Я дышу, как асфальтовый бог
Среди каменных джунглей и прерий,
И, вбирая бензиновый смог,
Обретаю безумство и веру…
Но, родившись в морозном лесу
Леденящих бетонных строений,
Я, как крест, свою веру несу
В тихий шорох машинных артерий…
Рос мой град, и собой прирастал,
Но не яркой и броской красою, —
Верой тех, кто здесь жил и мечтал
Жарким летом, холодной зимою,
Силой тех, кто не плакал навзрыд
Над замерзших и сирых телами,
А руками брал сердца разрыв
И сшивал его — грубо, стежками, —
Чтобы строить, смеяться и жить,
И зимою кидаться снежками,
Чтоб ушедшее памятью чтить,
А в грядущее верить, — мечтами…
Тонкий пепел налетом покрыл
Терракотовой свежести листья,
Обнимая, как саван, их крыл
Запоздалый замах. Синечистый
Цвет небесной лазури поблек
Под вибрацией антропогенной…
Но я знаю, что в город войдет
Снова шепот волнующий Лены.
Твоих улиц шершавый асфальт
Изьязвленный суровой природой,
И, вздымаясь над ним, серый град
Усмехаясь скульптурною дрожью, —
Правит мной, или правлю я сам,
Как картиной своею художник.
Я дышу, как асфальтовый бог
Среди каменных джунглей и прерий,
И, вбирая бензиновый смог,
Я рождаю, — нежданно — любовь,
Долгожданно — надежду и веру..