В проходной спросили: «Кто ты?
и зачем пришёл сюда?»
Интересно стало, что-то.
Рай не видел никогда.
Проходи, Сказал архангел:
«Поживёшь здесь до суда,
потому что здесь уютно,
а у вас там холода.»
Проводил меня до дома,
показал мою кровать,
подарил бутылку рома.
Выпил я, улёгся спать.
Просыпаюсь в красных перьях,
не хочу ни пить, ни есть,
ангел я, а там за дверью,
их таких, не перечесть.
Все смеются, все довольны.
Я подпрыгнул и лечу.
Приземлился на балконе.
Стоп! Чего же я хочу?
В райский сад слетать, быть может?
Полетел. Красиво там.
Не хотел, но клюнул, всё же
и смотрю по сторонам.
Этих яблок спелых, сочных,
хочешь ешь, а хочешь клюй,
но они для непорочных.
Вот сиди здесь и тоскуй.
Может мне слетать до дома?
Без проблем — легко! Лечу.
На столе бутылка рома.
Бац! А пить я не хочу!
Бред. Автор идиот.
С пьяна пишу иль сочиняю,
Еще я даже не решил.
Тоску в стакан свой загоняю,
Тружусь не покладая сил.
А в перерывах черкну строчку –
Глядишь, стишок уж сочинил.
Вдруг на чернильницу как кочку,
Чертенок беленький вскочил.
— Привет поэт! Какую бочку,
Ты за сегодня осушил?
Я ничего не понимаю,
Из бочки я еще не пил,
Я самогоном укрепляю,
Себя, талант по мере сил.
Зачем такое обвиненье,
Я честный очень имярек,
Прочти мое стихотворенье,
Хотя ведь черт не человек.
Сгинь! Сгинь! Отродье! Наважденье!
Бесовска жизнь, бесовский век.