Мы расстаемся с надеждами.
Мы остаемся невеждами.
Мы представляемся прежними.
Мы не становимся нежными.
Просто мы стали богаче.
Просто мы стали беднее
Просто мы больше не плачем
И не о чем не жалеем.
1989.
Мы прошли сквозь боль
Для того чтоб жить.
Чтоб опять себе
На земле служить.
Чтоб опять грешить
И из праха встать.
Чтоб потом других
На земле топтать
1991
Серые дни и печальные ночи.
Свежая прелесть весенних цветов.
Снились мне синие светлые очи,
Лег на мечты мои снежный покров.
Мне ли жалеть о потерянном рае?
Долгая жизнь, хотя дни сочтены.
Город багровый от края до края.
Жаль, что не сбудутся наши мечты.
Только стихи, что даны от Всевышнего,
Снова меня опускают в тот сад.
Юные души, мечтая возвышенно,
Падают, падают, падают в ад.
1990
Ой, вы, лошади мои!
Ой, вы, звонкие подковы!
До чего же мы готовы
Полететь на край земли!
Только пыль под купол неба.
Только золото церквей.
Сколько голода и хлеба.
Сколько жизни и смертей.
1988.
Цветы горят огнем предсмертным,
Как будто кровью налитые.
Две свечки, вспыхнув желтым блеском,
Осыплют звезды золотые.
Цветы увянут на могиле,
И ветерок задует свечи.
Но люди вновь цветы живые
Несут. И время их не лечит.
1984.
Вот звенящие искры быстро падают в пламень заката.
И проносятся тени в недоступной немой тишине.
Их уносит не смерть. Не зловещая пропасть из мрака.
Они мчатся от жизни к покою, к огню, к тишине.
Их не тронут пустые и глупые наши заботы.
На земле их оплачут и той же земле предадут.
Они мчатся вперед, все минуя – и горе, и траты.
В вечном мире пристанище счастью найдут.
1984.
Волжский берег , обломившийся по краю,
Экскаваторами срезан и подточен.
И по круче медленно сползают
Два гроба, раскрытых, червоточных.
Может жутко, может просто страшно
Наблюдать останки человечьи.
И от жизни и от смерти тошно.
Кто же знал, что кладбище не вечно
Волга плещется внизу в лучах заката.
Наверху березы зеленеют.
Цепь картин величья и разврата
На Руси лишь сочетать умеют.
Доблести, победы, счастье, славу,
И предательство имеем за спиною.
Но была великая держава
И всегда останется такою.
1986.
Благословенная Европа,
Мы так давно к тебе рвались.
И все готовы мы ухлопать
За эту сказочную жизнь.
Дворцы, фонтаны, магазины,
Кареты, замки и мосты.
Неон, сверкающий в витринах,
Швейцарцев гордые посты,
И благородные старушки…
Но там мы вовсе не нужны.
Все разрушали наши пушки.
Вот только строили не мы.
31 марта 2005.
Вся наша жизнь – иллюзия бессмертья.
Мы в смерть не верим, но и жизни нет.
То снятся нам пугающие черти,
То, просыпаясь, мы бежим от бед.
Явь буден, чередуясь с миражами,
Зовет нас в багровеющий закат.
И лики, отражаясь витражами,
Обманут, успокоят и простят.
30 сентября 2004
