ПОД НЕБОМ РИВЬЕРЫ
Пилотный сценарий первой серии.

На 35 — 40 минут

Первые роли: Я (Дима), Лена, Липарит.
Эпизодических ролей — 10 (см. по тексту)
Натура:
Море, пляж, санаторий, парк, набережная, дискотека, гостиница.

Условные названия разделов сценария:

1. ОЧАРОВАННЫЙ
2. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!
3. ЗВЕЗДА «РИВЬЕРЫ»
4. НОЧНОЙ ПРОМЕНАД
5. ДИСКОТЕКА
6. НАЕДИНЕ С ЧУДОМ

Титры – 1 минута под спокойную радостную музыку

1. ОЧАРОВАННЫЙ
Чистое время: 8-9 минут. Одноплановых мизансцен — 8.
Роли: (Первые)
1. Я (Дима), 27-30 лет
2. Лена, 18-19 лет , блондинка
3. Липарит, 50 –55 лет, армянин
(Вторые)
4. Щуплый кавказец, 20-30 лет
5.Спасатель со свистком, 20-40 лет
6.Массовка – толпа загорающих на пляже, в основном
женщины 35 — 45 лет.

Натура: Море. Пляж. Судно в море. Ротонда. Двор санатория с розами. Здание санатория. Коридор санатория. Комната в санатории
На пляже (1)
Сцены:
Плещется море. Берег. Вывеска «Пляж санатория «Ривьера». Пляж. Загорающие. Женщин больше, чем мужчин. Крупным планом несколько женских фигур. Среди загорающих герои — мужчины: Я, Липарит. Рядом с нами переносной магнитофон — Сони. Пока выключен.

Липарит толкает меня в бок, обращая внимание на одинокую, ещё не загоревшую, молодую блондинку на лежаке в солнечном абрикосовом купальнике и включает на «Sоньке»:
— Это мой любимый мелодий молодости!
Звучит: «Эти глаза напротив!» в исполнении Ободзинского.

Девушке восемнадцать — девятнадцать лет, собранные в узел белые волосы, с соломенным отливом, приятно округлая форма лица без обозначенных скул с детским, но умным выражением, большие спокойные глаза, сопровождённые тёмными, не подкрашенными бровями и ресницами.
Чуть вздёрнутый аккуратный носик, маленькие аккуратные кисти с коротко постриженными, некрашенными перламутровыми ноготками.
Она, вообще, чужда какой-либо косметики.
У блондинки длинные, но полные ноги. Мягкие поверхности бёдер ровно сходятся, без единой щелочки, голени и щиколотки привлекательно полноваты и тоже сходятся без зазора, заканчиваются маленькими ступнями с высоким подъёмом.
Блондинка чуть поворачивает голову в нашу сторону на звук магнитофона, окидывает нас взглядом и тут же равнодушно вновь опускает голову на лежак.

Девушка встаёт. Делает несколько разминающих движений и идёт к морю.
Мы с Липаритом едим её глазами.
Девушка входит в море.
Я: — Пошли купаться!
Липарит: — Нэт, море для меня холодный!

2. Вид с моря
Я заплываю метров на двести и оборачиваюсь. С моря открывается сказочный вид на набережную: кверху многоярусными рядами выстроились разлапистые пальмы, сверкают на солнце белоснежные беседки и балюстрады для спуска к воде, выше за ними выступают гордыми лайнерами белые, розовые, голубые здания здравниц и гостиниц.
— Слава этой благословенной земле! – восторженно кричу я.

3. Спасение на водах
Я поворачиваюсь лицом к морю, ищу глазами девушку. Сначала я вижу быстро идущее судно, потом девушку, не замечающую его и плывущую вблизи его.
Судно крупным планом, пышущий пар из выхлопных дюз.
— Плыви назад! – кричу я и крупными гребками плыву навстречу.
Девушка замечает, наконец, судно и во все силы испуганно пытается отплыть от него. Но судно близко и притягивает её тело. Когда мы встречаемся, силы покидают её, мне приходится обнять русалку за талию одной рукой, чтобы поддержать на плаву, отгребаясь другой от притяжения. Грозное судно, включив на всякий случай оправдательный гудок, шелестит мимо, обдав нас пышущим паром из выхлопных дюз.
— Держись мне за ноги! – командую я девушке, и наш тандем благополучно причаливает к берегу.

3. На пляже (2)
Нас встречает высыпавшая на берег приличная толпа пляжников и вынырнувший откуда–то штатный спасатель, который изо всех сил, как Соловей-разбойник, надсадно дует в свисток, демонстрируя свой высокий профессионализм.
— Я замёрзла. Проводи меня, – просит девушка, ей неловко от всеобщего внимания.

Она подходит к своему лежаку, одевается: блузка, джинсовая юбка.
Я лихорадочно, рядом с Липаритом, напяливаю спортивный костюм.
— Уже повёл? Какой девушка!
— Ладно! – машу я рукой и подхожу к девушке.
Мы поднимаемся по ступенькам до ротонды, обозначающей вход на пляж.

4. У ротонды
— Как тебя зовут? – спрашивает она.
— Дмитрий.
— А меня Елена. Ой, давай без взрослости! Дима и Лена.
— Конечно! Ты откуда? – радостно поддерживаю я.
— Из Томска.
— Студенческий город! — уважительно сообщаю я красавице единственную известную мне информацию о Томске.
— Да, Томск – город студентов. Я сама на втором курсе университета.
— На кого учишься?
— На психолога.
— Ого! С тобой надо держать ухо востро.
— Да, ну. Ничего я, пока, в жизни не понимаю, — смущается девушка.
— Так скоро экзамены. Как же ты уехала на юг?
— Дали турпутёвку. Книжки с собой взяла.
— А где живёшь? – решаю я зацепить о ней полезные сведения, пока плавно течёт беседа.
— В гостинице «Таврия».
— Я не знаю, где это, только сегодня ночью приехал.
— А я вчера. Это туда выше — через парк «Ривьера».
— Завтра праздник, надо что-то закупить, а тут даже магазинов не видно.
— Около «Таврии» много магазинов, могу показать.
— А ты определилась, как праздновать?
— Не знаю. В гостинице девчонки со мной в комнате, трое, они вместе, с одного фака, а я одна.
— Да мы тоже пока только вдвоём с Липаритом.
— Это который Соньку крутит?
— Это он для тебя,
— Вот ещё!
— Ну что, празднуем вместе?
— Ладно! Девчонки застряли пиво пить в «Петушке», а я на ваш пляж пришла, пиво не люблю.
— А коньяк?
— В Сибири все пьют крепкие напитки, — улыбается она, обнажив ровные жемчужные зубки.
Девушку освещает солнце, и сама она светится, как солнышко.
— Так, забежим ко мне за сумкой и в магазин. Пошли, солнышко? – улыбаюсь я.
— Пошли-и-и! –мелодично повторяет она .
К счастью, на входе нам никто не встречается.

6. В коридоре
Мы благополучно по кружевной анфиладе коридора добираемся до моей комнаты, расположенной в одном из полутёмных, таинственных виражей помещения, на изгибах которого под сенью комнатных пальм застыли мраморные фигуры древнегреческих героев.
— Как здесь красиво! – останавливается Лена перед скульптурой дискобола, рельефно напружинившего мускулы перед броском.
— Самая красивая здесь ты, — отвечаю я и, осторожно, чтобы
Лена не почувствовала мой тычок, притягиваю её к себе и целую.
Она чуть вздрагивает, но не сопротивляется.

7. В комнате
Мы заходим в комнату. Я вытаскиваю из шкафа сумку для закупаемой снеди, всем видом показывая, что мы зашли сюда по делу, бросаю её на стол и говорю, как бы между прочим:
— Вряд ли представится потом случай одним выпить за знакомство. Давай сейчас!
Наливаю в резные стаканы по пятьдесят грамм «Арарата» из недопитой нами с Липаритом вчера бутылки.
— У тебя аргументы лучше, чем у нашего профессора психологии, — улыбается Лена. – А ты откуда?
— Из Новосибирска – вру напропалую я, чтобы представиться
близким земляком, предавая родной Екатеринбург.
— О, земляк!
— За дружбу, на брудершафт?
— А, за дружбу! – машет девушка рукой.
Мы перекрещиваем руки и пьём. Лена стоит и светится в улыбке.
Я наклоняюсь и, совсем не по дружески, впиваюсь в её пухлые детские губы. Она выдерживает пару секунд, потом отшатывается.
— Тебе не нравится? – спрашиваю я.
Пауза.
— Стрёмно! Наоборот, нравится. Сама не знаю, что со мной, наверно, юг и коньяк!
— Разве не естественно влечение полов друг к другу? – обращаюсь я к её университетскому интеллекту.
— Дима, раз такой разговор, ты должен знать, что я девушка.
Я не готова на большее, кроме поцелуев.
— Я не стремлюсь Лена к большему, если не хочешь.
— Очень хочу в это верить, мне хорошо с тобой, совсем не думала, что так быстро … буду целоваться.
— Ну насчёт быстро, биополя двух полов либо сразу тянутся друг к другу, либо отталкиваются, – с пафосом объясняю я.
— Я знаю это, но ты не так понял.
— А как?
— У меня недавно был друг, дружили больше года и расстались, он сказал, что не может больше быть со мной … без физического обладания.
Я усмехаюсь:
— Странным было бы другое с такой девушкой.
— Какой? Я самая обычная.
— Это тебе кажется. Не знаешь своей силы в глазах мужчин.
— Я ходила только с ним. Все на курсе знали, никто больше не приставал.
— Давно разошлись?
— Перед отъездом.
— Не можешь забыть его?
— Нет, забыла. Я точно узнала, что он гулял со мной, а спал с другой!
— Это понятно! Ты его так возбуждала, что нужен был какой-то сексуальный выход .
— Господи, я знаю тебя только час, а мы ведём такие разговоры!
Я замолкаю. Она думает, что пресекла меня и улыбается:
— Да нет, не бери в голову, я сама удивляюсь, но мне хочется быть с тобой откровенной. Понимаешь, я психологически не готова к сексу! Росла в очень строгой семье.
— Родители – староверы?
— Откуда ты знаешь?
— Подумал об этом, как увидел тебя.
— Почему?
— Чувствуется чистокровная славянская порода, — смеюсь я.
— Ладно, пошли! – хохочет она в ответ.

2. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!
Время: 4 минуты. Мизансцен 4 .
Роли: Первые:
Я, Лена.
Вторые:
три девушки 18-ти – 20 лет, продавщица в магазине, массовка в пивбаре, в магазине .
Натура :
Парк, бассейн с искусственными лягушками, большой дуб, анимация, пивбар, продуктовый магазин, вид на гостиницу.

1. В парке
Мы выходим из санатория и идём через парк. Рядом шагает чудо, на которое непроизвольно озираются все встречные мужики, люто мне завидуя. Лена смущается:
— Кошмар какой-то! Так и едят глазами.
— А дома как?
— Сибиряки — сдержанный народ. Я бы не пошла с тобой, не знай, что ты из Сибири.
— Дискриминация по месту жительства?
— Да дело не в месте. Ребята с университета, с которыми летела, тоже вчера засуетились. Ну, прямо, каждый лезет!
— Юг меняет людей. Тут щепка на щепку лезет, чтоб жизнь не проходила мимо.
— По твоему, жизнь заключается в сексе?
— А в чём для тебя?
— Нечестно! Вопросом на вопрос.
— Ладно, ответь старшему.
— Знаешь, я увлекаюсь спортом. Первый разряд по волейболу. Люблю будущую профессию – психологию. Люблю театр, музыку, книги. В Интернете люблю копаться.
— Короче, есть куда деть энергию! – хмыкаю я.
— Не знаю, может быть со временем изменюсь.

Мы подходим в парке к группе уютных водоёмчиков с завитыми по окружностям бетонными стенками. На огромных зелёных листах лилий сидят большие лягушки и квакают.
— Чудесно! – изумляется Лена, — не боятся людей!
Я хохочу, зная секрет лягушек.
— Они механические.
— Не может быть!
— Вода! Дотянуться нельзя, потрогать.
— Ну уж нет! – Лена снимает босоножки и входит в воду.
— Правда, холодные, – разочарованно произносит она. А цветы настоящие? — трогает она лилии. – Похоже настоящие, только я этому не верю теперь.
— Вот видишь, правда условна. Всё в жизни только кажется!
Лена подозрительно смотрит на меня.
— Шутишь? А может так и есть?
Потом она задумывается и замолкает до самого выхода из парка. На хорошеньком личике отражается борьба мировоззрений.

2. У дуба (кульминационная сцена)
Мы останавливаемся за парком у огромного развесистого дуба, он приветливо шелестит красавице ветвями. Лена в ответ гладит его по узорчатой коре и потом обнимает.
— У нас кедры! – говорит она, щурясь на солнце.

Я замираю и закрываю глаза от острого ощущения единения этой чудной славянской богини с природой. И с Вечностью …
Бывают светлые минуты прозрения, когда человек чувствует себя одновременно и частицей Вселенной и всей Вселенной сразу. (Эту кульминацию можно изобразить анимацией: Дуб с ветвями и корнями, Лена летят над парком к Солнцу, огненный вихрь, внутри его уже Лена, Дима, взявшись за руки; потом звёздное небо, звёзды кружат хоровод вокруг пары. Дима открывает глаза, снова Лена, обнявшись с дубом. Или что-нибудь подобное на фантазию режиссёра.)

3. В магазине
Мы заходим в магазин, где я покупаю буженину, швейцарский сыр с дырками, розоватую черноморскую кефаль горячего копчения, четыре бутылки пива, зелёный горошек, шоколад и ещё какую-то зелень. Пировать, так пировать! Тут подбегает Лена, в руках у неё прозрачный пакет с фруктами и … коробка креветок.
— Вот это да. Любовь с первого взгляда! – шучу я.
— Ой, у меня всё здесь как-то внезапно, — смущается девушка.
— Свежесть чувств приветствуется! – восклицаю я и крепко прижимаю и целую благоуханное чудо, не обращая внимания на покупателей, которые улыбаются нам.

— Да что такое со мной? – опять страдает она, когда мы
выходим из магазина. — За всю жизнь ничего подобного себе не позволяла!
Я только подсмеиваюсь, не слишком, чтобы не обидеть её, да и не над ней, а просто от избытка чувств.

— Подожди меня на улице, — просит Лена, мы очутились около гостиницы, и скрывается за входной дверью.

3. ЗВЕЗДА РИВЬЕРЫ
Время 7 минут. Мизансцен 4.
Роли: Первые:
Я, Лена, Липарит.
Вторые:
Массовка в парке, прохожие женщины из санатория, гармонист, певунья, массовка с пляской.
Натура: Вход гостиницы, парк, вход в санаторий, номер в санатории, двор санатория.

1. Звезда Ривьеры
Наконец, на фоне подъезда появляется белокурая сверкающая кинозвезда. Лена распустила и подзавила волосы, на ней кружевное лиловое платье с широким коричневым кожаным поясом, сверху которого переливается серебристое жемчужное ожерелье, ножки перестукивают высокими устойчивыми каблучками таких же, как платье, лиловых модных туфель. Я встаю со скамейки, смотрю в оцепенении на неё и не могу тронуться, страшась, что исчезнет пригрезившееся видение. На её лице и сейчас нет никаких следов косметики, оно излучает только свежесть.
— Не смотри так на меня, — неподдельно жалостно просит Лена.
— Страшно идти рядом с тобой, — очнулся я.
— Ну не надо, Дима, – и она целует меня в нос.– Не смущай девушку.
Я откликаюсь робким благоговейным поцелуем, слегка коснувшись её губ.

Она подхватывает меня за руку, и мы скоро и весело топаем обратной дорогой к санаторию. Тёплый бархатный вечер, в парке звучит музыка, улыбаются гуляющие пары, опять квакают лягушки, буйная зелень и цветы издают тот особый терпкий сексуальный аромат, который случается один раз в сутки, когда растения переходят с дневного ритма выделения кислорода на свету к выделению углекислого газа в темноте. Мы нюхаем цветы. Мне хочется плясать и прыгать, сердце выскакивает из груди от избытка адреналина, но я, выпрямившись, как статуй, чинно сопровождаю роскошную даму, хотя со стороны её соседство со мной в спортивном, пусть и красивом зарубежном костюме не кажется уместным.

2. Праздник
Мы проходим в комнату. На столе стоит новая бутылка «Арарата», открытая банка с чёрной икрой и пакет апельсинового сока с надрезанным уголком. Кроме того, Липарит успел где-то стибрить дополнительные стаканы и стопку тарелок с вилками.
Стол уже выглядит по-праздничному. Когда же Лена, отбиваясь от назойливой помощи армянина, нарезает и раскладывает на большую тарелку буженину, сыр, рыбу; на мелкие три тарелочки – для каждого из нас, аккуратные горки чёрной и красной икры, украшенные зеленью и лимоном (я тоже достаю из чемодана баночку с икрой), а на другую тарелку фрукты и пару плиток шоколада, то Липарит восхищённо произносит:
— Это стол ресторан «Ани», как у нас в Ереван.

Я, между тем, открываю дверцу шкафа и переодеваюсь за ней. Когда я предстаю перед обществом в чёрном итальянском костюме с узкими белыми полосками, в рубашке ослепительной белизны и в галстуке «от Диора» с картинкой женщины-змеи, то Липарит только всплёскивает руками:
— Где мои тридцать лет!
Лена же, как сомнамбула, с вытянутыми вперёд руками, подходит ко мне и обнимает за шею. В её взгляде я читаю всё: «Мне с тобой хорошо. Я тебя люблю. Мне очень хочется поцеловать тебя, но я стесняюсь Липарита. И ты тоже не делай этого».

Я всё понял, не целую, но возбуждённой энергии нужен выход. Я поднимаю девушку на руки и испытываю, при этом, новые для меня , тактильные ощущения кончиков пальцев, достигающих тёплого женского тела через перекатывающуюся сеточку кружевного платья. Лена мелко дрожит от этого непроизвольного массажа и, когда я усадил её на кровать, лицо её пунцово рдеет, а всё пространство вокруг электризуется чувственными феромонами, исходящими от возбуждённой молодой женщины.
Липарит вдыхает воздух, непроизвольно крякает и разливает в стаканы коньяк:
— Первый тост я предлагаю выпить за весну, которая сегодня осчастливила своим присутствием наше скромное жилище!
К моему удивлению, армянин произносит сложную, цветастую фразу ни разу не нарушив падежей.
Мы смыкаем стаканы и пьём. Сразу похорошело ещё больше, хотя больше для меня уже некуда.

4. НОЧНОЙ ПРОМЕНАД
Время: 3 минуты. Мизансцен – 2.
Роли: Первые:
Я, Лена, Липарит.
Вторые: праздничная толпа.
Натура: комната, двор, берег моря вечером, морской заплыв, набережная, парк.

1. Заплыв
Мы выпиваем ещё по разу, прихватываем с собой бутылку и закуску и выходим прогуляться. Вечер. Толпа направляется со двора к морю и мы устремляемся вслед за ней. На пляже я ,естественно, решаю искупаться и начинаю раздеваться:
– Ночное купание — моя стихия! Пошли?
Южанин отказывается:
— Лэтом будем купаться!
Лена, порывается, было, сбросить платье, но вспоминает:
— Ой, я без купальника!

По пьяне и от восторга, я заплываю в море так далеко, как не решился бы даже днём. Я почувствовал это, когда, вдруг, исчезают все прибрежные шумы и слышится только шелест волн. Я оборачиваюсь. Далеко на берегу светятся огоньки и в затуманенной коньяком голове нет ни малейшего представления – куда плыть назад. Чувство самосохранения подсказывает – надо плыть по кратчайшей прямой. Но берег изрезанный, и эта прямая оказывается обманчивой. Когда я утыкаюсь в прибрежную гальку, то на берегу не видно ни одного строения, напоминающего санаторный пляж. Слава богу, я правильно определил направление, куда возвращаться. Бреду почти километр, вот так кривой берег путает расстояния.

2. Стресс
Наконец, я различаю на пляже идущие фигуры Лены и Липарита. Лена всхлипывает, а Липарит, укрыв её своим фирменным пиджаком и обняв за плечи, утешает:
— Что ты, Лен? Успокойся, ты знала его всего один день! Пойдём пить коньяк.
— Козёл! – тихо сказал я. — Ты был бы рад, чтобы я утонул. Уже уводишь девушку утешать в злачное коньячное место.

Я делаю ход конём. Вскакиваю на набережную и пробегаюсь по ней вперёд. Потом спускаюсь на пляж за ограждение и предстаю перед группой, как из под земли. Эффект — потрясающий. Лена сбрасывает с плеч руки Липарита вместе с пиджаком и рыдая, падает мне на грудь. Она в неистовстве обнимает и целует меня, совершенно забыв про Липарита и причитает:
— Милый мой, родной, единственный!
Липарит сначала опешил и замирает, его гримасу невозможно описать, в ней всё: и удивление, и негодование по поводу моего внезапного воскрешения, и, одновременно, радость нового обретения друга по комнате, и сомнение по поводу искреннего страдания и радости девушки.

Мы выпиваем из бутылки коньяку. Липарит идёт домой, а я, прихватив в барсетку початую бутылку, заворачиваю с Леной в парк «Ривьера», по направлению к гостинице «Таврия». Всю дорогу я пытаюсь своими поцелуями в глаза осушить её слёзы, но молодая впечатлительная девушка, да ещё подогретая коньяком, всхлипывает и всхлипывает.

5 . ДИСКОТЕКА
Время: 8-9 минут. Мизансцен: 5.
Роди: Первые:
Я, Лена, Джо (худой, 20 лет)
Вторые: парень(худой, восемнадцать лет), диск жокеи ( парень с девушкой ), стриптизёрша, массовка в дискотеке.
Натура: У входа в дискотеку, зал дискотеки, дискотечный реквизит.

1. Диско.
В парке гремит праздничная дискотека.
Мы, ошарашенные, купив билеты, останавливаемся у входа в зал. Гремит музыка.
— Ого! – произносит Лена восхищённо.
— У нас в губернском городе такой нет! – соглашаюсь я с ней.
В воздухе повисают и лопаются, разбегаясь тысячами брызг разноцветные лазерные шары, полная иллюзия ракетного фейерверка.

От стенки на приподнятом подиуме в такт музыке строчит в зал лазерный пулемёт, девица, у которой, видимо, хирурги вытянули ноги до невообразимой длины, совокупляется с золотистым шестом, кажется, что её тело в невесомости, так как ей совершенно всё равно – в какой позиции оно по отношению к шесту: вверх, вниз, вбок вертятся её голова и ноги. Диск жокеев двое: полуголый парень с бантиком на шее и ярко красной сверкающей блямбой в промежности и высокая девушка в условном костюмчике с такой же красной, излучающей причёской.
Пара кричит, время от времени, в микрофоны:
— Рэп , рэп – это крэк!
— Юг, юг – это глюк!
— Сочи, Сочи с кайфом ночи!
— Шевели помидорами!
— Поддай ему задницей!

Публика здесь тоже другая. Среди молодёжи мелькает много зрелых мужиков, таких же полураздетых как юнцы, девочки обнажены до неприличия, как не принято в нашем городе. Половина из них – «топлес» и в зауженных до предела плавках, другие в обтягивающих, почти прозрачных лайкровых трико и платьях. У многих на шее, на запястьях, на поясе болтаются светящиеся мерцающие амулеты – последний крик моды на светодиодах с микробатарейками.

— Сбацаем! – предлагаю я девушке, и мы вливаемся в общий
водоворот. Одной рукой я придерживаю на плече небольшую сумку, в которой недопитый коньяк и Ленина сумочка.
Лена понемногу расходится, быстрый танец она исполняет превосходно и скоро тоже начинает подкрикивать вместе с публикой:
— Юг, юг – это глюк!
Он , впрочем, не теряет головы – кругом просто обезумевшие юнцы с потными телами и пеной у рта. Тут к нам подскакивает парень и прилаживается рядом с Леной, невообразимо вихляясь в сексуальных позах, не уступая стриптизёрке на сцене:
— Хоп! Хоп! Ты просто королева диско!
— Что они такие сумасшедшие? – спрашивает Лена.
— Экстази наглотались. Сейчас нас будут охлаждать. От таблеток пить хочется.

Действительно, диск-жокеи стали со сцены поливать публику водой – девушка брызгает из какой-то бездонной бутылки, а парень включает настоящий брандспойт с распылителем. Толпа жадно подставляет рты под брызги, но они не утоляют , а только разжигают жажду, поэтому многие рвут к прилавкам по периметру зала, хватают севенап и прочие прохладительные напитки, которы , замечаю я по крупным табличкам, идут по цене бутылки хорошего вина.

2. Туман.
— Туман! Туман! – заорала публика.
— Ого! Сегодня праздник – они дадут туман! – восклицает Джо.
— Что это? – спрашиваю я.
— Смотри! – показывает он на сцену.

Там выкатили … пушку с огромным жерлом, диаметром с метр. Музыка и световые пулемёты заметались в невообразимом ритме психоделики. Диск-жокей пододвигает пушку к самому краю подиума и включает генератор дыма. Завертелся большой вентилятор в её жерле. Пушка забрызгивает всё вокруг мощной струёй белого тумана
с запахом жасмина. За минуту туман покрывает сверху весь зал.. Толпа приходит в состояние неописуемого экстаза. Кто застывает в состоянии полной прострации, выкинув вверх руки и с остекляневшими глазами, другие … начинают совокупляться прямо в зале, благо с одного метра их трудно рассмотреть.

3. Драка
Парень подскакивает к Лене и сжимает её в объятьях, явно с известными намерениями. Девушка от неожиданности и сумасшедшей вакхналии вокруг, вдруг, обмякает и наглец срывает до колен с неё трусы. Я подскакиваю и влепляю ему хук правой в подреберье. Он выпускает добычу, но не падает, скотина, («откуда столько силы в этом худощавом заморыше?» — дивлюсь я) и пытается, развернувшись, вдарить меня ногой. Я не люблю и не умею драться, но так разъярён покушением на моё сокровище, что, непонятно как, перехватываю ногу и дёргаю за неё. Птенец рушится на пол, но тут же вскакивает и идёт на меня, в руках у него тонкий металлический прут, который он как-то сумел пронести – на входе всех обшаривали. Интересно, что публике вокруг, драка до фени. Юнец сумел огреть меня прутом по плечу, тут от боли я совсем свирепею и бугаём бросаюсь на парня, чтобы сокрушить его как попало, но … он, вдруг, сам оседает на пол, хватаясь за промежность. Из облака тумана показывается Лена, она дёргает меня, причём за побитую руку, я ору от боли, но устремляюсь за ней.

4. Побег.
Скоро мы учащённо глотаем свежий воздух на улице.
— Прости меня за боль, не разобралась! — говорит Лена, потом
перехватывает меня за здоровую руку и тащит дальше:
— Уходим!
— Подожди!
— Нет! Это местные, хрен знает сколько и , — ругается девушка,
и, я, поняв, что опасность не преувеличена, растворяюсь вместе с ней в придорожных кустах.

6. НАЕДИНЕ С ЧУДОМ

Время: 9 минут. Мизансцен: 4.
Роди: Первые:
Я, Лена
Вторые: дежурная гостиницы.
Натура: Гостиница, холл, гостиничный номер

1. Душевный разговор
Подходим к гостинице.
Администрация, в лице полноватой тётки в конторке на входе, по случаю праздника, пьяна и милостиво махает нам разрешение рукой:
— Праздник сегодня! Проходите!

Мы поднимаемся на второй этаж. Я плюхаюсь в холле в широкое кресло. Свет в коридоре выключен, поздно, где-то около двух часов ночи, но в окно светит луна, и, приспособившись к её слабому свету, я различаю на щеках любимой красные полоски от слёз и слизываю своим языком горьковатую влагу.
— Как кошка, — наконец, улыбается Лена.
— Угадала! По восточному гороскопу – я кот.
— А я телец.
— Другого я и не представлял. Ревёшь, как тёлка, — шучу я.
— Тебе-то хорошо. Ты знал, что не утонул! А ещё, что можешь дать сдачи этому подонку.
— А по другому гороскопу – я скорпион. Вода – моя стихия, так что утонуть я не мог
Лена улыбается, обнимает меня в замок за шею и крепко целует.
— Лена, Лена, что ты со мной делаешь? – шепчу я и кладу обе
свои ладони на выступающие шары её грудей. Она терпит с полминуты, как будто к чему-то прислушиваясь, потом мягко снимает мои руки с грудей и кладёт их взамен на свои гладкие обжигающие бёдра, отчего мне не легче, я весь дрожу . Тогда она перекладывает мои руки к себе за спину:
— Дима, а ты женат?
— Женат, — не скрываю я, никогда не скрывал это от женщин.
— А дети?
— Дочка – восемь лет. Такая миленькая! – взгрустнул я по своей белоголовой Иринке.
— А на юг ездишь без жены?
— Когда как. А, вообще, если честно, я женился очень рано — в девятнадцать, теперь я точно знаю, что мужчина должен выгуляться.
— Дима, есть ли любовь на всю жизнь? И, вообще, что такое любовь?
— По моему любовь, это когда соединяются и переплетаются биополя партнёров. Если резонансы полей совпадают, то обоих пронзает разряд, резонанс резко усиливает духовную энергию! Наверно, это и есть «любовь с первого взгляда». В идеальном случае поля могут неразрывно слиться друг с другом и тогда … Тогда любовь на всю жизнь. Потому что их очень трудно разорвать.
Мне кажется, что наши поля сливаются, — шепчет девушка и
крепко целует меня.
Я готов стиснуть, раздавить, съесть это благоуханное существо и еле овладеваю собой и унимаю дрожь рук.
— За это выпьем, — достаю я из сумки прихваченную початую бутылку с коньяком.
— Ой, а закусывать нечем. И платье всё смяла. Подожди я загляну в комнату.

2. Вспышка (Кульминация)
Лена осторожно открывает дверь в свою комнату, расположенную как раз напротив холла, и исчезает там. Возвращается через долгих пять минут, переодетая в махровый халатик, в руках у неё бутерброд с красной икрой и два яблока.
— Девчонки от пира мне оставили.
Лена разламывает бутерброд пополам, мы выпиваем из «горла» и со смаком закусываем.

Она опять садится ко мне на колени боком и опять обнимает и целует меня. Она источает пряный запах возбуждённой молодой девичьей плоти – он сводит меня с ума, я, как-то нечаянно, забираюсь ей руками под халат и обнаруживаю такое …. Лена без трусов.
Не знаю, чего больше закрутилось в моём сознании: изумления или восторга. В следующий момент срабатывает основной инстинкт, срабатывает основательно, член напрягается так, что кажется, что звенит, сознание отошло на задний план, я разворачиваю Лену на девяносто градусов и перекидываю одну её ногу через свои колени. Потом я лихорадочно расстегиваю замок на своих джинсах и облапиваю двумя руками её спортивные амортизирующие ягодицы. Кончиками пальцев я ощущаю пушок чуть выше черты между ягодицами и осторожно вхожу в девушку.
В этот момент Лена, вдруг, дёргается и, едва подавляя крик, срывается с проникшего в неё жала:
— Больно!
Я притягиваю её к себе, она вся дрожит и чмокает меня в висок:
— Милый, я сейчас приду, — и, соскочив с моих колен,
потихоньку исчезает в своей комнате.

3. Финиш
(Сцена на фоне медленной тревожной музыки)
Я сидел, ждал её и тоже дрожал. Смотрел на часы. Закурил сигарету.
Но… Лены не было.

Я прождал минут двадцать и осторожно приоткрыл дверь в комнату. Подружка, которая лежала с парнем сказала:
— Она спит. Сюда нельзя!
Я и сам видел, что Лена непритворно спит, в позе ребёнка в утробе матери, и мне ничего не оставалось, как уйти.

— Надо же, обманула! – повторял я по дороге к санаторию, – или нечаянно заснула?

Я пробрался в свою комнату через балкон и быстро уснул.
(Музыка резко обрывается )

КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ

ЭДУАРД СНЕЖИН (С)

ПОД НЕБОМ РИВЬЕРЫ
Пилотный сценарий первой серии.

На 35 — 40 минут

Первые роли: Я (Дима), Лена, Липарит.
Эпизодических ролей — 10 (см. по тексту)
Натура:
Море, пляж, санаторий, парк, набережная, дискотека, гостиница.

Условные названия разделов сценария:

1. ОЧАРОВАННЫЙ
2. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!
3. ЗВЕЗДА «РИВЬЕРЫ»
4. НОЧНОЙ ПРОМЕНАД
5. ДИСКОТЕКА
6. НАЕДИНЕ С ЧУДОМ

Титры – 1 минута под спокойную радостную музыку

1. ОЧАРОВАННЫЙ
Чистое время: 8-9 минут. Одноплановых мизансцен — 8.
Роли: (Первые)
1. Я (Дима), 27-30 лет
2. Лена, 18-19 лет , блондинка
3. Липарит, 50 –55 лет, армянин
(Вторые)
4. Щуплый кавказец, 20-30 лет
5.Спасатель со свистком, 20-40 лет
6.Массовка – толпа загорающих на пляже, в основном
женщины 35 — 45 лет.

Натура: Море. Пляж. Судно в море. Ротонда. Двор санатория с розами. Здание санатория. Коридор санатория. Комната в санатории
На пляже (1)
Сцены:
Плещется море. Берег. Вывеска «Пляж санатория «Ривьера». Пляж. Загорающие. Женщин больше, чем мужчин. Крупным планом несколько женских фигур. Среди загорающих герои — мужчины: Я, Липарит. Рядом с нами переносной магнитофон — Сони. Пока выключен.

Липарит толкает меня в бок, обращая внимание на одинокую, ещё не загоревшую, молодую блондинку на лежаке в солнечном абрикосовом купальнике и включает на «Sоньке»:
— Это мой любимый мелодий молодости!
Звучит: «Эти глаза напротив!» в исполнении Ободзинского.

Девушке восемнадцать — девятнадцать лет, собранные в узел белые волосы, с соломенным отливом, приятно округлая форма лица без обозначенных скул с детским, но умным выражением, большие спокойные глаза, сопровождённые тёмными, не подкрашенными бровями и ресницами.
Чуть вздёрнутый аккуратный носик, маленькие аккуратные кисти с коротко постриженными, некрашенными перламутровыми ноготками.
Она, вообще, чужда какой-либо косметики.
У блондинки длинные, но полные ноги. Мягкие поверхности бёдер ровно сходятся, без единой щелочки, голени и щиколотки привлекательно полноваты и тоже сходятся без зазора, заканчиваются маленькими ступнями с высоким подъёмом.
Блондинка чуть поворачивает голову в нашу сторону на звук магнитофона, окидывает нас взглядом и тут же равнодушно вновь опускает голову на лежак.

Девушка встаёт. Делает несколько разминающих движений и идёт к морю.
Мы с Липаритом едим её глазами.
Девушка входит в море.
Я: — Пошли купаться!
Липарит: — Нэт, море для меня холодный!

2. Вид с моря
Я заплываю метров на двести и оборачиваюсь. С моря открывается сказочный вид на набережную: кверху многоярусными рядами выстроились разлапистые пальмы, сверкают на солнце белоснежные беседки и балюстрады для спуска к воде, выше за ними выступают гордыми лайнерами белые, розовые, голубые здания здравниц и гостиниц.
— Слава этой благословенной земле! – восторженно кричу я.

3. Спасение на водах
Я поворачиваюсь лицом к морю, ищу глазами девушку. Сначала я вижу быстро идущее судно, потом девушку, не замечающую его и плывущую вблизи его.
Судно крупным планом, пышущий пар из выхлопных дюз.
— Плыви назад! – кричу я и крупными гребками плыву навстречу.
Девушка замечает, наконец, судно и во все силы испуганно пытается отплыть от него. Но судно близко и притягивает её тело. Когда мы встречаемся, силы покидают её, мне приходится обнять русалку за талию одной рукой, чтобы поддержать на плаву, отгребаясь другой от притяжения. Грозное судно, включив на всякий случай оправдательный гудок, шелестит мимо, обдав нас пышущим паром из выхлопных дюз.
— Держись мне за ноги! – командую я девушке, и наш тандем благополучно причаливает к берегу.

3. На пляже (2)
Нас встречает высыпавшая на берег приличная толпа пляжников и вынырнувший откуда–то штатный спасатель, который изо всех сил, как Соловей-разбойник, надсадно дует в свисток, демонстрируя свой высокий профессионализм.
— Я замёрзла. Проводи меня, – просит девушка, ей неловко от всеобщего внимания.

Она подходит к своему лежаку, одевается: блузка, джинсовая юбка.
Я лихорадочно, рядом с Липаритом, напяливаю спортивный костюм.
— Уже повёл? Какой девушка!
— Ладно! – машу я рукой и подхожу к девушке.
Мы поднимаемся по ступенькам до ротонды, обозначающей вход на пляж.

4. У ротонды
— Как тебя зовут? – спрашивает она.
— Дмитрий.
— А меня Елена. Ой, давай без взрослости! Дима и Лена.
— Конечно! Ты откуда? – радостно поддерживаю я.
— Из Томска.
— Студенческий город! — уважительно сообщаю я красавице единственную известную мне информацию о Томске.
— Да, Томск – город студентов. Я сама на втором курсе университета.
— На кого учишься?
— На психолога.
— Ого! С тобой надо держать ухо востро.
— Да, ну. Ничего я, пока, в жизни не понимаю, — смущается девушка.
— Так скоро экзамены. Как же ты уехала на юг?
— Дали турпутёвку. Книжки с собой взяла.
— А где живёшь? – решаю я зацепить о ней полезные сведения, пока плавно течёт беседа.
— В гостинице «Таврия».
— Я не знаю, где это, только сегодня ночью приехал.
— А я вчера. Это туда выше — через парк «Ривьера».
— Завтра праздник, надо что-то закупить, а тут даже магазинов не видно.
— Около «Таврии» много магазинов, могу показать.
— А ты определилась, как праздновать?
— Не знаю. В гостинице девчонки со мной в комнате, трое, они вместе, с одного фака, а я одна.
— Да мы тоже пока только вдвоём с Липаритом.
— Это который Соньку крутит?
— Это он для тебя,
— Вот ещё!
— Ну что, празднуем вместе?
— Ладно! Девчонки застряли пиво пить в «Петушке», а я на ваш пляж пришла, пиво не люблю.
— А коньяк?
— В Сибири все пьют крепкие напитки, — улыбается она, обнажив ровные жемчужные зубки.
Девушку освещает солнце, и сама она светится, как солнышко.
— Так, забежим ко мне за сумкой и в магазин. Пошли, солнышко? – улыбаюсь я.
— Пошли-и-и! –мелодично повторяет она .
К счастью, на входе нам никто не встречается.

6. В коридоре
Мы благополучно по кружевной анфиладе коридора добираемся до моей комнаты, расположенной в одном из полутёмных, таинственных виражей помещения, на изгибах которого под сенью комнатных пальм застыли мраморные фигуры древнегреческих героев.
— Как здесь красиво! – останавливается Лена перед скульптурой дискобола, рельефно напружинившего мускулы перед броском.
— Самая красивая здесь ты, — отвечаю я и, осторожно, чтобы
Лена не почувствовала мой тычок, притягиваю её к себе и целую.
Она чуть вздрагивает, но не сопротивляется.

7. В комнате
Мы заходим в комнату. Я вытаскиваю из шкафа сумку для закупаемой снеди, всем видом показывая, что мы зашли сюда по делу, бросаю её на стол и говорю, как бы между прочим:
— Вряд ли представится потом случай одним выпить за знакомство. Давай сейчас!
Наливаю в резные стаканы по пятьдесят грамм «Арарата» из недопитой нами с Липаритом вчера бутылки.
— У тебя аргументы лучше, чем у нашего профессора психологии, — улыбается Лена. – А ты откуда?
— Из Новосибирска – вру напропалую я, чтобы представиться
близким земляком, предавая родной Екатеринбург.
— О, земляк!
— За дружбу, на брудершафт?
— А, за дружбу! – машет девушка рукой.
Мы перекрещиваем руки и пьём. Лена стоит и светится в улыбке.
Я наклоняюсь и, совсем не по дружески, впиваюсь в её пухлые детские губы. Она выдерживает пару секунд, потом отшатывается.
— Тебе не нравится? – спрашиваю я.
Пауза.
— Стрёмно! Наоборот, нравится. Сама не знаю, что со мной, наверно, юг и коньяк!
— Разве не естественно влечение полов друг к другу? – обращаюсь я к её университетскому интеллекту.
— Дима, раз такой разговор, ты должен знать, что я девушка.
Я не готова на большее, кроме поцелуев.
— Я не стремлюсь Лена к большему, если не хочешь.
— Очень хочу в это верить, мне хорошо с тобой, совсем не думала, что так быстро … буду целоваться.
— Ну насчёт быстро, биополя двух полов либо сразу тянутся друг к другу, либо отталкиваются, – с пафосом объясняю я.
— Я знаю это, но ты не так понял.
— А как?
— У меня недавно был друг, дружили больше года и расстались, он сказал, что не может больше быть со мной … без физического обладания.
Я усмехаюсь:
— Странным было бы другое с такой девушкой.
— Какой? Я самая обычная.
— Это тебе кажется. Не знаешь своей силы в глазах мужчин.
— Я ходила только с ним. Все на курсе знали, никто больше не приставал.
— Давно разошлись?
— Перед отъездом.
— Не можешь забыть его?
— Нет, забыла. Я точно узнала, что он гулял со мной, а спал с другой!
— Это понятно! Ты его так возбуждала, что нужен был какой-то сексуальный выход .
— Господи, я знаю тебя только час, а мы ведём такие разговоры!
Я замолкаю. Она думает, что пресекла меня и улыбается:
— Да нет, не бери в голову, я сама удивляюсь, но мне хочется быть с тобой откровенной. Понимаешь, я психологически не готова к сексу! Росла в очень строгой семье.
— Родители – староверы?
— Откуда ты знаешь?
— Подумал об этом, как увидел тебя.
— Почему?
— Чувствуется чистокровная славянская порода, — смеюсь я.
— Ладно, пошли! – хохочет она в ответ.

2. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!
Время: 4 минуты. Мизансцен 4 .
Роли: Первые:
Я, Лена.
Вторые:
три девушки 18-ти – 20 лет, продавщица в магазине, массовка в пивбаре, в магазине .
Натура :
Парк, бассейн с искусственными лягушками, большой дуб, анимация, пивбар, продуктовый магазин, вид на гостиницу.

1. В парке
Мы выходим из санатория и идём через парк. Рядом шагает чудо, на которое непроизвольно озираются все встречные мужики, люто мне завидуя. Лена смущается:
— Кошмар какой-то! Так и едят глазами.
— А дома как?
— Сибиряки — сдержанный народ. Я бы не пошла с тобой, не знай, что ты из Сибири.
— Дискриминация по месту жительства?
— Да дело не в месте. Ребята с университета, с которыми летела, тоже вчера засуетились. Ну, прямо, каждый лезет!
— Юг меняет людей. Тут щепка на щепку лезет, чтоб жизнь не проходила мимо.
— По твоему, жизнь заключается в сексе?
— А в чём для тебя?
— Нечестно! Вопросом на вопрос.
— Ладно, ответь старшему.
— Знаешь, я увлекаюсь спортом. Первый разряд по волейболу. Люблю будущую профессию – психологию. Люблю театр, музыку, книги. В Интернете люблю копаться.
— Короче, есть куда деть энергию! – хмыкаю я.
— Не знаю, может быть со временем изменюсь.

Мы подходим в парке к группе уютных водоёмчиков с завитыми по окружностям бетонными стенками. На огромных зелёных листах лилий сидят большие лягушки и квакают.
— Чудесно! – изумляется Лена, — не боятся людей!
Я хохочу, зная секрет лягушек.
— Они механические.
— Не может быть!
— Вода! Дотянуться нельзя, потрогать.
— Ну уж нет! – Лена снимает босоножки и входит в воду.
— Правда, холодные, – разочарованно произносит она. А цветы настоящие? — трогает она лилии. – Похоже настоящие, только я этому не верю теперь.
— Вот видишь, правда условна. Всё в жизни только кажется!
Лена подозрительно смотрит на меня.
— Шутишь? А может так и есть?
Потом она задумывается и замолкает до самого выхода из парка. На хорошеньком личике отражается борьба мировоззрений.

2. У дуба (кульминационная сцена)
Мы останавливаемся за парком у огромного развесистого дуба, он приветливо шелестит красавице ветвями. Лена в ответ гладит его по узорчатой коре и потом обнимает.
— У нас кедры! – говорит она, щурясь на солнце.

Я замираю и закрываю глаза от острого ощущения единения этой чудной славянской богини с природой. И с Вечностью …
Бывают светлые минуты прозрения, когда человек чувствует себя одновременно и частицей Вселенной и всей Вселенной сразу. (Эту кульминацию можно изобразить анимацией: Дуб с ветвями и корнями, Лена летят над парком к Солнцу, огненный вихрь, внутри его уже Лена, Дима, взявшись за руки; потом звёздное небо, звёзды кружат хоровод вокруг пары. Дима открывает глаза, снова Лена, обнявшись с дубом. Или что-нибудь подобное на фантазию режиссёра.)

3. В магазине
Мы заходим в магазин, где я покупаю буженину, швейцарский сыр с дырками, розоватую черноморскую кефаль горячего копчения, четыре бутылки пива, зелёный горошек, шоколад и ещё какую-то зелень. Пировать, так пировать! Тут подбегает Лена, в руках у неё прозрачный пакет с фруктами и … коробка креветок.
— Вот это да. Любовь с первого взгляда! – шучу я.
— Ой, у меня всё здесь как-то внезапно, — смущается девушка.
— Свежесть чувств приветствуется! – восклицаю я и крепко прижимаю и целую благоуханное чудо, не обращая внимания на покупателей, которые улыбаются нам.

— Да что такое со мной? – опять страдает она, когда мы
выходим из магазина. — За всю жизнь ничего подобного себе не позволяла!
Я только подсмеиваюсь, не слишком, чтобы не обидеть её, да и не над ней, а просто от избытка чувств.

— Подожди меня на улице, — просит Лена, мы очутились около гостиницы, и скрывается за входной дверью.

3. ЗВЕЗДА РИВЬЕРЫ
Время 7 минут. Мизансцен 4.
Роли: Первые:
Я, Лена, Липарит.
Вторые:
Массовка в парке, прохожие женщины из санатория, гармонист, певунья, массовка с пляской.
Натура: Вход гостиницы, парк, вход в санаторий, номер в санатории, двор санатория.

1. Звезда Ривьеры
Наконец, на фоне подъезда появляется белокурая сверкающая кинозвезда. Лена распустила и подзавила волосы, на ней кружевное лиловое платье с широким коричневым кожаным поясом, сверху которого переливается серебристое жемчужное ожерелье, ножки перестукивают высокими устойчивыми каблучками таких же, как платье, лиловых модных туфель. Я встаю со скамейки, смотрю в оцепенении на неё и не могу тронуться, страшась, что исчезнет пригрезившееся видение. На её лице и сейчас нет никаких следов косметики, оно излучает только свежесть.
— Не смотри так на меня, — неподдельно жалостно просит Лена.
— Страшно идти рядом с тобой, — очнулся я.
— Ну не надо, Дима, – и она целует меня в нос.– Не смущай девушку.
Я откликаюсь робким благоговейным поцелуем, слегка коснувшись её губ.

Она подхватывает меня за руку, и мы скоро и весело топаем обратной дорогой к санаторию. Тёплый бархатный вечер, в парке звучит музыка, улыбаются гуляющие пары, опять квакают лягушки, буйная зелень и цветы издают тот особый терпкий сексуальный аромат, который случается один раз в сутки, когда растения переходят с дневного ритма выделения кислорода на свету к выделению углекислого газа в темноте. Мы нюхаем цветы. Мне хочется плясать и прыгать, сердце выскакивает из груди от избытка адреналина, но я, выпрямившись, как статуй, чинно сопровождаю роскошную даму, хотя со стороны её соседство со мной в спортивном, пусть и красивом зарубежном костюме не кажется уместным.

2. Праздник
Мы проходим в комнату. На столе стоит новая бутылка «Арарата», открытая банка с чёрной икрой и пакет апельсинового сока с надрезанным уголком. Кроме того, Липарит успел где-то стибрить дополнительные стаканы и стопку тарелок с вилками.
Стол уже выглядит по-праздничному. Когда же Лена, отбиваясь от назойливой помощи армянина, нарезает и раскладывает на большую тарелку буженину, сыр, рыбу; на мелкие три тарелочки – для каждого из нас, аккуратные горки чёрной и красной икры, украшенные зеленью и лимоном (я тоже достаю из чемодана баночку с икрой), а на другую тарелку фрукты и пару плиток шоколада, то Липарит восхищённо произносит:
— Это стол ресторан «Ани», как у нас в Ереван.

Я, между тем, открываю дверцу шкафа и переодеваюсь за ней. Когда я предстаю перед обществом в чёрном итальянском костюме с узкими белыми полосками, в рубашке ослепительной белизны и в галстуке «от Диора» с картинкой женщины-змеи, то Липарит только всплёскивает руками:
— Где мои тридцать лет!
Лена же, как сомнамбула, с вытянутыми вперёд руками, подходит ко мне и обнимает за шею. В её взгляде я читаю всё: «Мне с тобой хорошо. Я тебя люблю. Мне очень хочется поцеловать тебя, но я стесняюсь Липарита. И ты тоже не делай этого».

Я всё понял, не целую, но возбуждённой энергии нужен выход. Я поднимаю девушку на руки и испытываю, при этом, новые для меня , тактильные ощущения кончиков пальцев, достигающих тёплого женского тела через перекатывающуюся сеточку кружевного платья. Лена мелко дрожит от этого непроизвольного массажа и, когда я усадил её на кровать, лицо её пунцово рдеет, а всё пространство вокруг электризуется чувственными феромонами, исходящими от возбуждённой молодой женщины.
Липарит вдыхает воздух, непроизвольно крякает и разливает в стаканы коньяк:
— Первый тост я предлагаю выпить за весну, которая сегодня осчастливила своим присутствием наше скромное жилище!
К моему удивлению, армянин произносит сложную, цветастую фразу ни разу не нарушив падежей.
Мы смыкаем стаканы и пьём. Сразу похорошело ещё больше, хотя больше для меня уже некуда.

4. НОЧНОЙ ПРОМЕНАД
Время: 3 минуты. Мизансцен – 2.
Роли: Первые:
Я, Лена, Липарит.
Вторые: праздничная толпа.
Натура: комната, двор, берег моря вечером, морской заплыв, набережная, парк.

1. Заплыв
Мы выпиваем ещё по разу, прихватываем с собой бутылку и закуску и выходим прогуляться. Вечер. Толпа направляется со двора к морю и мы устремляемся вслед за ней. На пляже я ,естественно, решаю искупаться и начинаю раздеваться:
– Ночное купание — моя стихия! Пошли?
Южанин отказывается:
— Лэтом будем купаться!
Лена, порывается, было, сбросить платье, но вспоминает:
— Ой, я без купальника!

По пьяне и от восторга, я заплываю в море так далеко, как не решился бы даже днём. Я почувствовал это, когда, вдруг, исчезают все прибрежные шумы и слышится только шелест волн. Я оборачиваюсь. Далеко на берегу светятся огоньки и в затуманенной коньяком голове нет ни малейшего представления – куда плыть назад. Чувство самосохранения подсказывает – надо плыть по кратчайшей прямой. Но берег изрезанный, и эта прямая оказывается обманчивой. Когда я утыкаюсь в прибрежную гальку, то на берегу не видно ни одного строения, напоминающего санаторный пляж. Слава богу, я правильно определил направление, куда возвращаться. Бреду почти километр, вот так кривой берег путает расстояния.

2. Стресс
Наконец, я различаю на пляже идущие фигуры Лены и Липарита. Лена всхлипывает, а Липарит, укрыв её своим фирменным пиджаком и обняв за плечи, утешает:
— Что ты, Лен? Успокойся, ты знала его всего один день! Пойдём пить коньяк.
— Козёл! – тихо сказал я. — Ты был бы рад, чтобы я утонул. Уже уводишь девушку утешать в злачное коньячное место.

Я делаю ход конём. Вскакиваю на набережную и пробегаюсь по ней вперёд. Потом спускаюсь на пляж за ограждение и предстаю перед группой, как из под земли. Эффект — потрясающий. Лена сбрасывает с плеч руки Липарита вместе с пиджаком и рыдая, падает мне на грудь. Она в неистовстве обнимает и целует меня, совершенно забыв про Липарита и причитает:
— Милый мой, родной, единственный!
Липарит сначала опешил и замирает, его гримасу невозможно описать, в ней всё: и удивление, и негодование по поводу моего внезапного воскрешения, и, одновременно, радость нового обретения друга по комнате, и сомнение по поводу искреннего страдания и радости девушки.

Мы выпиваем из бутылки коньяку. Липарит идёт домой, а я, прихватив в барсетку початую бутылку, заворачиваю с Леной в парк «Ривьера», по направлению к гостинице «Таврия». Всю дорогу я пытаюсь своими поцелуями в глаза осушить её слёзы, но молодая впечатлительная девушка, да ещё подогретая коньяком, всхлипывает и всхлипывает.

5 . ДИСКОТЕКА
Время: 8-9 минут. Мизансцен: 5.
Роди: Первые:
Я, Лена, Джо (худой, 20 лет)
Вторые: парень(худой, восемнадцать лет), диск жокеи ( парень с девушкой ), стриптизёрша, массовка в дискотеке.
Натура: У входа в дискотеку, зал дискотеки, дискотечный реквизит.

1. Диско.
В парке гремит праздничная дискотека.
Мы, ошарашенные, купив билеты, останавливаемся у входа в зал. Гремит музыка.
— Ого! – произносит Лена восхищённо.
— У нас в губернском городе такой нет! – соглашаюсь я с ней.
В воздухе повисают и лопаются, разбегаясь тысячами брызг разноцветные лазерные шары, полная иллюзия ракетного фейерверка.

От стенки на приподнятом подиуме в такт музыке строчит в зал лазерный пулемёт, девица, у которой, видимо, хирурги вытянули ноги до невообразимой длины, совокупляется с золотистым шестом, кажется, что её тело в невесомости, так как ей совершенно всё равно – в какой позиции оно по отношению к шесту: вверх, вниз, вбок вертятся её голова и ноги. Диск жокеев двое: полуголый парень с бантиком на шее и ярко красной сверкающей блямбой в промежности и высокая девушка в условном костюмчике с такой же красной, излучающей причёской.
Пара кричит, время от времени, в микрофоны:
— Рэп , рэп – это крэк!
— Юг, юг – это глюк!
— Сочи, Сочи с кайфом ночи!
— Шевели помидорами!
— Поддай ему задницей!

Публика здесь тоже другая. Среди молодёжи мелькает много зрелых мужиков, таких же полураздетых как юнцы, девочки обнажены до неприличия, как не принято в нашем городе. Половина из них – «топлес» и в зауженных до предела плавках, другие в обтягивающих, почти прозрачных лайкровых трико и платьях. У многих на шее, на запястьях, на поясе болтаются светящиеся мерцающие амулеты – последний крик моды на светодиодах с микробатарейками.

— Сбацаем! – предлагаю я девушке, и мы вливаемся в общий
водоворот. Одной рукой я придерживаю на плече небольшую сумку, в которой недопитый коньяк и Ленина сумочка.
Лена понемногу расходится, быстрый танец она исполняет превосходно и скоро тоже начинает подкрикивать вместе с публикой:
— Юг, юг – это глюк!
Он , впрочем, не теряет головы – кругом просто обезумевшие юнцы с потными телами и пеной у рта. Тут к нам подскакивает парень и прилаживается рядом с Леной, невообразимо вихляясь в сексуальных позах, не уступая стриптизёрке на сцене:
— Хоп! Хоп! Ты просто королева диско!
— Что они такие сумасшедшие? – спрашивает Лена.
— Экстази наглотались. Сейчас нас будут охлаждать. От таблеток пить хочется.

Действительно, диск-жокеи стали со сцены поливать публику водой – девушка брызгает из какой-то бездонной бутылки, а парень включает настоящий брандспойт с распылителем. Толпа жадно подставляет рты под брызги, но они не утоляют , а только разжигают жажду, поэтому многие рвут к прилавкам по периметру зала, хватают севенап и прочие прохладительные напитки, которы , замечаю я по крупным табличкам, идут по цене бутылки хорошего вина.

2. Туман.
— Туман! Туман! – заорала публика.
— Ого! Сегодня праздник – они дадут туман! – восклицает Джо.
— Что это? – спрашиваю я.
— Смотри! – показывает он на сцену.

Там выкатили … пушку с огромным жерлом, диаметром с метр. Музыка и световые пулемёты заметались в невообразимом ритме психоделики. Диск-жокей пододвигает пушку к самому краю подиума и включает генератор дыма. Завертелся большой вентилятор в её жерле. Пушка забрызгивает всё вокруг мощной струёй белого тумана
с запахом жасмина. За минуту туман покрывает сверху весь зал.. Толпа приходит в состояние неописуемого экстаза. Кто застывает в состоянии полной прострации, выкинув вверх руки и с остекляневшими глазами, другие … начинают совокупляться прямо в зале, благо с одного метра их трудно рассмотреть.

3. Драка
Парень подскакивает к Лене и сжимает её в объятьях, явно с известными намерениями. Девушка от неожиданности и сумасшедшей вакхналии вокруг, вдруг, обмякает и наглец срывает до колен с неё трусы. Я подскакиваю и влепляю ему хук правой в подреберье. Он выпускает добычу, но не падает, скотина, («откуда столько силы в этом худощавом заморыше?» — дивлюсь я) и пытается, развернувшись, вдарить меня ногой. Я не люблю и не умею драться, но так разъярён покушением на моё сокровище, что, непонятно как, перехватываю ногу и дёргаю за неё. Птенец рушится на пол, но тут же вскакивает и идёт на меня, в руках у него тонкий металлический прут, который он как-то сумел пронести – на входе всех обшаривали. Интересно, что публике вокруг, драка до фени. Юнец сумел огреть меня прутом по плечу, тут от боли я совсем свирепею и бугаём бросаюсь на парня, чтобы сокрушить его как попало, но … он, вдруг, сам оседает на пол, хватаясь за промежность. Из облака тумана показывается Лена, она дёргает меня, причём за побитую руку, я ору от боли, но устремляюсь за ней.

4. Побег.
Скоро мы учащённо глотаем свежий воздух на улице.
— Прости меня за боль, не разобралась! — говорит Лена, потом
перехватывает меня за здоровую руку и тащит дальше:
— Уходим!
— Подожди!
— Нет! Это местные, хрен знает сколько и , — ругается девушка,
и, я, поняв, что опасность не преувеличена, растворяюсь вместе с ней в придорожных кустах.

6. НАЕДИНЕ С ЧУДОМ

Время: 9 минут. Мизансцен: 4.
Роди: Первые:
Я, Лена
Вторые: дежурная гостиницы.
Натура: Гостиница, холл, гостиничный номер

1. Душевный разговор
Подходим к гостинице.
Администрация, в лице полноватой тётки в конторке на входе, по случаю праздника, пьяна и милостиво махает нам разрешение рукой:
— Праздник сегодня! Проходите!

Мы поднимаемся на второй этаж. Я плюхаюсь в холле в широкое кресло. Свет в коридоре выключен, поздно, где-то около двух часов ночи, но в окно светит луна, и, приспособившись к её слабому свету, я различаю на щеках любимой красные полоски от слёз и слизываю своим языком горьковатую влагу.
— Как кошка, — наконец, улыбается Лена.
— Угадала! По восточному гороскопу – я кот.
— А я телец.
— Другого я и не представлял. Ревёшь, как тёлка, — шучу я.
— Тебе-то хорошо. Ты знал, что не утонул! А ещё, что можешь дать сдачи этому подонку.
— А по другому гороскопу – я скорпион. Вода – моя стихия, так что утонуть я не мог
Лена улыбается, обнимает меня в замок за шею и крепко целует.
— Лена, Лена, что ты со мной делаешь? – шепчу я и кладу обе
свои ладони на выступающие шары её грудей. Она терпит с полминуты, как будто к чему-то прислушиваясь, потом мягко снимает мои руки с грудей и кладёт их взамен на свои гладкие обжигающие бёдра, отчего мне не легче, я весь дрожу . Тогда она перекладывает мои руки к себе за спину:
— Дима, а ты женат?
— Женат, — не скрываю я, никогда не скрывал это от женщин.
— А дети?
— Дочка – восемь лет. Такая миленькая! – взгрустнул я по своей белоголовой Иринке.
— А на юг ездишь без жены?
— Когда как. А, вообще, если честно, я женился очень рано — в девятнадцать, теперь я точно знаю, что мужчина должен выгуляться.
— Дима, есть ли любовь на всю жизнь? И, вообще, что такое любовь?
— По моему любовь, это когда соединяются и переплетаются биополя партнёров. Если резонансы полей совпадают, то обоих пронзает разряд, резонанс резко усиливает духовную энергию! Наверно, это и есть «любовь с первого взгляда». В идеальном случае поля могут неразрывно слиться друг с другом и тогда … Тогда любовь на всю жизнь. Потому что их очень трудно разорвать.
Мне кажется, что наши поля сливаются, — шепчет девушка и
крепко целует меня.
Я готов стиснуть, раздавить, съесть это благоуханное существо и еле овладеваю собой и унимаю дрожь рук.
— За это выпьем, — достаю я из сумки прихваченную початую бутылку с коньяком.
— Ой, а закусывать нечем. И платье всё смяла. Подожди я загляну в комнату.

2. Вспышка (Кульминация)
Лена осторожно открывает дверь в свою комнату, расположенную как раз напротив холла, и исчезает там. Возвращается через долгих пять минут, переодетая в махровый халатик, в руках у неё бутерброд с красной икрой и два яблока.
— Девчонки от пира мне оставили.
Лена разламывает бутерброд пополам, мы выпиваем из «горла» и со смаком закусываем.

Она опять садится ко мне на колени боком и опять обнимает и целует меня. Она источает пряный запах возбуждённой молодой девичьей плоти – он сводит меня с ума, я, как-то нечаянно, забираюсь ей руками под халат и обнаруживаю такое …. Лена без трусов.
Не знаю, чего больше закрутилось в моём сознании: изумления или восторга. В следующий момент срабатывает основной инстинкт, срабатывает основательно, член напрягается так, что кажется, что звенит, сознание отошло на задний план, я разворачиваю Лену на девяносто градусов и перекидываю одну её ногу через свои колени. Потом я лихорадочно расстегиваю замок на своих джинсах и облапиваю двумя руками её спортивные амортизирующие ягодицы. Кончиками пальцев я ощущаю пушок чуть выше черты между ягодицами и осторожно вхожу в девушку.
В этот момент Лена, вдруг, дёргается и, едва подавляя крик, срывается с проникшего в неё жала:
— Больно!
Я притягиваю её к себе, она вся дрожит и чмокает меня в висок:
— Милый, я сейчас приду, — и, соскочив с моих колен,
потихоньку исчезает в своей комнате.

3. Финиш
(Сцена на фоне медленной тревожной музыки)
Я сидел, ждал её и тоже дрожал. Смотрел на часы. Закурил сигарету.
Но… Лены не было.

Я прождал минут двадцать и осторожно приоткрыл дверь в комнату. Подружка, которая лежала с парнем сказала:
— Она спит. Сюда нельзя!
Я и сам видел, что Лена непритворно спит, в позе ребёнка в утробе матери, и мне ничего не оставалось, как уйти.

— Надо же, обманула! – повторял я по дороге к санаторию, – или нечаянно заснула?

Я пробрался в свою комнату через балкон и быстро уснул.
(Музыка резко обрывается )

КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ

ЭДУАРД СНЕЖИН (С)

ПОД НЕБОМ РИВЬЕРЫ
Пилотный сценарий первой серии.

На 35 — 40 минут

Первые роли: Я (Дима), Лена, Липарит.
Эпизодических ролей — 10 (см. по тексту)
Натура:
Море, пляж, санаторий, парк, набережная, дискотека, гостиница.

Условные названия разделов сценария:

1. ОЧАРОВАННЫЙ
2. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!
3. ЗВЕЗДА «РИВЬЕРЫ»
4. НОЧНОЙ ПРОМЕНАД
5. ДИСКОТЕКА
6. НАЕДИНЕ С ЧУДОМ

Титры – 1 минута под спокойную радостную музыку

1. ОЧАРОВАННЫЙ
Чистое время: 8-9 минут. Одноплановых мизансцен — 8.
Роли: (Первые)
1. Я (Дима), 27-30 лет
2. Лена, 18-19 лет , блондинка
3. Липарит, 50 –55 лет, армянин
(Вторые)
4. Щуплый кавказец, 20-30 лет
5.Спасатель со свистком, 20-40 лет
6.Массовка – толпа загорающих на пляже, в основном
женщины 35 — 45 лет.

Натура: Море. Пляж. Судно в море. Ротонда. Двор санатория с розами. Здание санатория. Коридор санатория. Комната в санатории
На пляже (1)
Сцены:
Плещется море. Берег. Вывеска «Пляж санатория «Ривьера». Пляж. Загорающие. Женщин больше, чем мужчин. Крупным планом несколько женских фигур. Среди загорающих герои — мужчины: Я, Липарит. Рядом с нами переносной магнитофон — Сони. Пока выключен.

Липарит толкает меня в бок, обращая внимание на одинокую, ещё не загоревшую, молодую блондинку на лежаке в солнечном абрикосовом купальнике и включает на «Sоньке»:
— Это мой любимый мелодий молодости!
Звучит: «Эти глаза напротив!» в исполнении Ободзинского.

Девушке восемнадцать — девятнадцать лет, собранные в узел белые волосы, с соломенным отливом, приятно округлая форма лица без обозначенных скул с детским, но умным выражением, большие спокойные глаза, сопровождённые тёмными, не подкрашенными бровями и ресницами.
Чуть вздёрнутый аккуратный носик, маленькие аккуратные кисти с коротко постриженными, некрашенными перламутровыми ноготками.
Она, вообще, чужда какой-либо косметики.
У блондинки длинные, но полные ноги. Мягкие поверхности бёдер ровно сходятся, без единой щелочки, голени и щиколотки привлекательно полноваты и тоже сходятся без зазора, заканчиваются маленькими ступнями с высоким подъёмом.
Блондинка чуть поворачивает голову в нашу сторону на звук магнитофона, окидывает нас взглядом и тут же равнодушно вновь опускает голову на лежак.

Девушка встаёт. Делает несколько разминающих движений и идёт к морю.
Мы с Липаритом едим её глазами.
Девушка входит в море.
Я: — Пошли купаться!
Липарит: — Нэт, море для меня холодный!

2. Вид с моря
Я заплываю метров на двести и оборачиваюсь. С моря открывается сказочный вид на набережную: кверху многоярусными рядами выстроились разлапистые пальмы, сверкают на солнце белоснежные беседки и балюстрады для спуска к воде, выше за ними выступают гордыми лайнерами белые, розовые, голубые здания здравниц и гостиниц.
— Слава этой благословенной земле! – восторженно кричу я.

3. Спасение на водах
Я поворачиваюсь лицом к морю, ищу глазами девушку. Сначала я вижу быстро идущее судно, потом девушку, не замечающую его и плывущую вблизи его.
Судно крупным планом, пышущий пар из выхлопных дюз.
— Плыви назад! – кричу я и крупными гребками плыву навстречу.
Девушка замечает, наконец, судно и во все силы испуганно пытается отплыть от него. Но судно близко и притягивает её тело. Когда мы встречаемся, силы покидают её, мне приходится обнять русалку за талию одной рукой, чтобы поддержать на плаву, отгребаясь другой от притяжения. Грозное судно, включив на всякий случай оправдательный гудок, шелестит мимо, обдав нас пышущим паром из выхлопных дюз.
— Держись мне за ноги! – командую я девушке, и наш тандем благополучно причаливает к берегу.

3. На пляже (2)
Нас встречает высыпавшая на берег приличная толпа пляжников и вынырнувший откуда–то штатный спасатель, который изо всех сил, как Соловей-разбойник, надсадно дует в свисток, демонстрируя свой высокий профессионализм.
— Я замёрзла. Проводи меня, – просит девушка, ей неловко от всеобщего внимания.

Она подходит к своему лежаку, одевается: блузка, джинсовая юбка.
Я лихорадочно, рядом с Липаритом, напяливаю спортивный костюм.
— Уже повёл? Какой девушка!
— Ладно! – машу я рукой и подхожу к девушке.
Мы поднимаемся по ступенькам до ротонды, обозначающей вход на пляж.

4. У ротонды
— Как тебя зовут? – спрашивает она.
— Дмитрий.
— А меня Елена. Ой, давай без взрослости! Дима и Лена.
— Конечно! Ты откуда? – радостно поддерживаю я.
— Из Томска.
— Студенческий город! — уважительно сообщаю я красавице единственную известную мне информацию о Томске.
— Да, Томск – город студентов. Я сама на втором курсе университета.
— На кого учишься?
— На психолога.
— Ого! С тобой надо держать ухо востро.
— Да, ну. Ничего я, пока, в жизни не понимаю, — смущается девушка.
— Так скоро экзамены. Как же ты уехала на юг?
— Дали турпутёвку. Книжки с собой взяла.
— А где живёшь? – решаю я зацепить о ней полезные сведения, пока плавно течёт беседа.
— В гостинице «Таврия».
— Я не знаю, где это, только сегодня ночью приехал.
— А я вчера. Это туда выше — через парк «Ривьера».
— Завтра праздник, надо что-то закупить, а тут даже магазинов не видно.
— Около «Таврии» много магазинов, могу показать.
— А ты определилась, как праздновать?
— Не знаю. В гостинице девчонки со мной в комнате, трое, они вместе, с одного фака, а я одна.
— Да мы тоже пока только вдвоём с Липаритом.
— Это который Соньку крутит?
— Это он для тебя,
— Вот ещё!
— Ну что, празднуем вместе?
— Ладно! Девчонки застряли пиво пить в «Петушке», а я на ваш пляж пришла, пиво не люблю.
— А коньяк?
— В Сибири все пьют крепкие напитки, — улыбается она, обнажив ровные жемчужные зубки.
Девушку освещает солнце, и сама она светится, как солнышко.
— Так, забежим ко мне за сумкой и в магазин. Пошли, солнышко? – улыбаюсь я.
— Пошли-и-и! –мелодично повторяет она .
К счастью, на входе нам никто не встречается.

6. В коридоре
Мы благополучно по кружевной анфиладе коридора добираемся до моей комнаты, расположенной в одном из полутёмных, таинственных виражей помещения, на изгибах которого под сенью комнатных пальм застыли мраморные фигуры древнегреческих героев.
— Как здесь красиво! – останавливается Лена перед скульптурой дискобола, рельефно напружинившего мускулы перед броском.
— Самая красивая здесь ты, — отвечаю я и, осторожно, чтобы
Лена не почувствовала мой тычок, притягиваю её к себе и целую.
Она чуть вздрагивает, но не сопротивляется.

7. В комнате
Мы заходим в комнату. Я вытаскиваю из шкафа сумку для закупаемой снеди, всем видом показывая, что мы зашли сюда по делу, бросаю её на стол и говорю, как бы между прочим:
— Вряд ли представится потом случай одним выпить за знакомство. Давай сейчас!
Наливаю в резные стаканы по пятьдесят грамм «Арарата» из недопитой нами с Липаритом вчера бутылки.
— У тебя аргументы лучше, чем у нашего профессора психологии, — улыбается Лена. – А ты откуда?
— Из Новосибирска – вру напропалую я, чтобы представиться
близким земляком, предавая родной Екатеринбург.
— О, земляк!
— За дружбу, на брудершафт?
— А, за дружбу! – машет девушка рукой.
Мы перекрещиваем руки и пьём. Лена стоит и светится в улыбке.
Я наклоняюсь и, совсем не по дружески, впиваюсь в её пухлые детские губы. Она выдерживает пару секунд, потом отшатывается.
— Тебе не нравится? – спрашиваю я.
Пауза.
— Стрёмно! Наоборот, нравится. Сама не знаю, что со мной, наверно, юг и коньяк!
— Разве не естественно влечение полов друг к другу? – обращаюсь я к её университетскому интеллекту.
— Дима, раз такой разговор, ты должен знать, что я девушка.
Я не готова на большее, кроме поцелуев.
— Я не стремлюсь Лена к большему, если не хочешь.
— Очень хочу в это верить, мне хорошо с тобой, совсем не думала, что так быстро … буду целоваться.
— Ну насчёт быстро, биополя двух полов либо сразу тянутся друг к другу, либо отталкиваются, – с пафосом объясняю я.
— Я знаю это, но ты не так понял.
— А как?
— У меня недавно был друг, дружили больше года и расстались, он сказал, что не может больше быть со мной … без физического обладания.
Я усмехаюсь:
— Странным было бы другое с такой девушкой.
— Какой? Я самая обычная.
— Это тебе кажется. Не знаешь своей силы в глазах мужчин.
— Я ходила только с ним. Все на курсе знали, никто больше не приставал.
— Давно разошлись?
— Перед отъездом.
— Не можешь забыть его?
— Нет, забыла. Я точно узнала, что он гулял со мной, а спал с другой!
— Это понятно! Ты его так возбуждала, что нужен был какой-то сексуальный выход .
— Господи, я знаю тебя только час, а мы ведём такие разговоры!
Я замолкаю. Она думает, что пресекла меня и улыбается:
— Да нет, не бери в голову, я сама удивляюсь, но мне хочется быть с тобой откровенной. Понимаешь, я психологически не готова к сексу! Росла в очень строгой семье.
— Родители – староверы?
— Откуда ты знаешь?
— Подумал об этом, как увидел тебя.
— Почему?
— Чувствуется чистокровная славянская порода, — смеюсь я.
— Ладно, пошли! – хохочет она в ответ.

2. ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!
Время: 4 минуты. Мизансцен 4 .
Роли: Первые:
Я, Лена.
Вторые:
три девушки 18-ти – 20 лет, продавщица в магазине, массовка в пивбаре, в магазине .
Натура :
Парк, бассейн с искусственными лягушками, большой дуб, анимация, пивбар, продуктовый магазин, вид на гостиницу.

1. В парке
Мы выходим из санатория и идём через парк. Рядом шагает чудо, на которое непроизвольно озираются все встречные мужики, люто мне завидуя. Лена смущается:
— Кошмар какой-то! Так и едят глазами.
— А дома как?
— Сибиряки — сдержанный народ. Я бы не пошла с тобой, не знай, что ты из Сибири.
— Дискриминация по месту жительства?
— Да дело не в месте. Ребята с университета, с которыми летела, тоже вчера засуетились. Ну, прямо, каждый лезет!
— Юг меняет людей. Тут щепка на щепку лезет, чтоб жизнь не проходила мимо.
— По твоему, жизнь заключается в сексе?
— А в чём для тебя?
— Нечестно! Вопросом на вопрос.
— Ладно, ответь старшему.
— Знаешь, я увлекаюсь спортом. Первый разряд по волейболу. Люблю будущую профессию – психологию. Люблю театр, музыку, книги. В Интернете люблю копаться.
— Короче, есть куда деть энергию! – хмыкаю я.
— Не знаю, может быть со временем изменюсь.

Мы подходим в парке к группе уютных водоёмчиков с завитыми по окружностям бетонными стенками. На огромных зелёных листах лилий сидят большие лягушки и квакают.
— Чудесно! – изумляется Лена, — не боятся людей!
Я хохочу, зная секрет лягушек.
— Они механические.
— Не может быть!
— Вода! Дотянуться нельзя, потрогать.
— Ну уж нет! – Лена снимает босоножки и входит в воду.
— Правда, холодные, – разочарованно произносит она. А цветы настоящие? — трогает она лилии. – Похоже настоящие, только я этому не верю теперь.
— Вот видишь, правда условна. Всё в жизни только кажется!
Лена подозрительно смотрит на меня.
— Шутишь? А может так и есть?
Потом она задумывается и замолкает до самого выхода из парка. На хорошеньком личике отражается борьба мировоззрений.

2. У дуба (кульминационная сцена)
Мы останавливаемся за парком у огромного развесистого дуба, он приветливо шелестит красавице ветвями. Лена в ответ гладит его по узорчатой коре и потом обнимает.
— У нас кедры! – говорит она, щурясь на солнце.

Я замираю и закрываю глаза от острого ощущения единения этой чудной славянской богини с природой. И с Вечностью …
Бывают светлые минуты прозрения, когда человек чувствует себя одновременно и частицей Вселенной и всей Вселенной сразу. (Эту кульминацию можно изобразить анимацией: Дуб с ветвями и корнями, Лена летят над парком к Солнцу, огненный вихрь, внутри его уже Лена, Дима, взявшись за руки; потом звёздное небо, звёзды кружат хоровод вокруг пары. Дима открывает глаза, снова Лена, обнявшись с дубом. Или что-нибудь подобное на фантазию режиссёра.)

3. В магазине
Мы заходим в магазин, где я покупаю буженину, швейцарский сыр с дырками, розоватую черноморскую кефаль горячего копчения, четыре бутылки пива, зелёный горошек, шоколад и ещё какую-то зелень. Пировать, так пировать! Тут подбегает Лена, в руках у неё прозрачный пакет с фруктами и … коробка креветок.
— Вот это да. Любовь с первого взгляда! – шучу я.
— Ой, у меня всё здесь как-то внезапно, — смущается девушка.
— Свежесть чувств приветствуется! – восклицаю я и крепко прижимаю и целую благоуханное чудо, не обращая внимания на покупателей, которые улыбаются нам.

— Да что такое со мной? – опять страдает она, когда мы
выходим из магазина. — За всю жизнь ничего подобного себе не позволяла!
Я только подсмеиваюсь, не слишком, чтобы не обидеть её, да и не над ней, а просто от избытка чувств.

— Подожди меня на улице, — просит Лена, мы очутились около гостиницы, и скрывается за входной дверью.

3. ЗВЕЗДА РИВЬЕРЫ
Время 7 минут. Мизансцен 4.
Роли: Первые:
Я, Лена, Липарит.
Вторые:
Массовка в парке, прохожие женщины из санатория, гармонист, певунья, массовка с пляской.
Натура: Вход гостиницы, парк, вход в санаторий, номер в санатории, двор санатория.

1. Звезда Ривьеры
Наконец, на фоне подъезда появляется белокурая сверкающая кинозвезда. Лена распустила и подзавила волосы, на ней кружевное лиловое платье с широким коричневым кожаным поясом, сверху которого переливается серебристое жемчужное ожерелье, ножки перестукивают высокими устойчивыми каблучками таких же, как платье, лиловых модных туфель. Я встаю со скамейки, смотрю в оцепенении на неё и не могу тронуться, страшась, что исчезнет пригрезившееся видение. На её лице и сейчас нет никаких следов косметики, оно излучает только свежесть.
— Не смотри так на меня, — неподдельно жалостно просит Лена.
— Страшно идти рядом с тобой, — очнулся я.
— Ну не надо, Дима, – и она целует меня в нос.– Не смущай девушку.
Я откликаюсь робким благоговейным поцелуем, слегка коснувшись её губ.

Она подхватывает меня за руку, и мы скоро и весело топаем обратной дорогой к санаторию. Тёплый бархатный вечер, в парке звучит музыка, улыбаются гуляющие пары, опять квакают лягушки, буйная зелень и цветы издают тот особый терпкий сексуальный аромат, который случается один раз в сутки, когда растения переходят с дневного ритма выделения кислорода на свету к выделению углекислого газа в темноте. Мы нюхаем цветы. Мне хочется плясать и прыгать, сердце выскакивает из груди от избытка адреналина, но я, выпрямившись, как статуй, чинно сопровождаю роскошную даму, хотя со стороны её соседство со мной в спортивном, пусть и красивом зарубежном костюме не кажется уместным.

2. Праздник
Мы проходим в комнату. На столе стоит новая бутылка «Арарата», открытая банка с чёрной икрой и пакет апельсинового сока с надрезанным уголком. Кроме того, Липарит успел где-то стибрить дополнительные стаканы и стопку тарелок с вилками.
Стол уже выглядит по-праздничному. Когда же Лена, отбиваясь от назойливой помощи армянина, нарезает и раскладывает на большую тарелку буженину, сыр, рыбу; на мелкие три тарелочки – для каждого из нас, аккуратные горки чёрной и красной икры, украшенные зеленью и лимоном (я тоже достаю из чемодана баночку с икрой), а на другую тарелку фрукты и пару плиток шоколада, то Липарит восхищённо произносит:
— Это стол ресторан «Ани», как у нас в Ереван.

Я, между тем, открываю дверцу шкафа и переодеваюсь за ней. Когда я предстаю перед обществом в чёрном итальянском костюме с узкими белыми полосками, в рубашке ослепительной белизны и в галстуке «от Диора» с картинкой женщины-змеи, то Липарит только всплёскивает руками:
— Где мои тридцать лет!
Лена же, как сомнамбула, с вытянутыми вперёд руками, подходит ко мне и обнимает за шею. В её взгляде я читаю всё: «Мне с тобой хорошо. Я тебя люблю. Мне очень хочется поцеловать тебя, но я стесняюсь Липарита. И ты тоже не делай этого».

Я всё понял, не целую, но возбуждённой энергии нужен выход. Я поднимаю девушку на руки и испытываю, при этом, новые для меня , тактильные ощущения кончиков пальцев, достигающих тёплого женского тела через перекатывающуюся сеточку кружевного платья. Лена мелко дрожит от этого непроизвольного массажа и, когда я усадил её на кровать, лицо её пунцово рдеет, а всё пространство вокруг электризуется чувственными феромонами, исходящими от возбуждённой молодой женщины.
Липарит вдыхает воздух, непроизвольно крякает и разливает в стаканы коньяк:
— Первый тост я предлагаю выпить за весну, которая сегодня осчастливила своим присутствием наше скромное жилище!
К моему удивлению, армянин произносит сложную, цветастую фразу ни разу не нарушив падежей.
Мы смыкаем стаканы и пьём. Сразу похорошело ещё больше, хотя больше для меня уже некуда.

4. НОЧНОЙ ПРОМЕНАД
Время: 3 минуты. Мизансцен – 2.
Роли: Первые:
Я, Лена, Липарит.
Вторые: праздничная толпа.
Натура: комната, двор, берег моря вечером, морской заплыв, набережная, парк.

1. Заплыв
Мы выпиваем ещё по разу, прихватываем с собой бутылку и закуску и выходим прогуляться. Вечер. Толпа направляется со двора к морю и мы устремляемся вслед за ней. На пляже я ,естественно, решаю искупаться и начинаю раздеваться:
– Ночное купание — моя стихия! Пошли?
Южанин отказывается:
— Лэтом будем купаться!
Лена, порывается, было, сбросить платье, но вспоминает:
— Ой, я без купальника!

По пьяне и от восторга, я заплываю в море так далеко, как не решился бы даже днём. Я почувствовал это, когда, вдруг, исчезают все прибрежные шумы и слышится только шелест волн. Я оборачиваюсь. Далеко на берегу светятся огоньки и в затуманенной коньяком голове нет ни малейшего представления – куда плыть назад. Чувство самосохранения подсказывает – надо плыть по кратчайшей прямой. Но берег изрезанный, и эта прямая оказывается обманчивой. Когда я утыкаюсь в прибрежную гальку, то на берегу не видно ни одного строения, напоминающего санаторный пляж. Слава богу, я правильно определил направление, куда возвращаться. Бреду почти километр, вот так кривой берег путает расстояния.

2. Стресс
Наконец, я различаю на пляже идущие фигуры Лены и Липарита. Лена всхлипывает, а Липарит, укрыв её своим фирменным пиджаком и обняв за плечи, утешает:
— Что ты, Лен? Успокойся, ты знала его всего один день! Пойдём пить коньяк.
— Козёл! – тихо сказал я. — Ты был бы рад, чтобы я утонул. Уже уводишь девушку утешать в злачное коньячное место.

Я делаю ход конём. Вскакиваю на набережную и пробегаюсь по ней вперёд. Потом спускаюсь на пляж за ограждение и предстаю перед группой, как из под земли. Эффект — потрясающий. Лена сбрасывает с плеч руки Липарита вместе с пиджаком и рыдая, падает мне на грудь. Она в неистовстве обнимает и целует меня, совершенно забыв про Липарита и причитает:
— Милый мой, родной, единственный!
Липарит сначала опешил и замирает, его гримасу невозможно описать, в ней всё: и удивление, и негодование по поводу моего внезапного воскрешения, и, одновременно, радость нового обретения друга по комнате, и сомнение по поводу искреннего страдания и радости девушки.

Мы выпиваем из бутылки коньяку. Липарит идёт домой, а я, прихватив в барсетку початую бутылку, заворачиваю с Леной в парк «Ривьера», по направлению к гостинице «Таврия». Всю дорогу я пытаюсь своими поцелуями в глаза осушить её слёзы, но молодая впечатлительная девушка, да ещё подогретая коньяком, всхлипывает и всхлипывает.

5 . ДИСКОТЕКА
Время: 8-9 минут. Мизансцен: 5.
Роди: Первые:
Я, Лена, Джо (худой, 20 лет)
Вторые: парень(худой, восемнадцать лет), диск жокеи ( парень с девушкой ), стриптизёрша, массовка в дискотеке.
Натура: У входа в дискотеку, зал дискотеки, дискотечный реквизит.

1. Диско.
В парке гремит праздничная дискотека.
Мы, ошарашенные, купив билеты, останавливаемся у входа в зал. Гремит музыка.
— Ого! – произносит Лена восхищённо.
— У нас в губернском городе такой нет! – соглашаюсь я с ней.
В воздухе повисают и лопаются, разбегаясь тысячами брызг разноцветные лазерные шары, полная иллюзия ракетного фейерверка.

От стенки на приподнятом подиуме в такт музыке строчит в зал лазерный пулемёт, девица, у которой, видимо, хирурги вытянули ноги до невообразимой длины, совокупляется с золотистым шестом, кажется, что её тело в невесомости, так как ей совершенно всё равно – в какой позиции оно по отношению к шесту: вверх, вниз, вбок вертятся её голова и ноги. Диск жокеев двое: полуголый парень с бантиком на шее и ярко красной сверкающей блямбой в промежности и высокая девушка в условном костюмчике с такой же красной, излучающей причёской.
Пара кричит, время от времени, в микрофоны:
— Рэп , рэп – это крэк!
— Юг, юг – это глюк!
— Сочи, Сочи с кайфом ночи!
— Шевели помидорами!
— Поддай ему задницей!

Публика здесь тоже другая. Среди молодёжи мелькает много зрелых мужиков, таких же полураздетых как юнцы, девочки обнажены до неприличия, как не принято в нашем городе. Половина из них – «топлес» и в зауженных до предела плавках, другие в обтягивающих, почти прозрачных лайкровых трико и платьях. У многих на шее, на запястьях, на поясе болтаются светящиеся мерцающие амулеты – последний крик моды на светодиодах с микробатарейками.

— Сбацаем! – предлагаю я девушке, и мы вливаемся в общий
водоворот. Одной рукой я придерживаю на плече небольшую сумку, в которой недопитый коньяк и Ленина сумочка.
Лена понемногу расходится, быстрый танец она исполняет превосходно и скоро тоже начинает подкрикивать вместе с публикой:
— Юг, юг – это глюк!
Он , впрочем, не теряет головы – кругом просто обезумевшие юнцы с потными телами и пеной у рта. Тут к нам подскакивает парень и прилаживается рядом с Леной, невообразимо вихляясь в сексуальных позах, не уступая стриптизёрке на сцене:
— Хоп! Хоп! Ты просто королева диско!
— Что они такие сумасшедшие? – спрашивает Лена.
— Экстази наглотались. Сейчас нас будут охлаждать. От таблеток пить хочется.

Действительно, диск-жокеи стали со сцены поливать публику водой – девушка брызгает из какой-то бездонной бутылки, а парень включает настоящий брандспойт с распылителем. Толпа жадно подставляет рты под брызги, но они не утоляют , а только разжигают жажду, поэтому многие рвут к прилавкам по периметру зала, хватают севенап и прочие прохладительные напитки, которы , замечаю я по крупным табличкам, идут по цене бутылки хорошего вина.

2. Туман.
— Туман! Туман! – заорала публика.
— Ого! Сегодня праздник – они дадут туман! – восклицает Джо.
— Что это? – спрашиваю я.
— Смотри! – показывает он на сцену.

Там выкатили … пушку с огромным жерлом, диаметром с метр. Музыка и световые пулемёты заметались в невообразимом ритме психоделики. Диск-жокей пододвигает пушку к самому краю подиума и включает генератор дыма. Завертелся большой вентилятор в её жерле. Пушка забрызгивает всё вокруг мощной струёй белого тумана
с запахом жасмина. За минуту туман покрывает сверху весь зал.. Толпа приходит в состояние неописуемого экстаза. Кто застывает в состоянии полной прострации, выкинув вверх руки и с остекляневшими глазами, другие … начинают совокупляться прямо в зале, благо с одного метра их трудно рассмотреть.

3. Драка
Парень подскакивает к Лене и сжимает её в объятьях, явно с известными намерениями. Девушка от неожиданности и сумасшедшей вакхналии вокруг, вдруг, обмякает и наглец срывает до колен с неё трусы. Я подскакиваю и влепляю ему хук правой в подреберье. Он выпускает добычу, но не падает, скотина, («откуда столько силы в этом худощавом заморыше?» — дивлюсь я) и пытается, развернувшись, вдарить меня ногой. Я не люблю и не умею драться, но так разъярён покушением на моё сокровище, что, непонятно как, перехватываю ногу и дёргаю за неё. Птенец рушится на пол, но тут же вскакивает и идёт на меня, в руках у него тонкий металлический прут, который он как-то сумел пронести – на входе всех обшаривали. Интересно, что публике вокруг, драка до фени. Юнец сумел огреть меня прутом по плечу, тут от боли я совсем свирепею и бугаём бросаюсь на парня, чтобы сокрушить его как попало, но … он, вдруг, сам оседает на пол, хватаясь за промежность. Из облака тумана показывается Лена, она дёргает меня, причём за побитую руку, я ору от боли, но устремляюсь за ней.

4. Побег.
Скоро мы учащённо глотаем свежий воздух на улице.
— Прости меня за боль, не разобралась! — говорит Лена, потом
перехватывает меня за здоровую руку и тащит дальше:
— Уходим!
— Подожди!
— Нет! Это местные, хрен знает сколько и , — ругается девушка,
и, я, поняв, что опасность не преувеличена, растворяюсь вместе с ней в придорожных кустах.

6. НАЕДИНЕ С ЧУДОМ

Время: 9 минут. Мизансцен: 4.
Роди: Первые:
Я, Лена
Вторые: дежурная гостиницы.
Натура: Гостиница, холл, гостиничный номер

1. Душевный разговор
Подходим к гостинице.
Администрация, в лице полноватой тётки в конторке на входе, по случаю праздника, пьяна и милостиво махает нам разрешение рукой:
— Праздник сегодня! Проходите!

Мы поднимаемся на второй этаж. Я плюхаюсь в холле в широкое кресло. Свет в коридоре выключен, поздно, где-то около двух часов ночи, но в окно светит луна, и, приспособившись к её слабому свету, я различаю на щеках любимой красные полоски от слёз и слизываю своим языком горьковатую влагу.
— Как кошка, — наконец, улыбается Лена.
— Угадала! По восточному гороскопу – я кот.
— А я телец.
— Другого я и не представлял. Ревёшь, как тёлка, — шучу я.
— Тебе-то хорошо. Ты знал, что не утонул! А ещё, что можешь дать сдачи этому подонку.
— А по другому гороскопу – я скорпион. Вода – моя стихия, так что утонуть я не мог
Лена улыбается, обнимает меня в замок за шею и крепко целует.
— Лена, Лена, что ты со мной делаешь? – шепчу я и кладу обе
свои ладони на выступающие шары её грудей. Она терпит с полминуты, как будто к чему-то прислушиваясь, потом мягко снимает мои руки с грудей и кладёт их взамен на свои гладкие обжигающие бёдра, отчего мне не легче, я весь дрожу . Тогда она перекладывает мои руки к себе за спину:
— Дима, а ты женат?
— Женат, — не скрываю я, никогда не скрывал это от женщин.
— А дети?
— Дочка – восемь лет. Такая миленькая! – взгрустнул я по своей белоголовой Иринке.
— А на юг ездишь без жены?
— Когда как. А, вообще, если честно, я женился очень рано — в девятнадцать, теперь я точно знаю, что мужчина должен выгуляться.
— Дима, есть ли любовь на всю жизнь? И, вообще, что такое любовь?
— По моему любовь, это когда соединяются и переплетаются биополя партнёров. Если резонансы полей совпадают, то обоих пронзает разряд, резонанс резко усиливает духовную энергию! Наверно, это и есть «любовь с первого взгляда». В идеальном случае поля могут неразрывно слиться друг с другом и тогда … Тогда любовь на всю жизнь. Потому что их очень трудно разорвать.
Мне кажется, что наши поля сливаются, — шепчет девушка и
крепко целует меня.
Я готов стиснуть, раздавить, съесть это благоуханное существо и еле овладеваю собой и унимаю дрожь рук.
— За это выпьем, — достаю я из сумки прихваченную початую бутылку с коньяком.
— Ой, а закусывать нечем. И платье всё смяла. Подожди я загляну в комнату.

2. Вспышка (Кульминация)
Лена осторожно открывает дверь в свою комнату, расположенную как раз напротив холла, и исчезает там. Возвращается через долгих пять минут, переодетая в махровый халатик, в руках у неё бутерброд с красной икрой и два яблока.
— Девчонки от пира мне оставили.
Лена разламывает бутерброд пополам, мы выпиваем из «горла» и со смаком закусываем.

Она опять садится ко мне на колени боком и опять обнимает и целует меня. Она источает пряный запах возбуждённой молодой девичьей плоти – он сводит меня с ума, я, как-то нечаянно, забираюсь ей руками под халат и обнаруживаю такое …. Лена без трусов.
Не знаю, чего больше закрутилось в моём сознании: изумления или восторга. В следующий момент срабатывает основной инстинкт, срабатывает основательно, член напрягается так, что кажется, что звенит, сознание отошло на задний план, я разворачиваю Лену на девяносто градусов и перекидываю одну её ногу через свои колени. Потом я лихорадочно расстегиваю замок на своих джинсах и облапиваю двумя руками её спортивные амортизирующие ягодицы. Кончиками пальцев я ощущаю пушок чуть выше черты между ягодицами и осторожно вхожу в девушку.
В этот момент Лена, вдруг, дёргается и, едва подавляя крик, срывается с проникшего в неё жала:
— Больно!
Я притягиваю её к себе, она вся дрожит и чмокает меня в висок:
— Милый, я сейчас приду, — и, соскочив с моих колен,
потихоньку исчезает в своей комнате.

3. Финиш
(Сцена на фоне медленной тревожной музыки)
Я сидел, ждал её и тоже дрожал. Смотрел на часы. Закурил сигарету.
Но… Лены не было.

Я прождал минут двадцать и осторожно приоткрыл дверь в комнату. Подружка, которая лежала с парнем сказала:
— Она спит. Сюда нельзя!
Я и сам видел, что Лена непритворно спит, в позе ребёнка в утробе матери, и мне ничего не оставалось, как уйти.

— Надо же, обманула! – повторял я по дороге к санаторию, – или нечаянно заснула?

Я пробрался в свою комнату через балкон и быстро уснул.
(Музыка резко обрывается )

КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ

ЭДУАРД СНЕЖИН (С)