэй пожалует – в еликого великий должен встречать .
Курилов вздохнул.
— Хемингуэй уже не пожалует . К сожалению. Он метко умел стрелять и в себя не промахнулся . Великие находят великий выход…
— Ладно, Семен, не расстраивайся… А Хем, между прочим, великолепные корреспонденции мог писать . До встречи! — последнее слово осталось за Максимом Кучкевым .
Редактор и Максим Кучаев положили трубки , но Перевеслов ее тут же вновь поднял. На этот раз автоматика сработала безукоризненно, словно испугавшись разноса и газете .
— Правление совхоза «Нижнеколымский «?
Правление совхоза находилось в Черском , а само огромное хозяйство раскинулось в Олеринской , Халларчинской и Алазейской тундрах , а оленьи стада , передвигаясь , и выедая ягель , достигали к концу зимы побережья Северного Ледовитого океана .
— Мне , девушка , директора . Сайвасов у себя ?
— Кто спрашивает ?
— Перевеслов .
— Соединяю , Иван Иваиыч!
Редактор созванивался сегодня с Сайвасоаым , уточняя цифры в статье главного зоотехника, поэтому и начал разговор без обычного предисловия и вежливых приветствий.
— Валентин Борисович ! У тебя борт на эту неделю в Колымское заказан ?
— А как же! Грузовые «ЛИ». Балки повезут. По четыре рейса каждый день.
— Надо будет подкинуть в тундру несколько человек .
— Сколько килограммов? — деловито осведомился директор .
— Что?! Ах, да! Черт знает, сколько в них будет килограммов! Бери по среднему. Если в человеке семьдесят килограммов , то… Полтонны зарезервируй на всякий случай!
— Хорошо ,- согласился Сайвосов ,-надо так надо , с прессой не спорят. Две балки прядется сбросить . Или — три?
Каждый грузовой «ЛИ» тащил в поселок по шесть балок для строительства двухэтажных домов . Теперь один самолет на половину придется разгрузить в Черском.
— Валентин Борисович , один – иностранец . Автор многих интересных книг. Защитник эскимосов Фарли Моуэт . Не слыхал?.. Может, высвободим весь самолет ? Подумай ?
— Никаких отдельных самолетов! Эта авиация и так в копеечку влетает! Дома в Андрюшкино и Колымском , считай , из золота выстроены!.. Будь здоров, Иван Иваныч ! Низкий поклон с персональным приветом твоим гостям!..
Редактор осторожно положил трубку и тяжко вздохнул , как после огромной проделанной физической работы.
Кажется, все стало на свои места.
— Максим Леонидович , значит , вы с Великим Юкагиром встретите борт из Якутска , пошастаете мал-по-малу по Черскому — завтрак без вина и водки! — загружаетесь вместо бревен и… в тундру!
— Ясно?
— И… это , откройте блокнот.. Фарли — гость, а вы не гости , прошу об этом не забывать . Из тундры привезете… Записывайте! Записывайте! Несколько интервью с бригадирами оленеводческих бригад , и один материал в рубрику «Пьянству — бой!»
— О Фарли Моуэте? Потом пошлем материал в Канаду. Пусть его там пропесочат ! Будет знать как пить русскую водку!
— Шуточки у вас, Максим Леонидович , прямо скажем , юкагирские. Там, в тундре , и без гостей есть кому пить! А Великого Юкагира , Максим Леонидович, могли бы и поберечь. Думаете, не знаю, что вы в моем кабинете открыли филиал ресторана «Огни Колымы» ? Понимаю, Великий Юкагир слаб к этому делу,- редактор щелкнул себя по кадыку ,- но вы-то другой закалки …
Это 11-я глава , которую я назвал » К НАМ ЕДЕТ ФАРЛИ МОУЭТ»
Продолжение будет .