КАК НАПИСАТЬ ИНТЕРЕСНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ?
Я выбирал критерии, которые, на мой взгляд, обеспечивают читателю удовольствие от чтения, для чего и пишется литература по У. С. Моэму.
Вообще, литература обман читателя по определению — «сочинение». Ну что ж с того. «Я сам обманываться рад!» — писал Пушкин. Главное, чтобы автор, имеющий право на вымысел, убедил читателя в правдоподобности рассказанной истории.
Если в театре и кино психологический настрой создаётся мимикой, интонацией речи, позой героев, то в художественном произведении описание этих признаков мало что даёт.
Итак, методы придания интересности и жизненности произведениям.
— «С места в карьер!». Яркая завязка, нагнетаемая кульминация, неожиданная развязка».
— Действие, действие и, ещё раз, динамичное действие, однако, чередуемое «психологизмами».
— Минимум описательности, максимум диалога. Необходимое описание обстановки – также в диалоге героев.
— Лёгкость, неутомительность чтения. Здесь, помимо сознательного упрощения языка (мовизм по Катаеву) следует сохранять психологический оптимум: читателю должно быть понятно 70% информации в произведении, чтобы не устать, но 30% должно быть относительно новой информации, чтобы не заскучать от всем известного содержания.
Так же сознательно писатель не должен везде стремиться к правильной литературной речи, особенно в диалогах. В реальном общении её не бывает, и все классики часто писали «неправильно».
— Беспощадное удаление приевшихся штампов и лишних слов-паразитов, через которые не доходит первозданный смысл слов и утяжеляются предложения. Можно написать: «Они купались. Полина громко смеялась и брызгала в Андрея водой». И можно: «Купались. Полина заразительно смеялась и брызгала в Андрея.» При сравнении – первая фраза кажется «топорной», хотя и отличается всего тремя словами.
— Лучше недосказанность – читатель сам домыслит по собственному опыту, чем разжёвывание, насаждение смысла изображённого эпизода. Смысл должен быть понятен из описания самого эпизода.
Идеал художественной силы произведения – привести читателя к откровению, очистительному катарсису оздоровления души или, хотя бы, приблизиться к этому.
Лично я, больше других, ценю тему самоутверждения человека, достижения в жизни Радости. Такой подход благотворней влияет на здоровье читателя, чем взывание к состраданию несчастьям, которыми так богата нынешняя жизнь и без него, автора любимого.
А какая задача для писателя может быть благородней, чем повышение духовного и физического тонуса своих пациентов и расширения ими диапазона приемлимости новых эмоций? Что делает насыщенней и увлекательней нашу жизнь. Не надо лукавить – познавательная и воспитательная ценность научной литературы куда выше литературы художественной. В то же время установлено, что чисто медицинские методы влияют лишь на 10% качества жизни и очень нуждаются, кроме здорового образа жизни, в дополнении искусством и литературой.
Конечно, рассмотренные признаки не являются исчерпывающими. Но при отсутствии их в произведении, навряд ли, автору удастся притянуть читателя к чтению своего опуса «от корки до корки».