Пыльная проселочная дорога с мягкой щетинкой травы по середке сначала тянулась вдоль поля. Ровные, будто причесанные, колоски дружно ложились по ветру то на один бок, то на другой, а между ними семафорили голубоглазые васильки. Потом дорога сползла в низину, снова взобралась на горку и на подходе к посадке потерялась. Ребята пересекли убегающие в даль, ровные коридоры берез и вышли на луг.
В тенечке расстелили покрывало, на которое сразу же приземлились малыши – Никитка, Стасик и Лидочка. Саша, размахивая ведерком, направилась дальше, вперед, утопая по колено в дикой, ни разу нечесаной косами и граблями зелени. Она остановилась, когда луг начал постепенно спускаться. Там, внизу трава была еще более густая и сочная. Саша посмотрела вправо, влево… — непонятно было, откуда взялся этот длинный, вихляющий овражек, где начинался и заканчивался. За ним высоко поднимался бугор, рассекаемый иногда неглубокими бороздочками. Кое-где он чуть-чуть срывался в овраг низкими слоистыми отвесами.
Саша снова осмотрелась. К самому горизонту убегали луга, низины, холмы, березовые посадки-поезда, поля… Кто-то зашуршал сзади. Саша оглянулась: рядом стоял Марик.
— Пойдем, поднимемся туда – кивнула Саша.
— Пошли.
Они спустились на дно овражка, трава здесь была по грудь и даже щекотала шею, а потом поползли наверх. Здесь хозяйничал плотный, сухой и горячий ветер, гнул непослушные стебли, дразнил шелестящие деревья, на солнечных лучах-лыжах гонял слалом между пятнышками теней от облаков. Горизонт заметно расширялся. Саша и Марик замерли: сумасшедший простор завораживал… Невозможно было отвести глаза от той неясной черты, где круглая зеленая Земля смыкалась с бледным небом в жаркой дымке.
— Ни единого домика, ни столбов и проводов… Никакого признака цивилизации!
— Просто татаро-монгольская Русь!
— Ага… И боем пахнет!
— Точно! Хотя это опять где-то лесные пожары, наверное.
— Не-а! Это наши иго прогоняют!
— Ребята развеселились, вышли из оцепенения:
— Ой, Марик, смотри, да это же речка! – Саша показывала вниз на овражек. – Это речка была!
— Точно! Русло! А в него ручейки с бугра стекали, видишь борозды!
— Родники… – Саша будто даже ощутила на губах студеную влагу.
— Саш, а ты в курсе, что мы на ягодах стоим? – Марик присел и разгреб траву.
Грозди крупных как вишня ягод красовались на тонких сильных стебельках.
— Не зрелая еще… – разочарованно произнесла Саша. Ягоды и вправду были еле-еле розоватые.
Марик сорвал немножко, попробовал, потом подал Саше:
— Сладкая!
— Ой! Надо же! Налилась уже! Наверно, ей в такой травище просто солнышка не хватило! Надо нашим сказать, а то они мелочь какую-то собирают – Саша посмотрела на «противоположный берег», где копошились остальные.
— Надо… — Марик опять глядел в бескрайнюю даль, заколдовывала она все-таки, зачаровывала.
— Полететь бы сейчас! – вздохнула Саша – Высоко-высоко, как ласточки, чтобы дикая Русь без конца, без края!
— Полетели! – Марик крепко сжал Сашину ладошку и рванул вниз.
Дух захватило! Ветер свистел в ушах и мешал дышать! Саша еле успевала перебирать ногами, стараясь не запутаться в траве! А мальчишку несся все быстрее и быстрее! И вот они мигом оказались в овраге и по инерции взбежали на другую сторону, а, может, и взлетели!
