Налетели вдруг метели, осень дивную круша,
Все деревья утонули в белом пухе бытия,
И душа, томясь, тоскует взгляд, бросая в небеса,
Тянется к ней смерти неизбежной желтая рука.
Поезда гудят, надрывно посылая в даль гудки,
Стонут, прогибаясь, рельсы, шпалы и усталые мосты,
Впереди страна родная, не укрыться от тоски.
Все скорбит, рыдает, нет просвета в царстве том,
Нищета кругом, разруха, лицемерия простор.
Реки величавые напрочь иссушили берега,
Ивы ветками качают, словно душит их слеза.
Русь святая, как старуха поклонилась земле,
Молит у спящего всевышнего спасенья в забытье.
Кремль седой за дымкой скрылся темной,
Созерцает сверху хищный клюв орла.
Колокольный звон, границ не зная,
Резонансом слух, чеканя, в небо улетает,
Мысль народную, пыткой лютою томя.
Мракобесье торжествуют нравственность губя,
Стрелы мечет враг извечный, золотом смердя.
Пудовым давит, давит гнетом барская рука,
Лихолетье наступило видно на века,
Дремлет в глубокой коме богатырская страна.
