РЕКВИЕМ
Трагедия в четырех действиях.
Все события, описания и действующие лица пьесы – вымышлены.
Всякое сходство с реальными или ранее описанными событиями, местностью или людьми – чистая случайность.
Действующие лица:
Вольфганг Моцарт — известный в городе композитор, лег 35.
Сальери — композитор, друг Моцарта, лет 55.
Констанца — жена Моцарта, лет 30.
остальные:
автор, скрипач, кучер, сын Моцарта (лет 6), случайные прохожие.
Автор
О времена, о судьбы, о страдальцы,
Земным судам отдавшие венцы,
Вы в мире этом — гордые скитальцы,
Грядущего незваные гонцы.
Одних запомнили скупыми,
На мысль, на слово, на свечу,
Других назначили святыми,
В грязи стоптав страстей мечту.
Пусть имя — Моцарт, встреченное вами,
Не заблудит в сравненьях ум,
И светлой памяти его недобрыми словами
Не осквернит ревнительный болтун.
Здесь Моцарт — чудное виденье,
Искра сомнений, истины кумир,
На его месте, без сомненья,
Мог быть другой — несчастных полон мир.
Действие 1.
Сцена 1.
Площадь. В углу, окруженный толпой зевак (5-7 человек) играет бедный
пожилой скрипач. Играет что-то из Моцарта (тему первой части 40ой симфонии). Играет плохо, неумело, фальшивя. На площади появляется Моцарт. Он гуляет в одиночестве. Подходит к толпе, привлеченный звуками… Скрипач замечает Моцарта и, глядя на него виновато, перестает играть. Несколько зевак сразу уходят, похоже, не заметив подошедшего композитора. Скрипач почему-то начинает всхлипывать, он плачет.
Моцарт
Играй, играй скрипач,
Игру остановил ты зря
В моем присутствье, сменив на плачь
Огонь и буйство скрипки и смычка.
Ты болен, что ли? В чем причина
Сих слез, ты пролил их по мне?
Скрипач
(плачет)
Э-э…
Моцарт
Э-э? Ты болен, старый дурачина?
Однако вот держи монету,
Она тобой заслужена.
Карету!
(останавливается небольшой экипаж)
Кучер
(говорит, коверкая слова)
Куда прикажете, Гер Моцарт!?
Моцарт
Узнал?
Кучер
Канешна, вновь на концарт?
Моцарт
О нет, увольте, я — домой,
(садится)
Кучер
А ну па-ашла! А ну с лихвой!
Сцена 2.
Комната в доме Моцарта. Моцарт входит. В кресле за столом сидит Сальери, напротив него жена Моцарта — Констанца.
Сальери
Здорово Моцарт, ты доволен,
Что я пришел к тебе тот час,
Ты мне писал, что нынче склонен
Исполнить кое-что для нас?
Констанца
Мой Вольфганг, ты сегодня весел,
Улыбка не сошла с лица,
Ты что-то видел?
Моцарт
Только встретил
Смешного, плачущего скрипача.
Сальери, он играл рапсодью,
Моей рожденную душой,
Твою любимую мелодью
Моей симфоньи роковой.
Сальери
(как бы разочаровано)
Бог мой, Бог мой…
Моцарт
(словно не замечая его слов)
…Потом я выкрикнул карету,
И кучер первый, что попал,
В угоду мне иль назло свету
Меня по имени назвал…
Скажи Сальери, ведь ужасно
Когда влачишь ты жизнь за зря?
И каждый день однообразно,
Восход, закат, опять заря…
Сальери
О, Моцарт, слушать твои речи
Порой мне не хватает сил,
Так рассуждают часто дети,
А ты, мой друг, светлей светил.
Я старше — значит я мудрее?
Кто дольше пожил, важно ль столь?
То, что я создал тем смешнее,
Чем больше пишешь ты…
Моцарт
(Моцарт и Сальери вместе пододвигаются к столику, и вместе тянутся к блюду с каким-то угощением)
Постой!
Я не о том, перебиваешь
Меня некстати ты порой,
Я мысль забыл… Сальери, знаешь,
Когда-нибудь вот этой же рукой
Убит я буду…
Сальери/Констанца
(вместе, первый с удивлением отстраняется чуть назад, вторая с возмущением по поводу явно нарушенных приличий)
Моцарт!? Вольфганг!
Констанца
Вольфган!
Моцарт
(через несколько секунд замешательства, улыбаясь)
Прости, Сальери, я шутил,
Сегодня славный день мне отдан,
Обиделся? Уже простил?
Сальери
Забыли, все же это странно,
Ты – гений, Бог благословил
Тебя, неужто не желанно
Тебе себя не мучить, нужных сил
Не тратить зря, писать, писать!
Ты ж с кучером готов болтать,
Средь нищих славы глупо ищешь..!
Моцарт
Оставь, пожалуйста, дружище,
Не в скрипаче, не в кучере здесь дело.
Ты знаешь…
(мрачнеет)
Я вчера увидел человека в черном,
В плаще чернее ада сокрывал он тело,
Сегодня я забыл на счастие о нем,
Теперь же вспомнил…
(молчат некоторое время, около 5 секунд)
Сальери
Мало ли… монах..?
Моцарт
Он молвил:
\»Мне напишешь точно к сроку
Свой реквием\». \»К какому сроку?\»,
-Спросить хотел, но не успел…
Сальери/Констанца.
Как не успел?
Моцарт
Он улетел.
Сцена 3.
Через 20 минут, видимо проведенных в молчании. Констанца прибирается
на столе. Уходит с подносом. Сальери поднимается с кресла и подходит к пианофорте, стоящему чуть поодаль. Сверху лежат несколько листов
исписанных нотами. Сальери берет листочки, садится и начинает играть написанное там.
(Играет какую-либо мелодию из реквиема, оценивает сыгранное, он явно восхищен, играет еще раз, добавляя \»от себя\» левую руку…)
Моцарт вначале стоял у окна, глядя в пустоту улицы, но, услышав звуки, повернулся к Сальери. Внимательно за ним наблюдает. Сальери прерывает игру, вскакивает из-за инструмента.
Сальери
Бог мой, что это, наважденье?
Ни разу звуков стройный рой
Не доставлял так наслажденье,
Так не терзал души покой.
О Моцарт, ты играешь жизнью,
Ты достигаешь высоты
За гранью смысла, дальше — бездна,
Назад от туда нет пути.
Иной свернул бы, не посмел,
Вторгаться в сил небес забавы,
Ты ж бросил вызов, но не всем,
Лишь Бога ты считаешь равным…
Моцарт
Мой друг, мой добрый, славный друг,
Твои слова меня пленили,
Но, я клянусь, что вызов тут
Лишь сам себе я бросил ныне.
Я говорил о старике,
Что с головы до пят был черный?
И рукопись в твоей руке
Его заказ – земной и скромный.
Сальери
(не замечая его слов, продолжает вдохновенно)
…Ты Бах, ты Бог, о боже, Моцарт,
Прости же все мои грехи,
Давно пришествие пророчат,
Мы истину узреть…
Моцарт
(раздраженно перебивает)
…Избавь от этой чепухи,
Сальери, что с тобой случилось?
Ты был мне другом, будь всегда,
Мне вдохновение явилось
И результат — в твоих руках.
Ты ныне чуть не на колени
Передо мной готов был встать,
Я — композитор, свет и тени,
Вот мой удел, не Бога стать…
(Входит Констанца, Моцарт замолкает)
Констанца
Ну вот, опять ты прежний Вольфган,
Куда пропал тот светлый взгляд? Вы поругались?
Сальери
(в отчаянье, быстро выходя вон)
Он безумен,
Он чашу выбрал ту, где яд.
Занавес.
Действие II.
Прошло несколько дней.
Сцена 1.
Наступает вечер, но еще не стемнело. Моцарт сидит в кресле, у его ног играет его старший сын. Младшему — полгода, он в спальне с Констанцей.
Моцарт
О небеса: жесткость, справедливость,
Средь испытаний ваших не ищу,
Какой бы не была господня милость,
Ее, приемля – не ропщу.
Когда впервые милая Констанца
Во чреве часть меня несла,
Не знал сей мир такого танца
Отцовских чувств, лишь тем жила душа.
Но Бог тогда решил иначе,
Не дав надежде счастьем стать,
И моим плачем об утрате
Был заменен младенца плачь.
Случилось так четыре раза…
Но счастью дан был новый шанс –
Мой старший сын, и мой аванс,
Сын младший — вера и отрада.
Когда я стану старцем слабым,
Кто огнь в камине разведет?
Согреет душу добрым словом,
Наполнит смыслом лет полет?
Отца я часто вспоминаю
И мать, они уже ушли
Меня оставив, и не знаю,
Все что был должен сделал ли?
А ты – дитя, в тебе мои надежды,
Пусть жизнь твоя пока — игра,
Счастливая, волшебная пора,
О коей вспомнишь не однажды…
Что скажешь ты потомкам нашим
О времени, о жизни, о мечтах?
Божественность узришь ты или падшим
В грехах погибнешь, прошлое прокляв?
Увижу ль я тебя на троне,
Или терновый на тебе венец…
А может как отец, людских сердец
Ты будешь воспевать святые стоны?
Ты сам решишь, здесь не указчик разум,
Путь в жизни каждому на небесах заказан!
Сцена 2.
Та же гостиная, Моцарт один. Поздний вечер, на улице темно. Сидя за пианофорте Вольфганг что-то увлеченно пишет на бумаге. Вдруг вскакивает, испугавшись залетевшей на свет свечей в окно какой-то птицы, которая почти сразу же вылетела.
Моцарт
Кто здесь? Проклятье, Бог иль Дьявол?
Явись, откройся наконец!
Не бойся отступить от правил,
Предстань невидимый певец!
Готов с тобой вести беседу,
Готов я жизнью отплатить
За искру истин, внемля бреду,
Нет сил мне дальше слепо жить.
Когда пишу за строчкой строчку
Болит душа, горит огнем,
Всех сил накал сжимаю в точку,
Ту точку нотой лишь зовем.
И повторить сейчас готов я,
Что не боюсь твоих теней,
И звуков адские творенья,
И страха, глупости цепей.
Не прячься, выйди, пусть на равных
С тобой вести я буду спор…
Постой! Я слышу звуков странных
Мелодию… Забудем! Вздор!
(тихо начинает звучать реквием)
А нет, опять, опять я слышу
И ощущаю этот свет,
Тобой ли посланный мне свыше
На вызов брошенный ответ?
(кидается к столу и быстро начинает писать)
Как больно, как душа страдает,
Из сердца выметая сор,
И в ноты мысли превращает,
И слово – в звуковой аккорд.
Я понимаю скрытый смысл…
Я близко подошел к тому,
Кому законы слов и чисел
Вольны открыться одному…
(звучит начало ре-минорного концерта для ф-но/или реквием)
(Моцарт увлеченно пишет 10-20 секунд, кидается к пианофорте, но на полпути
резко оборачивается к окну, по которому промелькнула тень случайного прохожего, музыка замолкает)
Куда? Постой? Вернешься ль снова,
Рождая в споре нашем истинное Слово!?
Сцена 3.
Открывается дверь. Моцарт, сидящий за пианофорте с исписанными листами на коленях, вздрагивает. Смотрит в чернеющий дверной проем. Оттуда появляется Констанца. Она уже готова ко сну, в ночной сорочке.
Моцарт
(успокаиваясь, вздыхает)
Мой свет, как видеть тебя рад,
Понять ли сможешь, дорогая..?
Роскошный на тебе наряд
Иль как Венера ты нагая,
Одних лишь слов твоих свирель
Во мне разбудит вдохновенье,
Укажет точно путь на цель,
Душевных мук прервет виденье.
Послушай, …
Констанца
Слушаю, любимый,
И, слушая, тебе скажу:
С Сальери шуткой некрасивой
Ты чуть не развязал войну!
Моцарт
Когда, мой ангел, это было?
Ей богу, вспомнить не могу…
Хотя, пожалуй… было — сплыло,
Послушай, я же помолчу…
(поднимает многозначительно указательный палец вверх… Констанца несколько секунд прислушивается, потом, разочаровавшись, открывает рот, чтобы что-то сказать, но Вольфганг быстро переносит указательный палец к ее рту, показывая, что нужно помолчать).
Начинает ОЧЕНЬ тихо звучать реквием, вокальные партии, потом чуть громче, громче, Моцарт все так же держит уста Констанцы \»на замке\» своим указательным пальцем. Смотрит на нее торжествующим, неестественным взглядом: \»Слышишь?\». Она же немного испуганно, даже глуповато смотрит на него, не понимая, чего от нее требуется. Реквием звучит еще громче.
(Констанца вскакивает, на ее глазах слезы. Музыка прерывается.)
Констанца
Он безумен, боже, он сошел с ума!
(бежит из комнаты)
Так ярок дар — и проклята душа!
Занавес.
Действие III.
Дом Сальери.
Сцена 1.
Сальери
(склонив голову, словно в молитве)
Он болен, болен! Он опасен!
Но не могу его предать,
Как Солнце дар его прекрасен,
Здесь не за что ему страдать!
Пусть разум гордый затуманен,
Поборем вместе сей недуг,
Зато он чувством гениален,
И мыслью… Боже мой, а вдруг…
(становится на колени, начинает испуганно шептать)
Ему действительно открылись
Врата небес, и скрытый смысл творца,
И истин тишина и свет, все в раз пролились
Нa голову, несчастную, певца..?
Не может быть, я не могу поверить,
Ведь человеку не дано
Божественную благодать примерить,
И принести в наш мир ее.
(начинает звучать реквием, сначала тише, по далее – все громче и громче)
Он болен, болен! Он опасен!
Но не могу его предать,
Как Солнце дар его прекрасен,
Здесь не за что ему страдать..?
(прислушивается)
Я слышал раньше эти звуки,
Где? На яву или во сне?
Готов расцеловать я руки
Родившие, принесшие их мне.
В них слышен голос чей-то свыше,
В них немота забытых снов,
Что достигает каждой ниши
Души моей без лишних слов.
О, этот человек – всесилен,
И свет его — небесный свет,
Пусть он безумен, пусть опасен,
Я не могу, о Боже, нет!
(от шепота переходит все к более и более гневной декламации, впрочем, очевидно, что им уже управляется некто-то извне, и его попытки проявить свою волю обречены)
Ты выбираешь мне погибель,
Свои персты ко мне простер,
Он — Бог мне, он дарует силы,
И скрытой истины простор.
(встает с колен, разворачивается спиной и делает шаг вглубь комнаты)
Сцена 2.
(Тоже время, секунду спустя, он все еще стоит спиной к зрителям)
(В этот момент порыв ветра раскрывает окно внутрь, вместе с порывом начинает очень громко звучать реквием, хор. Сальери отступает на шаг назад,
разворачивается, падает на колени, потом прижимается к полу, словно кто-то невидимый, поставив ему ногу на шею, придавил его в земле).
Сальери
Ты – дьявол, адское созданье,
Господь не может быть жесток,
Во мне нашел ты оправданье:
Смертельной зависти глоток.
О нет, совсем иные чувства,
Совсем иной он гнев во мне
Родит: огонь младого безрассудства,
Житейская забота о текущем дне.
Словно ручей, он посреди деревни,
Как часть природы, божьего труда,
Неповторим, но каждый до обедни,
В нем руки моет и плюет туда.
Так Моцарт пишет, пишет, пишет,
Божественно копируя творца,
А для кого? Кто здесь его услышит?
Кому дарует он небес слова?
Небес? Ах, вот куда ты клонишь?
Отродье ада, олицетворенье зла,
Я живо представляю, как ты стонешь
От музыки его, что богу похвала.
(пытается подняться – не получается)
Оставь меня, прошу, не надо,
Я испытаний не стерплю,
Мы все пред ним тупое стадо,
Нам, не ему гореть в аду.
(опять пытается подняться, это ему почти удается, но вдруг он падает плашмя на пол, громом на него обрушиваются звуки реквиема)
Господь, прости. Сил больше нет,
От мук смертельных разум дрогнул,
Проклят я буду сотни лет
За миссию, ради которой создан.
Он будет умерщвлен, в угоду
Или на зло, не мне судить,
Ибо нечеловеческого роду
Дела лишь Бог во властии вершить.
Сцена 3.
Через некоторое время. Сальери у себя дома, в кресле.
Сальери
Как мне осуществить святое злодеянье?
Да так, чтобы потом избегнуть наказанья?
Нож в сердце, задушить петлею?
Как после буду я в ладу с собою?
Подстроить ли с убийством воровство?
Болезни редкостный подделать ли симптом?
К самоубийству мне склонить его?
Или поджечь случайно дом?
А если…
как забыть я мог
О случае давно прошедшем:
Старик весь в белом как-то мне в залог
Любви к моим твореньям грешным
Престранную вручил вещицу:
Коробка небольшая, в ней крупицы
Неведомого порошка,
Решил в начале – табака…
И оценить сей дар решился,
Но руку удержал мою старик,
\»То – яд затерянный, из самых адских книг,
Храни и жди, пока час нужный не свершился!\»
Где же теперь тот чудный коробок?
Он нынче б мне как раз помог!
Занавес.
Действие IV.
Квартира Моцарта. Сальери пришел к нему в гости. Вечер. На улице темно. Констанца уехала загород с детьми, отдохнуть и поправить здоровье, после рождения очередного ребенка.
Сцена 1.
Моцарт
Приветствую тебя, Сальери,
Что привело в столь поздний час
Тебя ко мне? Закрой же двери
И проходи…
Сальери
Не в первый раз,
Мой Вольфганг, я к тебе врываюсь,
И был всегда мне рад твой дом,
Пусть вздорим иногда, и, каюсь,
Бываю в споре я глупцом…
Но старые обиды помнить
Душа твоя не рождена,
Мир весь наш светом преисполнить
Презрев награды, ордена…
Моцарт
Опять за старое, Сальери?
Опять я слышу прежний тон?
Как будто все в округе звери,
А я — их царь? Так, где ж мой трон?
(Сальери пытается возразить… не успевает)
Я не святой, нужны мне деньги
Никак не меньше твоего,
И счастлив я, что провиденье
Мне лиру в дар преподнесло,
Что мой язык понятен люду,
Простолюдин или монарх
Мои творения повсюду
Узнает, и меня в слезах
Он будет слушать, без сомненья,
И час и два, и целый день…
Сальери
(в сторону)
Нет, он безумен, вздор, виденья,
На разум светлый нашла тень.
Моцарт
Что ты сказал? Я не расслышал?
Сальери
Молчу, учитель, я — молчал.
Могу ли говорить твоим речам
Свои сопоставляя…
Моцарт
Если сам
Ты не способен прекратить
Весь этот вздор, я буду должен
Тебя уйти сейчас просить,
Хоть это мне и…
Сальери
Полно, полно!
Я замолчал. Замолк, доволен?
Моцарт
Отнюдь. Сейчас же мне скажи,
Что Богом, Господи прости,
Меня считать с сих пор не будешь
И прежний вздорный тон забудешь.
Сальери
(в сторону)
О дьявол, дай мне больше сил.
(Моцарту)
Даю я слово. Все? Простил?
Моцарт
(улыбаясь)
Простил? Конечно, что за глупость,
Садись за стол, мой славный гость.
Иль сразу за пиано взяться можем?
Тогда я твоему суду представлю…
Сальери
(резко перебивает)
РЕКВИЕМ?
Моцарт
(удивленно)
Ты, прав… Так ты уже все знаешь?
Как, где? И кто проговориться мог?
Сальери
Я — сам играл… припоминаешь?
Был вечер, я сказал тогда…
Моцарт
Ах, да, мой Бог. Молчи, ведь ты же обещал!
Тот вечер чтоб не вспоминал!
Сцена 2.
Комната Моцарта. Сальери и Моцарт сидят за столом на диванчике, пьют вино.
Сальери
(осушает залпом бокал вина)
Сыграй мне, друг-Моцарт,
И окропи несчастного святой водой музыки,
Свой пламенный мне передай азарт,
Тоску с лица долой, печаль — изыди!
Моцарт
Желаешь реквием, и требуешь веселья?
Сальери, ты же пьян!?
Сальери
Налей еще! Похмелья
Твой дар принесть не может, ну, давай!
Садись за инструмент, клавиры открывай!
(Моцарт наливает два бокала вина, ставит их на стол напротив Сальери и идет к пианофорте)
Сальери
(шепотом)
Нет, я не пьян, мой друг, я трезв,
Предназначение свое готов исполнить,
Пусть стар я и в костях не резв,
Но ядом твой бокал еще могу наполнить.
(Моцарт уселся и сходу начал играть что-то из реквиема, первые звуки достигают слуха Сальери и он вздрагивает).
Сальери
(шепотом, сквозь зубы, борясь с самим собой)
О, дьявол, сатана, нечистый,
Мою ты душу захватил,
И вырваться из лап твоих когтистых,
Мне смертному не хватит скромных сил…
(секунду молчит)
…Хотя постой… А что если я в жертву
Себя за гения отдам?
И душу грешну, но бессмертну
Мефисто даром не продам?
(еще секунда)
Скорей, скорей, пока мой план
Владыкой ада не разгадан!
(ссыпает порошок в ближний к себе бокал)
Я яд не в твой, а в свой бокал
Незримо для Него подсыпал.
(Моцарт самозабвенно играет реквием. Звучит не только пианофорте, но и оркестр, хор. Неведомые звуки кажется из ада выходя, наполняют зал).
Сальери
(шепотом)
Пусть я умру мучительною смертью,
Но душу сохраню бессмертную свою…
(Сальери кажется, что сам сатана заметив подмену, предательство, вышел из своих владений (музыка соответствующая)).
За божий дар несу я эту жертву,
За жизнь, за искру, за мечту!
(Вдруг ветром распахивается окно. Моцарт ничего не замечает, продолжает играть еще с минуту, несмотря на то, что листки с пюпитра сметены ворвавшимся вихрем. Сальери встает и идет закрыть окно),
(Моцарт завершает представление сильным финальным аккордом. Сальери как раз возвращается на свое место. Воодушевленный, гордый своим творением, Моцарт бодро подбегает к столику, хватает первый же попавшийся бокал и осушает его до дна. Потом успокоено садится в кресло, внимательно наблюдая за вставшим у стола как вкопанным Сальери. Моцарт ожидает от Сальери критики, но поводу того, что тот услышал. Сальери с остекленевшими глазами осознает произошедшую катастрофу, будучи не в силах вымолвить ни единого слова, он рушится на диван. Моцарт выпил яд из его бокала).
Сцена 3.
Моцарт
(шутливым тоном, он уже немного пьян)
Отменное вино, с каким-то адским вкусом,
Мой реквием насытил сей нектар
Букетом новым, мой скоромный дар,
Мне кажется, становится опасен!?
(улыбается)
Да, друг-Сальери?
(приглядывается к нему)
Что с тобой? Неужто нот за упокой
Ты ранее не слышан столь глубоких?
Твой взор — покойнику подстать, высоких
Я мыслей музыку воспел… Ты испугать меня хотел?
(меняя тему, садится на диван рядом с Сальери,
говорит заговорщицким тоном)
Послушай, что я б пожелал:
Мой реквием пока еще в работах,
Я только начал, но пропал
Тот черный человек, в заботах
Я ранее последствий не узрел,
Теперь же, успокоиться сумел,
И вдруг ему я примененье
Нашел, святое вдохновенье
И мысли и искусства лиру,
Свой реквием дарю я — МИРУ.
(Сальери молчит, он до сих пор в шоке)
Ты все молчишь? Ни слова не изрек,
А я продолжить речь готов.
Ведь этот черный человек
И денег мне не дал, лишь, с его слов
Я знаю о его желаньи: мол, работу
Мне сделать надо \»точно к сроку\»!?
А вот те — ну его в болота,
Есть цель достойней, выше злота!
Сцена 4. (финал).
(те же, в том же:)
Моцарт
Ты не поверишь мне, мой друг,
Но чувства страшные порою
Мне душу мутят, ты недуг
Во мне узрел? Да, да, я знаю,
Слова мои — пустые звуки,
Но ясно видел я пожар,
Кровавых бойнь нещадный жар,
Молящих помощь, слышал муки.
Я не хочу, я не желаю,
Чтобы такие времена
Род наш несчастный ожидали,
Любви сжигая семена.
Я видел красное знаменье,
Коричнево-кровавый флаг,
Я видел разума затменье,
Империй взлет, агоньи, крах.
И всюду люди, люди, люди,
И всюду смерть, смятенье, ад,
Наш век – слащавая прилюдья,
В грядущем — сатаны парад.
Ласкал я божьей лиры струны,
Но ранее понять не мог
Значенья самой главной руны:
Зачем мне дан музыки слог.
Мой реквием мне послан свыше,
Он покаянье, он покой,
От ереси очистить души
Людские должен гений мой.
Весь дар вложу в его я строки,
Все силы брошу, даже пусть
Последние то будут ночи
Отпущенные мне на жизни путь.
А как свершится эта радость,
И люди музыку мою
Услышат – позабудут зависть,
И ненависть бескрайнюю свою.
Их души звуками наполнясь,
С тех пор творить только добро
Способны… будет, раз покаясь,
Любое зло им прощено.
Ну, что, Сальери, ты не рад
Словам моим, затее высшей?
Опять я вижу тот же взгляд
Покойника, прошу, очнись же!
(Сальери, не в силах что-либо сказать, встает и начинает пятиться к выходу. На его глазах слезы).
Как? Уходить так скоро хочешь?
Друг мой, скажи мне, наконец,
С тобою что случилось? Плачешь?
Как будто мук святых венец
Мою главу теперь венчает
И руки в ранах все мои?!
Сальери
(падая на колени, бормоча себе под нос)
Он меня другом величает,
Я же шепчу ему: прости!
Моцарт
(подбегая к нему, поднимая с колен)
Ну что ты, встань! Тебе прощаю
Все, что б не сделал нынче ты!
(Сальери пытается возразить, показать, что Моцарт ничего не понимает, но Моцарт продолжает, не дав Сальери сказать ни слова)
Я вижу покаянье, знаю Причину…
А теперь – иди..!
(Сальери ошеломленный уходит. Моцарт садится за пианофорте и продолжает писать что-то в бумагах, большинство которых разбросаны на полу, недавно ворвавшимся ветром).
Занавес
Автор
О времена, о судьбы, о страдальцы,
Земным судам отдавшие венцы,
Забытые, сгоревшие в огне,
Но все же бывшие на самой вышине…
Благословенны вы, тенями мира
Ваш свет не суждено закрыть,
Сквозь шум проклятий ваша лира
Порой негромко, но звучит.
О вы, умевшие творить
Из пустоты пророческие грезы,
Свои недолгие года смогли прожить
Нам утирая часто слезы.
А мы, а что мы — в нашей доле
Искать и внемлитъ, гордый слог
Для нас, что птице — больше воли,
Что кораблю — надежный док.
Конец рассказу, сказки этой
Мне ветер нашептал секрет,
И руку дам тому поэту
Кто в ней не сыщет свой портрет.
Конец
Посвящение.
Посвящается тем, кто в своем поиске или в своей борьбе, намеренно или случайно добрался или наткнулся на то, на что натыкаться было нельзя. На то, что запрещено незримым законом мироздания и человеческой глупости, вступив в неравный бой со служителями как первого, так и второго. Выиграть и выжить в такой борьбе единовременно невозможно, но некоторым из них удалось оставить весточку, воззвание, манифест. Это может быть музыка, стих, роман, путеводная звезда, имя на могильной плите, слово, картинка, перевернувшая мир.
Вас – много, и о многих из вас я вспоминал, пока писал свою скромную пьесу. Надеюсь этим посвящением я вас не обидел.
KB
