Обратный отсчет

Еще над Петербургом спит весна
И коммуналки катятся в былое.
Цветет на подоконнике алоэ,
И будущность до одури ясна.
Сушняк с утра.
Вчерашний день забыт.
Знобит строку, смущает перегаром.
И всем видна отягощенность даром,
Покуда пьян, талантлив и не брит.
Вот так братан,
Я скоро буду крут,
И все поймут и примут, как пророка.
Налей же мне «Мартини» на дорогу,
И «Мальборо» с собою не забудь.

Еще над Ленинградом тщится бог
Поправить ситуацию немного.
Успеть бы выпить спирта на дорогу,
Пока не подогнали воронок.
Всему свой срок. И так тому и быть.
Кому в Норильск, а после срока – в ссылку.
Мы встретимся с тобой на пересылке
И будем долго ночью говорить.
Вот так то сын.
Мы выбрали страну,
Хотя возможно было и иначе.
Не плачь, родной. Ведь нынче много плачут,
А после признают свою вину.

Над Петроградом снегом стыл февраль,
И сквозняком скользил по половицам.
И с фотографий улыбались лица
Тех, кто пропал. И бесконечно жаль
Вдруг становилось собственной судьбы
Хотя точнее говорить «судьбины»
Мы встретимся когда-нибудь в Харбине
Осатанев от внутренней борьбы.
Вот так то друг.
Пустеет длинный стол
И не понятно кто удачлив боле.
А если ты не ощущаешь боли,
Так, видимо, безвременно ушел.

Еще над Петербургом тщится март
Пробиться через снежные заносы.
К чему вопросы, если на вопросы
Ответ один — он тоже виноват.
Но все потом – отъезд, и личный ад,
И лизоблюдство, как возможность выжить.
Мы на сочельник встретимся в Париже,
Что б подсчитать количество утрат.
Вот так то, брат…
Их всех не перечтешь,
И сорок сороков не перемелешь.
Пока живешь, невольно все приемлешь
Но только лишь покуда ты живешь.
Покуда помнишь…

Полночь – не порок.
Пророк уснул, раскинувшись в кроватке.
Еще у мамы с папой все в порядке,
Еще ни слов, ни музыки, ни строк…