Наши кости как мусор в древнем бору,
А вокруг нас болота, болота да гниль.
Видишь череп? Он сказал мне тогда: Не могу!
Штык торчал из груди, как останкинский шпиль.
А вон там, вон, гляди, будто холмик какой,
Бугорок неприметный, но трава не растет…
Вроде нет ничего, но попробуй разрой:
Завоняет свинцом, убивающем в лет.
Припев: Не желаем ни славы, ни орденов,
Мы убиты уже и покрыты землей.
Этот бор да болота -последний наш кров,
Мы “ антигерои ” ударной второй.
Мы тогда воевали, стоя тесно к плечу,
Нынче наши скелеты разбросаны врозь.
Собирают мальцы костяную труху,
И черпают ведром побуревшую злость.
Сорок лет мы лежим, и костей здесь не счесть,
Для России забыты, и памяти нет.
Исполняя присягу, сохранили мы честь,
Для потомков какой мы оставили след?
Припев.
Как предателей нас осудила страна,
Нам плевали в лицо и вели на расстрел.
Кто остался здесь жив – увели в лагеря,
Но немного таких, кто бы здесь уцелел.
Рядом с нами и дети, и внуки лежат,
Их и не было, нет и не будет потом…
Мы вросли в эту землю, и кто виноват:
Не взойдем мы весной ни травой, ни зерном?
Припев.
Навевает такууууууую боль!!
Спасибо,Таня за такую реакцию. О 2-ой ударной армии мне рассказывала мама. Она в 70-х годах, будучи художницей, прекратила ботать по специальности (катаракта глаз) и начала работать экскурсоводом, специализируясь по Пушкину. Попутно, ей много рассказывали о войне на линии Ленинград-Москва. И, в частности, она встречалась с немногими солдатами, ополченцмаи, которые были в те дни в составе 2-ой ударной армии. Это действительно трагическая история