Ромашки….

4 августа 1975 г.

Это не осень еще. Нет, не осень.
Это ее осторожный звонок:
Листьев осины медная осыпь
Горсткой монет зазвенела у ног.

Это не лето уже. Нет, не лето.
Скрылось оно за изгибом тропы.
Словно с его запоздалым приветом
Робко ромашки кивнут из травы.

Можно и осень и лето потрогать…
Только тепло не вернется, не жди…
Вот и грущу, что стою у порога —
Хочешь — не хочешь, а в осень иди!

Время

Из конуса да в конус
Сыплется песок…
Безразмерный Хронос…
Дайте мне кусок!.

Скоро ли отмашка?
,,,Суетная пря…
Но цветет ромашка,
Значит, все не зря…

* * *
Еще и лето добрых песен не отпело —
А старый лес притих, затосковал…
А на ромашках, на кружках бумаги белой,
Сентябрь-художник осень рисовал.

Порисовав, художник утомится
И выронит на землю из руки…
И полетят на землю вереницы
Снежинок, как ромашек лепестки.

Сказали мне, что стужа будет ранней.
Зима возьмет над лесом перевес.
Смолистыми трескучими дровами
Прийдет на помощь человеку лес.

Ну, а в лесу зимою трудно тоже.
И оттого, что голодно пришлось,
С надеждою, что человек поможет,
Бежит из лес а город рыжий лось,

Взыскуя доброты всечеловечной…
А человек к опушке семенит,
А человека лес манит, манит
Своею добротою вековечной.

Ромашка

Отчего, тоскуя о любви,
Девулшки гадают на ромашках?
И, судьба, тех девушек уважь-ка:
Каждой нужно счастья… Се ля ви…

Отчего имен других цветов —
Спорим? — Вам в моих стихах не встретить?
Нынче удосужился заметить,
Объяснить, однако, не готов…

Отчего к тропинке луговой
Тот цветок — выходит мне навстречу?
Уж теперь-то я его замечу
И пойму, что он — посланник твой…

* * *

По первоснежью заячьи следы
Увижу вновь у прутиков малины.
Запорошил, заворожил сады
Ноябрь — сибирский дед неумолимый.

Сады в снегах — во стылом сне земли…
В их зимних грезах — дни веселой были,
Когда в суровой, но родной Сибири
Они под щедрым солнцем расцвели.

Благодаря людей за добрый дар,
Трудились пчелы, черпая нектар,
Благоуханьем воздух был напитан,
И веселее пелось звонким птицам,

И трепетно шелка листвы зеленой
Переливались в радугах дождей,
И набухали ягодой червонной —
Отрадой и усладой для людей.

Но вот летят, летят — и сад в них тонет —
Снежинки, как ромашек лепестки…
Ах, только б не забыл укрыть садовник
От стужи эти нежные ростки.

И будет душу леденить сурово
Тревога: избежать бы им беды,
Пока воочью не увижу снова,
Как расцветут сибирские сады…

17 сентября 2001 г.

Помнишь, в тихом московском кафе,
Попивали чаек из ромашки?…
А теперь ты катишь в Санта-Фе —
Ни промашки нельзя, ни рюмашки.
Однокурсник в вагоне метро
На баяне \»Смуглянку\» выводит…
А вокруг автострады пестро —
И она прочь из детства уводит.

Мчит по трассе стотонный вагон.
Не до шуточек, здесь вам — не там…
А из детства несутся вдогон
Сентябри-сизари по пятам.
Долетают обрывки стихов
И картинки веселой игры…
Но закон автострады суров —
Обо всем позабудь до поры!

Это вам не кино — первый рейс,
Не два пальца, то есть, об асфальт…
День: от солнца в хрусталиках резь,
Ночь: как в .опе у негра… Не спать!
Вот баранка — размахом в сажень…
Спит напарник, свое отрулив…
Мчит машина, как пуля в мишень,
И глядят ей вослед патрули.

Что поделаешь, — век наш жесток,
А душа музыканта ранима.
Сын — надежды на вечность росток —
Пусть напасти проносятся мимо!
Все преграды с пути устрани,
Всемогущего Бога рука!
Ты храни его, Боже, храни —
Пусть стезя его будет легка!