Если бы можно в сердце поглубже
вклеить портреты…
Zемфира
За огромными окнами аэропорта прячется вечер. Над блеклыми взлетными полосами пудрятся мелкие звезды. Новый рейс… из Ленинграда. Я дрогнул вдруг и замер. Я ожидал, что это будет твой рейс.
До того хотелось достать из внутреннего кармана куртки твою фотографию и посмотреть на тебя. Хотя бы так, искусственно. Мне было просто интересно, такой ли ты сохранилась в моей памяти? Фотографии не было.
Я оглядывался назад и смотрел на пустой зал ожидания. Мне казалось, что когда я снова повернусь, за спиной будешь стоять ты. Будешь держать в руках свой небольшой чемоданчик, и смотреть на меня. Почему ты не подойдешь? Просто, у тебя нет сил, самолет задержали…
А я видел лишь пустой зал…
Из кафешки напротив доносились звуки какой-то грустной песни. Официант вялым движением руки смахивала со стола крошки в руку и сжимала в кулак, уносила стаканы.
Я сидел на твердом сиденье, немного сползший и опираясь на правый подлокотник.
Самолеты все улетели, лишь один опустился только что на взлетную… Из Питера. И тебя в нем нет. Ты должна прилететь другим рейсом. Ты сегодня летишь из… я даже не помню откуда ты прилетишь. Просто сижу и жду.
Мы познакомились с тобой год назад. В небе. В самолете.
Ты сидела на тумбочке в туалете и лихорадочно прикуривала сигарету. Зажигалка тебе изменила… она не зажигалась.
Я резко распахнул дверь, и от испуга ты уронила зажигалку и сигарету в унитаз.
Почему ты не закрыла дверь?
Ждала меня…
Мои воспоминания прервал голос оператора. Он сообщил о том, что рейс из Лондона задерживается. Нелетная погода.
Да, точно, из Лондона… А я сижу и ломаю голову.
Неужели погода смогла нас разлучить?
Оператор сообщал еще какие-то новости, но уже не о тебе и мне было неинтересно слушать их.
Мне была интересна только ты.
Через месяц после знакомства мы стали встречаться. Ходили вместе в кафе и бары, рестораны. Слушали кассеты в плеере, сидя на скамеечке в лысом парке или прижимаясь друг к другу в метро. Поближе….
В наушниках что-то мурлыкало, а мы смотрели в глаза.
Твои длинные белые сигареты клубились сладковатым дымом. Я его вдыхал, и мне было приятно – это ты!
Так хотелось покрепче прижать к себе тебя, эти кассеты и твои сигареты… Поглубже спрятать это все в себя, поближе к сердцу.
Оператор что-то снова сообщил… Сон оборвался. Я услышал лишь то, что самолет взлетел…
Я вздохнул. Ты скоро…
В кафе напротив было пусто. Лишь официантка дремала за столиком. Из магнитофона играла та же грустная песенка. Будто проиграла и начала заново.
Полгода назад мы ездили с тобой отдыхать… В Париж.
…Сон…
Я проснулся оттого, что оператор что-то громко говорил в микрофон… Вокруг суетились люди.
Они быстро сбежали на первый этаж, а я остался сидеть… Напротив стояла официантка из кафе.
— Что случилось? – сонно спросил я.
Девушка повернулась в мою сторону, и я заметил, как из ее глаз текут слезы.
— Лондонский самолет разбился…
Я стоял у огромного окна аэропорта и всматривался в даль взлетно-посадочных полос.
Тебя нет… и твоего самолета нет… Я верил в то, что сейчас ты рядом, близко. Подойдешь ко мне сзади, обнимешь, и я снова услышу мелодию нашей песни, снова почувствую твой приятный сладковатый аромат.
Слеза медленно стекала по моей щеке. Сердце почти не билось, но в висках остро стучал пульс.
За окном сеял дождь. Быстро так и отчаянно…
В памяти всплыл момент, когда мы стояли в переполненном вагоне метро… Прижавшись друг к другу… Я прижимался щекой к твоим волосам и вдыхал их запах. Немного сладкий, вперемешку с ароматом сигарет.
Я закрыл глаза… Надолго.
Открыл глаза. Я стоял, уткнувшись в окно. За окном падал все тот же острый дождь… Я немного отошел.
Медленно перевел взгляд вдаль освещенной полосы и… встретил взглядом тебя.
Ты стояла в мокром черном плаще и смотрела на меня заплаканными глазами. В руках твоих был маленький чемоданчик.
Почему ты не подойдешь?.. Просто ты устала. Ты чуть не опоздала на дополнительный рейс…