Ребенок в лифте

Девочка давила на кнопку звонка изо всех сил, не отрывая пальца, словно это была единственная точка соприкосновения с прежней жизнью. Он, ее отец, уже открыл дверь, а она все выжимала истеричную трель. Ее било злой градовой дрожью, и высокий вой сочился сквозь ее стиснутые зубы. Втащил ее в квартиру. Тряс за плечи: «Что?! Что?!». Какие-то слова с прыгающих губ – школа, раньше отпустили, лифт, дяденька…и снова этот стиснутый вой. «Ты… у тебя ничего не поранено?!». Помотала головой. «Он сказал… что доктор …и будет меня …осматривать». Балкон! Еще можно увидеть! «Быстрее, покажи, видишь его?» Пустой двор и удаляющаяся мозглявая фигура. «Это он-н-н-н…». Подтолкнул ее к застывшей старшей сестре: «Быстро купаться!». Скатился по лестничным пролетам, белая пустота в голове, черные точки прицелов в глазах. Бежал тяжело, догнал, рывком развернул к себе. Где лицо? А тот голову втянул, ладони ковшиком скрестил-стиснул. Неслышно рухнула оземь, стаяла с подошв бешеная белая ярость. Осталась гадливая жалость, потом –стремительно — просто жалость, потом…сострадание?! Тот почуял перемену тотчас. Опустил руки, искательно заглянул в глаза. «Я ведь никогда больно не … я ведь только так…меня тоже, когда маленький был…но я не так, как со мной… я только…» Он прервал эти всхлипы. «Завтра, с утра придешь в клинику на Гороховой. Пятый кабинет. Ты понял? Там работает мой друг, он психиатр. Посмотрим, что можно сделать. Не придешь -найду». Он не стал смотреть на мелкую тряску его благодарений. Шел домой медленно, тупо. Думал, что же говорить десятилетней дочке, и говорить ли только что родившей жене. Брел, стыдясь своей жалостивости, нерешительности, неотмщенности. Шел Мужчина, только что, ненароком, простивший врага.

P.S. Диагноз у Того оказался довольно простым. Немного гипноза и немного препаратов поправили дело. Жаль, неизвестно, навсегда ли.
Вскоре, он выпил за прием недельную дозу прописанного ***кса и чуть уменьшил количество зла на Земле.