Юбилей


Юбилей

Юбилей

Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утолить ненужную тревогу.
(А. Ахматова)

Мои рассказы пишет сама жизнь. Мне ничего не надо выдумывать, только посмотреть со стороны и пересказать Тебе, Читатель. Несколько дней подряд я пила валокордин, расхлебывая последствия переезда на новую квартиру. Перебои сердца давали о себе знать. Так случилось, что мне одной надо было за выходные дни (к 1.11.1997г.) сменить место жительства. Новые жильцы моей старой квартиры торопили с выездом. Мне нужно было срочно разобрать мебель. Но не было мужчины, который бы все это сделал. Видя, что «воз и ныне там», новый хозяин квартиры сам разобрал, к счастью, мою «стенку». Я судорожно стала искать помощь, обращаясь к друзьям и студентам. В назначенное время, когда нужно было грузить мебель и вещи на машину, раздобытую прямо во дворе за определенную плату, никто из друзей и студентов, обещавших помочь, не явился. Таскать и грузить ящики с книгами и вещи пришлось самой. На помощь призвала желающих подработать на выпивку мужчин.
Так началось «великое переселение». За три дня переезда «мелкими перебежками» многим повезло опохмелиться за мой счет, дошло и до одеколона с духами. Правда, не по основному назначению. За все время в роли грузчиков и водителей поочередно перебывало шестнадцать человек. В лифте, в кабине машины от отчаяния текли и текли мои слезы, не вызывавшие ни у кого сострадания. Как текли в руки помощников и мои деньги. Лишь один Анатолий, помогший перевезти остатки моего груза и взявший за услугу символическую плату – «на бутылку», был очень удивлен и поинтересовался, почему я одна переезжаю. Почему никто не помог? Его жалость вызвала в моей душе чувство бездомной собаки, ищущей случайной ласки прохожих. Подумалось, что собаки любят меня, видно, за то, что признают во мне себе подобную душу, зависящую от человечности или жестокости более сильного. А я продолжала искать помощь людей и после переезда, хотя одинокой женщине в жизни можно положиться только на себя.
Из университетской столярной мастерской я попросила плотника кое-что прибить, обустроить в квартире, утеплить дверь. В холодных стенах новой квартиры я сидела первые дни беспомощная, без электрического света, боязливо передвигаясь на цыпочках. Лишь свечка освещала и немного согревала пространство вокруг меня. И я плакала при свече, слушая по радио утешавшую меня песню композитора Ирины Грибулиной «Подруга» в ее собственном исполнении:
Подруга, моя подруга, я буду с тобою рядом
И в дни золотые счастья, и в самый тяжелый час,
Ты только не плачь, не надо,
Еще не такие вьюги студили с тобою нас.
Плотник обещал мне помочь, попросив за работу плату по принципу «сколько дашь» в надежде и на что-то другое. Но, видя, что я его надежд не оправдываю, решил не терять на меня времени даром. И уже на третий день, придя пьяным на «работу», он, оскорбляя, потребовал с меня, «крохоборки», за свой труд 650 000 рублей (1997г.). Аппетит, как известно, приходит во время еды. Выслушав мои доводы, он снизил сумму до 350 000 рублей. После «разборки» с угрозами «скатился» вниз по лестнице: лифт не работал. Хамскими «выпадами» плотника и вымогательством больших сумм денег мои неприятности не закончилась. Я лишилась дара речи на следующий день, когда двое других «помощников», протрезвев, явились утром, как сговорившись, с аналогичным требованием от меня суммы в 400 000 рублей. Я отдала все, что у меня было в кошельке, предложив продукты на закуску. Расплатясь «натурой», завершила «сделку». Только когда визиты закончились, я с облегчением вздохнула. Всплыло в памяти созвучное моему настроению грустное стихотворение поэта трагической судьбы Б. Чичибабина:

Среди иных забот и дел
На тверди серой
Я в должный час переболел
Мечтой и верой.

Не созерцатель, не злодей,
Не нехристь все же –
Я не могу любить людей,
Прости мне, Боже…
Я долго думала, почему я притягиваю зло? Открытая, доверчивая, не от мира сего? Я поняла, что эту ситуацию сама создала, стихийно отобрав свой «контингент наемных рабочих». И не удивительно: в каком море плаваешь, таких рыб и ловишь. Мое море было – водка и хвост селедки, за которым мужчину с достоинством, рыцаря, просто доброго человека, как Диогену с фонарем, днем с огнем было не сыскать. Из этой истории я извлекла урок: сила, действительно, внутри нас. На Бога надейся, но и сам не плошай. Надо искать не там и не так. Надо уметь защитить себя. Добро должно быть с кулаками.
Этот 2003 Новый год мы с мамой встретили уже в шестой раз в новой квартире, но провели его так же, как и 2002г. Во-первых, в ожидании чуда, в надежде выиграть приз — квартиру в Москве или хотя бы машину, я купила лотерейные билеты. Мамина лотерея “Снегурочка” выиграла, к ее радости, около ста рублей. Положительный опыт у нас уже был и раньше: моя лотерея выиграла на католическое Рождество столько же. Теперь мы отважились замахнуться на миллион. Этот выигрыш решил бы все наши проблемы. Мы стали мечтать, на что его потратим. Конечно же, на покупку квартиры в Москве племяннику. В Ульяновске мы бы продали свое жилье и тоже начали новую жизнь на новом месте. Такие мысли у нас возникли благодаря объявленной по первой программе телевидения акции “ Миллион за телефон”.
Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Стар и млад, мы уселись к телевизору и четверо суток ели и бегали в туалет по очереди, боясь пропустить на экране цифры телефона, по которому можно было, позвонив, если повезет, выиграть деньги. За каждую из семи цифр шла такая борьба! В прошлый год нам не повезло. Мы, лишив себя на трое суток сна, проглядели все же две цифры. На этот раз мы были бдительнее и опытнее. Глаза болели от напряжения, все время хотелось спать. Мы и спали попеременно.
Плохо встретили мы Новый год. Я еще болела и сильно кашляла. Но зато, благодаря маминому долготерпению, мы записали все семь цифр телефона. Она так радовалась тому, что выиграла миллион. Я сразу стала звонить в Москву. Но все мои усилия были тщетны. Телефон, если такой вообще существовал, был отключен. В Интернете я нашла номер ответственного за связи с общественностью на первой программе телевидения. Вежливый женский голос ответил, что уже многие звонили им по этому поводу, но за эту акцию какой-то неизвестной фирмы они ответственности не несут. Дама дала мне номер телефона этой организации, пожелав удачи. Смех да и только. Естественно, телефон “этой организации” тоже молчал.
Так, первые дни Нового года мы не отходили сначала от телевизора, а потом часами “висели на телефоне”. Было обидно, что наш выигрыш и со второй попытки сорвался с крючка. Утешает мысль, что таких легковерных, которые рады обманываться, в нашей стране хватает. Не мы одни играли с судьбой в тот 2003 год. Нас все же чему-то научили. Не надо тешить себя иллюзиями и портить еще один год жизни. Ведь бесплатный сыр бывает, как известно, в мышеловке. Век живи – век учись. Научили-то научили…Будем теперь снова играть в лотерею. А вдруг в “Бинго” или “Спортлото” повезет?
Чего можно было ждать от года, начавшегося с обмана? В 2003г. у меня юбилей. И я грустила, подводя итоги достигнутому в жизни: “Кто-нибудь вспомнит?” Некоторые студенты не забыли поздравить. На моем столе лежит открытка от студентов третьего курса и к празднику Восьмое марта: «…желаем Вам всегда оставаться таким же чутким и отзывчивым человеком, прекрасным преподавателем и просто очаровательной женщиной». Спасибо им за добрые слова. Их так всегда не хватает в жизни.
На работе коллеги часто меня забывали отметить добрым словом. И в этот раз тоже. Может, потому что я была честной, прямой и бескомпромиссной в жизни – максималисткой. Я не умела приспосабливаться, быть дипломатом и ладить со всеми людьми. Поздно, но я поняла, что многие, в том числе и студенты, меня иногда просто использовали, а потом легко забывали. И в последнее время я стала поэтому “внутренним эмигрантом”. Просто замолчала, ушла в себя. Сама себя утешаю:
«Не печалься, не думай о крыльях, которые ты потеряла. Подумай о тех крыльях, которые ты подарила другим! Подумай обо всех птицах, которые благодаря тебе могут теперь летать».
Мои студенты разлетелись в разные стороны. Ну, а у меня между тем, действительно, воплотился в жизнь лозунг медицины, со служения которой началась моя жизнь: светя другим, сгораю сам. Забыв про свою личную жизнь, я не сберегла себя, растратила все свое здоровье, растворяясь в работе и учениках. Понимаю, что так дальше жить нельзя:
Жизнь только так и продолжалась дальше –
с великого: «Так дальше жить нельзя!»
(Евгений Евтушенко).
Надо что-то менять, поэтому я тоже, наверное, скоро улечу. Уеду из Ульяновска, разочаровавшись в своей профессии, некоторых студентах и еще потому, что просто устала. Я знаю, мне снова будет трудно жить, но, как в песне поется, «если я в жизни упаду, подберет музыка меня».
Моя музыка – любовь к немецкому языку, к моим близким, учителям, к поэзии. Эта “музыка” — Вера и ее спутницы – Надежда да Любовь. Они укрепят дух, волю к жизни. И никто никогда не увидит, что и у меня бывают минуты слабости, и я тоже плачу, потому что моя жизнь не простая и не праздничная. Мое же кредо:

Прибереги врагам — улыбку,
Слезу – для избранных друзей.
(Евгений Винокуров)
Слезу утирали всегда только мамины теплые, но теперь неловкие, с больными из-за артроза пальцами руки, знавшие лихие времена. С восьмого класса в семнадцать лет была она призвана в 1943 году в армию. Уже приняла присягу и два месяца ждала на рассыльном пункте санитарного поезда, где должна была работать санитаркой. Но прибывшая из военкомата комиссия пересмотрела ее дело и отчислила из рядов военнослужащих по возрасту. Так, не доехав до фронта, она осталась жива. А в школу уже не попала и работала в должности помощника зоотехника в районном земельном отделе.
С тех пор прошло 60 лет. Так хочется остановить время и вместе с мамой попросить у Бога словами песни немного счастья и здоровья:
Помолись, мама, Господу, чтоб помог мне исправиться
и чтоб ты не старела, помолись, помолись!
Мамины руки умеют все. Они наводили всегда уют, убирали, стирали, гладили, шили, пекли самые вкусные в мире пироги. И утешали. И всегда были рядом. И никогда не предавали: ни в горе, ни в болезни. С мамой разделено все пополам: и большое горе — смерть отца, и потом наши удачи и маленькие радости. Мама жила со мной в Ульяновске в гостинице «Советская» на маленьком «пятачке». На холодном, едва прикрытом цементном полу новой, совершенно голой (без мебели) однокомнатной квартиры в Ульяновске лежали мы в темноте, прижавшись друг к другу, стуча зубами от холода. Тепла и света не было еще во всем доме. Мы въехали туда как раз под 8 марта 1994г.
Мама – это первое и последнее слово в короткой земной жизни человека любого. Так все повторяется бесконечно — из века в век. Забыть это может душевный калека, не человек. Мама жизнь мне не просто дала — подарила, и не раз меня от зла собой заслонила, и своей любовью спасала от беды злой, и со мной разделяла победный часов бой. Мама таланту дала во мне проявиться, направила мудро к поэзии – творчеству, помогла первым стихам на свет народиться, меня называя по имени, отчеству. Божественна лишь материнская любовь. Мама — по-настоящему родная кровь. Единственная в жизни, как Россия, спасительная сила, как Мессия. Спасибо! Тебя, мама, я особо благодарю и это произведение трепетное дарю. Спасибо за детство, за юность, за свет и зарю. За веру, надежду и за любовь благодарю!
(Вера Трифанова)
Никогда не забыть, как 8 марта мой студент Саша Семагин разыскал меня в этом новом доме на улице Ефремова с цветами и напомнил мне, что я все-таки женщина. Звонок на двери не работал, на лестнице было темно. А Саша наощупь шел на восьмой этаж, стуча во все двери. Он нашел меня и подарил мои любимые цветы — розы, тронувшие до слез. Это был поступок настоящего мужчины. Сейчас Саша работает где-то в фирме в Москве. Желаю ему и всем моим ученикам здоровья, счастья и удачи! А еще, чтобы вспоминали иногда своих учителей, которые становятся старше, а они сами только взрослей.
Я когда-то мечтала о большой семье. А недавно подумала, что Господь так устроил, чтоб у меня было очень много детей. И всех их я любила. Особенно «трудных», т.е. с детства чем-то незаслуженно обделенных. Всем отдала не только часть своих знаний, но и частицу своей души. И сознают они это или нет, в них есть что-то от меня. Как мать учила я их говорить и писать — только по-немецки — и быть порядочными, добрыми людьми.
Я читала им на русском языке мои любимые стихи и «Корзину с еловыми шишками» Константина Паустовского про дочь лесника Дагни Педерсен, ее тетушку Марту и дядюшку Нильса. Однажды они решили пойти все вместе на концерт и были потрясены случившимся там. Волшебник и великий музыкант Эдвард Григ посвятил Дагни по случаю ее восемнадцатилетия свою музыкальную пьесу, открыв ей то прекрасное, чем должен жить человек. Этот седой высокий мужчина помог Дагни, когда ей было всего восемь лет, донести до дома корзину с еловыми шишками, пообещав сделать ей через 10 лет подарок. Он сдержал слово.
Взволнованная музыкой, Дагни вышла к морю и застонала «от охватившего все ее существо чувства красоты этого мира» и любви к жизни: «И она засмеялась, глядя широко открытыми глазами на огни пароходов». Так чудо случилось в ее маленькой жизни, и Нильс был теперь спокоен за Дагни: «Теперь он знал, что ее жизнь не пройдет даром».
Хотелось бы, чтобы у моих учеников была удачливой судьба, щедрой душа и добрым сердце, чтобы им было по плечу счастье и горе, потому что «от счастья и от горя мы все на волосок». И как бы ни сложилась их дальнейшая жизнь, пусть она будет полезной людям, чтобы они могли сказать, как я:

Если было несладко, я не шибко тужил.
Пусть я прожил не гладко – для России я жил.
(Евгений Евтушенко)

Я столько узнала за свою жизнь, много ездила, любила и ненавидела, училась и работала, смеялась и плакала, сочиняла стихи и рассказы, выучила немецкий язык. Я не знаю, что мне готовит грядущий день.
Надежда, работа – мои сегодняшние спутники. Мой спасательный круг. Если будут еще счастливые моменты в жизни, расскажу о них позже. А пока не буду загадывать и заглядывать вперед, торопя события. Все же еще рано подводить итоги, хотя в связи с юбилеем, оглядываешься назад, размышляешь о прожитом, о судьбе, которую себе сам сочинил, и думаешь, не смотря ни на что:

Если сердце бьет вперебой,
если боль вздымает дыбой, —
не меняйся ни с кем судьбой –
оставайся самим собой.

(Николай Асеев)

0 комментариев

  1. pan_kazimej

    Я искренне переживал за Вас. Может это и литературный вымысел, но мне думается, что это правда. Уж очень правдоподобно все описано. В жизни зачастую именно так и бывает.
    А уж если к тому еще и юбилей, то совсем тяжело.
    Пусть сегодня к спутникам добавится еще Любовь. Тогда эта тройка все преодолеет и все перетрет.

    С пожеланиями Любви и Счастья, Казимеж

  2. vera_trifanova

    Cпасибо. Все правда. Так и было Я очень редко и лишь в последнее время прибегаю к вымыслу.
    Фрагментиками. На потребу публики…Единственно, переселение предшествовало юбилею. Я склеила перезд, 2 миллиона, а это позже было. Но все было именно так. Мои студенты «кинули» меня, потом прогуливали уроки мои: наверное, стыдно было все же… Это было уже давно. И забыто. Писательство-психотерапия. Ищу новые, жду счастливые миги! Ну, что еще сказать? Хочется еще побеседовать с Вами, но интернет говорит:»Нет!». Поэтому спокойной ночи! Я еще перевела сказку о любви и помещу ее сейчас. Для Вас. На ночь.
    Вера

Добавить комментарий

Юбилей

Юбилей

Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утолить ненужную тревогу.
(А. Ахматова)

Мои рассказы пишет сама жизнь. Мне ничего не надо выдумывать, только посмотреть со стороны и пересказать Тебе, Читатель. Несколько дней подряд я пила валокордин, расхлебывая последствия переезда на новую квартиру. Перебои сердца давали о себе знать. Так случилось, что мне одной надо было за выходные дни (к 1.11.1997г.) сменить место жительства. Новые жильцы моей старой квартиры торопили с выездом. Мне нужно было срочно разобрать мебель. Но не было мужчины, который бы все это сделал. Видя, что «воз и ныне там», новый хозяин квартиры сам разобрал, к счастью, мою «стенку». Я судорожно стала искать помощь, обращаясь к друзьям и студентам. В назначенное время, когда нужно было грузить мебель и вещи на машину, раздобытую прямо во дворе за определенную плату, никто из друзей и студентов, обещавших помочь, не явился. Таскать и грузить ящики с книгами и вещи пришлось самой. На помощь призвала желающих подработать на выпивку мужчин.
Так началось «великое переселение». За три дня переезда «мелкими перебежками» многим повезло опохмелиться за мой счет, дошло и до одеколона с духами. Правда, не по основному назначению. За все время в роли грузчиков и водителей поочередно перебывало шестнадцать человек. В лифте, в кабине машины от отчаяния текли и текли мои слезы, не вызывавшие ни у кого сострадания. Как текли в руки помощников и мои деньги. Лишь один Анатолий, помогший перевезти остатки моего груза и взявший за услугу символическую плату – «на бутылку», был очень удивлен и поинтересовался, почему я одна переезжаю. Почему никто не помог? Его жалость вызвала в моей душе чувство бездомной собаки, ищущей случайной ласки прохожих. Подумалось, что собаки любят меня, видно, за то, что признают во мне себе подобную душу, зависящую от человечности или жестокости более сильного. А я продолжала искать помощь людей и после переезда, хотя одинокой женщине в жизни можно положиться только на себя.
Из университетской столярной мастерской я попросила плотника кое-что прибить, обустроить в квартире, утеплить дверь. В холодных стенах новой квартиры я сидела первые дни беспомощная, без электрического света, боязливо передвигаясь на цыпочках. Лишь свечка освещала и немного согревала пространство вокруг меня. И я плакала при свече, слушая по радио утешавшую меня песню композитора Ирины Грибулиной «Подруга» в ее собственном исполнении:
Подруга, моя подруга, я буду с тобою рядом
И в дни золотые счастья, и в самый тяжелый час,
Ты только не плачь, не надо,
Еще не такие вьюги студили с тобою нас.
Плотник обещал мне помочь, попросив за работу плату по принципу «сколько дашь» в надежде и на что-то другое. Но, видя, что я его надежд не оправдываю, решил не терять на меня времени даром. И уже на третий день, придя пьяным на «работу», он, оскорбляя, потребовал с меня, «крохоборки», за свой труд 650 000 рублей (1997г.). Аппетит, как известно, приходит во время еды. Выслушав мои доводы, он снизил сумму до 350 000 рублей. После «разборки» с угрозами «скатился» вниз по лестнице: лифт не работал. Хамскими «выпадами» плотника и вымогательством больших сумм денег мои неприятности не закончилась. Я лишилась дара речи на следующий день, когда двое других «помощников», протрезвев, явились утром, как сговорившись, с аналогичным требованием от меня суммы в 400 000 рублей. Я отдала все, что у меня было в кошельке, предложив продукты на закуску. Расплатясь «натурой», завершила «сделку». Только когда визиты закончились, я с облегчением вздохнула. Всплыло в памяти созвучное моему настроению грустное стихотворение поэта трагической судьбы Б. Чичибабина:

Среди иных забот и дел
На тверди серой
Я в должный час переболел
Мечтой и верой.

Не созерцатель, не злодей,
Не нехристь все же –
Я не могу любить людей,
Прости мне, Боже…
Я долго думала, почему я притягиваю зло? Открытая, доверчивая, не от мира сего? Я поняла, что эту ситуацию сама создала, стихийно отобрав свой «контингент наемных рабочих». И не удивительно: в каком море плаваешь, таких рыб и ловишь. Мое море было – водка и хвост селедки, за которым мужчину с достоинством, рыцаря, просто доброго человека, как Диогену с фонарем, днем с огнем было не сыскать. Из этой истории я извлекла урок: сила, действительно, внутри нас. На Бога надейся, но и сам не плошай. Надо искать не там и не так. Надо уметь защитить себя. Добро должно быть с кулаками.
Этот 2003 Новый год мы с мамой встретили уже в шестой раз в новой квартире, но провели его так же, как и 2002г. Во-первых, в ожидании чуда, в надежде выиграть приз — квартиру в Москве или хотя бы машину, я купила лотерейные билеты. Мамина лотерея “Снегурочка” выиграла, к ее радости, около ста рублей. Положительный опыт у нас уже был и раньше: моя лотерея выиграла на католическое Рождество столько же. Теперь мы отважились замахнуться на миллион. Этот выигрыш решил бы все наши проблемы. Мы стали мечтать, на что его потратим. Конечно же, на покупку квартиры в Москве племяннику. В Ульяновске мы бы продали свое жилье и тоже начали новую жизнь на новом месте. Такие мысли у нас возникли благодаря объявленной по первой программе телевидения акции “ Миллион за телефон”.
Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Стар и млад, мы уселись к телевизору и четверо суток ели и бегали в туалет по очереди, боясь пропустить на экране цифры телефона, по которому можно было, позвонив, если повезет, выиграть деньги. За каждую из семи цифр шла такая борьба! В прошлый год нам не повезло. Мы, лишив себя на трое суток сна, проглядели все же две цифры. На этот раз мы были бдительнее и опытнее. Глаза болели от напряжения, все время хотелось спать. Мы и спали попеременно.
Плохо встретили мы Новый год. Я еще болела и сильно кашляла. Но зато, благодаря маминому долготерпению, мы записали все семь цифр телефона. Она так радовалась тому, что выиграла миллион. Я сразу стала звонить в Москву. Но все мои усилия были тщетны. Телефон, если такой вообще существовал, был отключен. В Интернете я нашла номер ответственного за связи с общественностью на первой программе телевидения. Вежливый женский голос ответил, что уже многие звонили им по этому поводу, но за эту акцию какой-то неизвестной фирмы они ответственности не несут. Дама дала мне номер телефона этой организации, пожелав удачи. Смех да и только. Естественно, телефон “этой организации” тоже молчал.
Так, первые дни Нового года мы не отходили сначала от телевизора, а потом часами “висели на телефоне”. Было обидно, что наш выигрыш и со второй попытки сорвался с крючка. Утешает мысль, что таких легковерных, которые рады обманываться, в нашей стране хватает. Не мы одни играли с судьбой в тот 2003 год. Нас все же чему-то научили. Не надо тешить себя иллюзиями и портить еще один год жизни. Ведь бесплатный сыр бывает, как известно, в мышеловке. Век живи – век учись. Научили-то научили…Будем теперь снова играть в лотерею. А вдруг в “Бинго” или “Спортлото” повезет?
Чего можно было ждать от года, начавшегося с обмана? В 2003г. у меня юбилей. И я грустила, подводя итоги достигнутому в жизни: “Кто-нибудь вспомнит?” Некоторые студенты не забыли поздравить. На моем столе лежит открытка от студентов третьего курса и к празднику Восьмое марта: «…желаем Вам всегда оставаться таким же чутким и отзывчивым человеком, прекрасным преподавателем и просто очаровательной женщиной». Спасибо им за добрые слова. Их так всегда не хватает в жизни.
На работе коллеги часто меня забывали отметить добрым словом. И в этот раз тоже. Может, потому что я была честной, прямой и бескомпромиссной в жизни – максималисткой. Я не умела приспосабливаться, быть дипломатом и ладить со всеми людьми. Поздно, но я поняла, что многие, в том числе и студенты, меня иногда просто использовали, а потом легко забывали. И в последнее время я стала поэтому “внутренним эмигрантом”. Просто замолчала, ушла в себя. Сама себя утешаю:
«Не печалься, не думай о крыльях, которые ты потеряла. Подумай о тех крыльях, которые ты подарила другим! Подумай обо всех птицах, которые благодаря тебе могут теперь летать».
Мои студенты разлетелись в разные стороны. Ну, а у меня между тем, действительно, воплотился в жизнь лозунг медицины, со служения которой началась моя жизнь: светя другим, сгораю сам. Забыв про свою личную жизнь, я не сберегла себя, растратила все свое здоровье, растворяясь в работе и учениках. Понимаю, что так дальше жить нельзя:
Жизнь только так и продолжалась дальше –
с великого: «Так дальше жить нельзя!»
(Евгений Евтушенко).
Надо что-то менять, поэтому я тоже, наверное, скоро улечу. Уеду из Ульяновска, разочаровавшись в своей профессии, некоторых студентах и еще потому, что просто устала. Я знаю, мне снова будет трудно жить, но, как в песне поется, «если я в жизни упаду, подберет музыка меня».
Моя музыка – любовь к немецкому языку, к моим близким, учителям, к поэзии. Эта “музыка” — Вера и ее спутницы – Надежда да Любовь. Они укрепят дух, волю к жизни. И никто никогда не увидит, что и у меня бывают минуты слабости, и я тоже плачу, потому что моя жизнь не простая и не праздничная. Мое же кредо:

Прибереги врагам — улыбку,
Слезу – для избранных друзей.
(Евгений Винокуров)
Слезу утирали всегда только мамины теплые, но теперь неловкие, с больными из-за артроза пальцами руки, знавшие лихие времена. С восьмого класса в семнадцать лет была она призвана в 1943 году в армию. Уже приняла присягу и два месяца ждала на рассыльном пункте санитарного поезда, где должна была работать санитаркой. Но прибывшая из военкомата комиссия пересмотрела ее дело и отчислила из рядов военнослужащих по возрасту. Так, не доехав до фронта, она осталась жива. А в школу уже не попала и работала в должности помощника зоотехника в районном земельном отделе.
С тех пор прошло 60 лет. Так хочется остановить время и вместе с мамой попросить у Бога словами песни немного счастья и здоровья:
Помолись, мама, Господу, чтоб помог мне исправиться
и чтоб ты не старела, помолись, помолись!
Мамины руки умеют все. Они наводили всегда уют, убирали, стирали, гладили, шили, пекли самые вкусные в мире пироги. И утешали. И всегда были рядом. И никогда не предавали: ни в горе, ни в болезни. С мамой разделено все пополам: и большое горе — смерть отца, и потом наши удачи и маленькие радости. Мама жила со мной в Ульяновске в гостинице «Советская» на маленьком «пятачке». На холодном, едва прикрытом цементном полу новой, совершенно голой (без мебели) однокомнатной квартиры в Ульяновске лежали мы в темноте, прижавшись друг к другу, стуча зубами от холода. Тепла и света не было еще во всем доме. Мы въехали туда как раз под 8 марта 1994г.
Мама – это первое и последнее слово в короткой земной жизни человека любого. Так все повторяется бесконечно — из века в век. Забыть это может душевный калека, не человек. Мама жизнь мне не просто дала — подарила, и не раз меня от зла собой заслонила, и своей любовью спасала от беды злой, и со мной разделяла победный часов бой. Мама таланту дала во мне проявиться, направила мудро к поэзии – творчеству, помогла первым стихам на свет народиться, меня называя по имени, отчеству. Божественна лишь материнская любовь. Мама — по-настоящему родная кровь. Единственная в жизни, как Россия, спасительная сила, как Мессия. Спасибо! Тебя, мама, я особо благодарю и это произведение трепетное дарю. Спасибо за детство, за юность, за свет и зарю. За веру, надежду и за любовь благодарю!
(Вера Трифанова)
Никогда не забыть, как 8 марта мой студент Саша Семагин разыскал меня в этом новом доме на улице Ефремова с цветами и напомнил мне, что я все-таки женщина. Звонок на двери не работал, на лестнице было темно. А Саша наощупь шел на восьмой этаж, стуча во все двери. Он нашел меня и подарил мои любимые цветы — розы, тронувшие до слез. Это был поступок настоящего мужчины. Сейчас Саша работает где-то в фирме в Москве. Желаю ему и всем моим ученикам здоровья, счастья и удачи! А еще, чтобы вспоминали иногда своих учителей, которые становятся старше, а они сами только взрослей.
Я когда-то мечтала о большой семье. А недавно подумала, что Господь так устроил, чтоб у меня было очень много детей. И всех их я любила. Особенно «трудных», т.е. с детства чем-то незаслуженно обделенных. Всем отдала не только часть своих знаний, но и частицу своей души. И сознают они это или нет, в них есть что-то от меня. Как мать учила я их говорить и писать — только по-немецки — и быть порядочными, добрыми людьми.
Я читала им на русском языке мои любимые стихи и «Корзину с еловыми шишками» Константина Паустовского про дочь лесника Дагни Педерсен, ее тетушку Марту и дядюшку Нильса. Однажды они решили пойти все вместе на концерт и были потрясены случившимся там. Волшебник и великий музыкант Эдвард Григ посвятил Дагни по случаю ее восемнадцатилетия свою музыкальную пьесу, открыв ей то прекрасное, чем должен жить человек. Этот седой высокий мужчина помог Дагни, когда ей было всего восемь лет, донести до дома корзину с еловыми шишками, пообещав сделать ей через 10 лет подарок. Он сдержал слово.
Взволнованная музыкой, Дагни вышла к морю и застонала «от охватившего все ее существо чувства красоты этого мира» и любви к жизни: «И она засмеялась, глядя широко открытыми глазами на огни пароходов». Так чудо случилось в ее маленькой жизни, и Нильс был теперь спокоен за Дагни: «Теперь он знал, что ее жизнь не пройдет даром».
Хотелось бы, чтобы у моих учеников была удачливой судьба, щедрой душа и добрым сердце, чтобы им было по плечу счастье и горе, потому что «от счастья и от горя мы все на волосок». И как бы ни сложилась их дальнейшая жизнь, пусть она будет полезной людям, чтобы они могли сказать, как я:

Если было несладко, я не шибко тужил.
Пусть я прожил не гладко – для России я жил.
(Евгений Евтушенко)

Я столько узнала за свою жизнь, много ездила, любила и ненавидела, училась и работала, смеялась и плакала, сочиняла стихи и рассказы, выучила немецкий язык. Я не знаю, что мне готовит грядущий день.
Надежда, работа – мои сегодняшние спутники. Мой спасательный круг. Если будут еще счастливые моменты в жизни, расскажу о них позже. А пока не буду загадывать и заглядывать вперед, торопя события. Все же еще рано подводить итоги, хотя в связи с юбилеем, оглядываешься назад, размышляешь о прожитом, о судьбе, которую себе сам сочинил, и думаешь, не смотря ни на что:

Если сердце бьет вперебой,
если боль вздымает дыбой, —
не меняйся ни с кем судьбой –
оставайся самим собой.

(Николай Асеев)

Добавить комментарий