Карлсона, настоящего Карлсона — тайного члена секретной организации освобождения человечества — чрезвычайно волновали некоторые неочевидные вещи. Даже вещество (ну, скажем, варенье) не вечно. А вечность в свою очередь не вещество. Столкнувшись с этим уже в первый раз Карлсон явно настойчивее и крепче других схватился за эту мысль и долго бил. Затем были всяческие телодвижения, решения, проведения в жизнь. Жизнь, в общем, не изменилась. Карлсон же поднаторел в различных областях, кое-куда проник, рассмотрел; улучшил, таким образом, свое локальное миросостояние. Что еще…
Жизнь шла. Карлсон забирался против течения все выше и выше. Тайное членство в организации, впрочем, забудем в первую очередь. Потом, видимо, — состояние увлеченности: серьезное такое, направленное; без ответной любви, однако, со стороны жизни. Воображенную походку, расположение глаз… А верней — и прежде всего — мысль. То, что выдался он в некой незабываемой, в общем, области, и, как поговаривают пока, что-то даже предрек (чрезвычайное). Вот, наконец, только имя останется нам. Карлсон… Карлсон! Что-то знакомое… Не тот ли это?..
Не тот. Да и что значит имя? Сущий пустяк в подобных благих начинаниях. Разве нет?
24.06.2003
Нет!