Смысл

Смысл
А.Е.К.
– Ни один благоразумный человек не станет
удерживать обрушивающуюся скалу.
– Да, но человек мужественный
Может найти под ней могилу.
В. Скотт.
Было около десяти часов утра по среднеевропейскому времени, когда поезд Москва – Х остановился у перрона.
Человек, одним из последних спустившийся с подножки купейного вагона, явно никуда не торопился. Он перекинул через левую руку светлый плащ и, держа в правой чемодан средних размеров, уверенно зашагал по знакомому пути.
Этому пассажиру на вид можно было дать лет пятьдесят. От окружающих его отличали крепкая, сильная фигура, тронутые ранней сединой виски и особенно взгляд – немножко усталый внимательный взгляд прожившего большую жизнь человека.
Здесь, на вокзале, его никто не встретил и не мог встретить. Его время, увы, уже давно прошло, и приставка «экс» прочно укрепилась за блестящим, некогда дважды завоеванным званием. Когда-то на этом традиционном турнире десяти лучших гроссмейстеров он начинал свой путь к вершине, занимая призовые места. А теперь по Эло он стоял восьмым, и самое главное – он потерял свою игру. Не было той идеи, того принципа, что бы сцементировал замысел, указал общий путь к победе.
А сегодня ночью в вагоне ему, кроме того, приснился неприятный сон. Другие, возможно, на его месте назвали бы его кошмаром. Студеная поздняя осень, вой ветра, и впереди – аллея, обсаженная облетевшими тополями. Конец аллеи не поддавался его мысли, не давал ответа на вопрос, куда он идет, и только пронизывал чем-то неотвратимо холодным. Экс-чемпион проснулся со смутным ощущением страха.
Соревнование началось для него неплохо: взяв полтора очка в двух встречах, он разделил третье-шестое места. Но игра не шла, и экс-чемпион знал, что она не пойдет. Теперь его сил хватало только на использование чужих просчетов. Да, его время прошло. И как бы он не лез из кожи вон, растраченные в пути силы и вялый мозг не могли помочь ему.
«Пора уходить», – думал он, мучительно корпея над откладываемой позицией в партии с чемпионом мира. Что можно было сказать о ней? У чемпиона лишняя пешка, централизованный конь, король расположен ближе к центру…Положение трудное, и практически бороться тут, видимо, бесполезно. Не оставалось ничего другого, кроме как, сдаваясь, пожать руку сопернику.
Напрягаясь, он почувствовал, что сознание уплывает от него. Теперь он одновременно был еще кем-то, в то же время оставаясь самим собой. Перед его взором возникла знакомая отстраненно-пугающая картина: потрескавшийся асфальт, отгороженный от всего остального двумя рядами голых печальных деревьев. Но что-то иное виделось теперь здесь: он ш е л по этой аллее, шел стремительно, и впереди ждало его нечто бесформенное, черное, нечеловеческое.
Внезапно, словно предупрежденный кем-то, он очнулся. И понял, куда вел этот старый асфальт – в небытие. Небытие, вовсе не означающее непосредственной физической смерти, страшное гибелью творческих сил, всем, что отличает человека. И оно уже стояло у порога, готовое наброситься и душить немощами и забвением.
«Ну нет! – с яростью подумал экс-чемпион, прожигая взором откладываемую позицию. – Этому не бывать. Уж лучше…» И он, сконцентрировав, собрав в единое целое все остававшееся у него мастерство, весь опыт, углубился в анализ. И наконец, когда флажок на его часах уже висел, гроссмейстер нашел с в о й ход. И, вспомнив свою молодость, как шахматную, так и человеческую, он небрежно-эффектным движением побил слоном защищенную вражескую пешку.
В зале поднялся нарастающий гул. Улыбнувшись в сторону зрителей, экс-чемпион легко поднялся со стула. Он прекрасно видел, что сейчас ничья, достигаемая с помощью этой жертвы этюдным путем, неизбежна.
Придя в гостиницу, он в самом оптимистичном настроении лег спать.
Наутро началось то, что европейская пресса позже назвала «феноменом Х». На протяжении всех оставшихся туров экс-чемпион не потерял даже пол-очка. Под его комбинационными ударами и позиционным «зажимом» один за другим признавали свое поражение лучшие шахматисты мира. Ибо гроссмейстер с легкостью выигрывал и белыми, и черными.
Он подверг свой немолодой мозг неслыханной нагрузке. Он проводил ночи напролет за обдумыванием отложенных поединков. Он изучил десятки специальных журналов и руководств, восприняв сотни страниц новейшей шахматной мысли. И результаты этого были потрясающи.
Садясь в обратный поезд, он был наполнен незнакомыми мыслями. Жизнь открывалась своей свежей стороной, сияя многочисленными радостными оттенками.
В это же время внеочередная сессия ФИДЕ обсуждала вопрос о внеочередном же матче на первенство мира.
Узнать о предстоящей битве с чемпионом мира гроссмейстер не успел. Ранним утром следующего дня, когда поезд уже подходил к Солнечногорску, он умер от спазма коронарных сосудов.

2-6.12.86.
Примечания.
ФИДЕ – международная шахматная федерация.

0 Comments

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.