Сударыня, я понял, что без Вас
на этом свете нечего мне делать,
но я, как промахнувшийся Отелло,
обязан передать свои права.
Ложь и коварство – Яго и Шерхан;
все царство на кону, никак не меньше.
Сударыня, Вы – лучшая из женщин,
поэты будут воспевать в стихах
чистейшие озера Ваших глаз,
в которых тонут принципы и принцы
заканчивают жизнь самоубийцы,
и даже утопился водолаз.
Он воздух перекрыл одной рукой,
в другой нашлась последняя записка
любовь для тех, кто не боится риска.
Сударыня, он верным был слугой.
Мой путь лежит на кладбище волков,
прощайте, Дездемона и Багира,-
я вышел из игры и из эфира
согласно предсказанию волхвов,
которые пророчили давно
кинжал в смертельно раненое сердце
и что без Вас мне в жизни не согреться,
а с Вами, к сожаленью, не дано.
Как промахнувшийся Отелло,
Тону в озёрах Ваших глаз.
В тисках сжимаю шею смело,
Но лишь свою на этот раз.
Читаю и перечитываю… перечитываю и читаю вновь… Уже который раз после «жюрения» по конкурсу «Избранное». С первого раза — испугалась, настолько с меня (очень тайной ипостаси) списано, или — для меня написано… Сегодня догадалась заглянуть на сайт по ссылке и успокоилась — нет, не тот от которого мне «волхвы пророчили кинжал»…
Стих очень мелодичный и качественный, а главное — тонко-лиричный и эмоциональный. Гремучая сместь! Я предлагала его отметить в конкурсе, но номинировать (из принципиальности, т.к. по условиям ОДНО произведение надо было представлять) не стала. Хотя, этот стих для меня стоял на одной из первых трёх позиций.
Лучше поздно об этом сказать, чем никогда, так ведь? 🙂
Удачи Вам,
Как хорошо, что я не проморгал эту работу!
Спасибо
Ну, Вы, прямо, не олдбой, а олдбоище! Это же романс. Ему многое простительно. Пушкин, как ошалелый, шаль сжимал… И рифмовал её с печалью. И ничего! Дантес его даже не за это убил.
А разве только одно? Я увидел, что другие 2 выставляют и сделал также. Не видел такого в правилах 🙂